Мир дому твоему, Огненная

Вдохнув побольше воздуха в легкие, будто это должно успокоить, подошла к двери. Расправила плечи, хотела взяться за подол платья, ибо за дверью почти сразу идут ступеньки, как рассказывал Алекс, но одернула себя. Сразу вспомнилась мой преподаватель вокала. Женщина выше меня на две головы и с прекрасным голосом. Казалось, нет ни одной песни, которую она не осилила бы. Она всегда учила меня правильно стоять на сцене и двигаться по ней. Когда на втором курсе я пела сольную песню в длинном платье, она постоянно одергивала меня, когда я пыталась при ходьбе поднимать платье. Тогда движения были отработаны до автоматизма, каждый жест, поворот, шаг, всё было продуманно. Несмотря на две недели упорных тренировок, при просмотре записи своего выступления чувствовала себя прекрасной девушкой и совершенно не узнавала себя. Откуда эта плавности движений, украдкие взгляды и этот прекрасный голос. Вспомнила те ощущения и, наконец, кивнула. Дверь незамедлительно отворилась, и громкий голос представил меня публике:

— Леди Ноэль Данс, глава империи «Данс».

Мягкой поступью подошла к большой лестнице, от вида которой закружилась голова. Большой зал был наполовину заполнен множеством гуманоидов. У самой стены, напротив меня, на возвышении сидело двадцать семь гуманоидов разных мастей, внимательно изучающих меня. Ближе ко мне множество аристократов и политиков, просто стояли и разглядывали меня как диковинку. Собравшись с мыслями, попыталась сделать первый шаг и несмело опустилась на одну ступень.

«Без паники. Без паники», — уговаривала себя, в то время как пульс  зашкаливал, а голова кружилась. Захотелось развернуться и убежать, но не стоило подводить Алекса и всю свою империю. Если не спущусь, покажусь слабой, а я не могу такой быть, не должна.

Пауза затянулась, а паника нарастала до того момента как высокая тень скользнула ко мне. Нилом, спустившись на пару ступеней ниже, внимательно посмотрел на меня и, оценив состояние, слегка поклонился и предложил свою руку.

— Позвольте Вашу руку, леди, — его голос ворвался в сознание, и я на автомате подала ему руку. Он сжал её крепче, слегка кивнув, и мы медленно стали спускаться к остальным. Он молча шел на пару ступеней ниже, высоко подняв голову, как истинный аристократ, взглядом выражая опасность, как истинный исполин. Он оберегал меня, посматривая на мои ноги, которые словно отдельно жили от меня, уверенно ступающие на каждую последующую ступень. Когда лестница кончилась, и мои ноги оказались на полу, Нилом остановился. Повернулся ко мне и, слабо улыбнувшись, запечатлел поцелуй на моей руке и, поклонившись Алексу, передал меня ему. Капитан, замешкавшись, повторил его жест и, взяв меня под локоть, слегка поклонился мне.

— Леди, позвольте представить Вас Старейшинам, — я слегка кивнула и меня повели к молчаливо наблюдающим за всем мужчинам на возвышении. Отойдя на пару шагов от ступеней, заметила молчаливую тень, пристроившуюся за спиной.

— Я рядом, — едва слышный шепот за спиной и я тут же расслабилась. Если рядом исполин, я буду в безопасности. Как-то незаметно для себя он занял особое место в жизни. В незнакомых местах или с посторонними людьми я чувствовала себя в безопасности только, когда он был за моей спиной. Знала, что его крылья укроют меня от любой опасности, а сам исполин любого лишит жизни взамен моей. Капитан поддерживал меня сбоку, в открытую говорил и помогал. Нилом же делал это незаметно сзади.

Мы подошли к Старейшинам и слегка поклонились. Такая дань уважения была обязательна, только рабы поклоняются ниже, что и сделал Нилом. Все двадцать семь гуманоидов пристально осматривали мой внешний вид, потом скользнули взглядом на Алекса и исполина. При виде его наряда, некоторые прищурились, выражая негодование, но промолчали.

— Вы очень похожи на отца, леди, — проговорил мужчина, сидевший посередине возвышения в самом замысловатом кресле. Оно было более высоким, а ножки повторяли рисунок густого плюща. Такие детали делались в дань уважения природе и благ и ресурсов, которые она преподносила. Я присмотрелась, по виду мужчины не дала бы более 1000 лет. Его густые волосы длиной до плеч, собранные в хвост, полностью поседели. Глаза показались мудрыми, но с ярким желанием жить. Они горели жизнью, эти непривычные ярко-зеленого цвета глаза. Кожа гладкая, без морщин, слегка загорелая. Сам мужчина статный, но не огромный, как исполин. Одеждой же не выделялся, он, как и все представители Старейшин, был одет в серые штаны, белую рубашку и в тон штанам удлиненный до колена жилет, — Позвольте представиться, Эдмонд де ла Кросс, глава Старейшин и самый старший из его представителей.

— Спасибо, — слабо улыбнулась я.

Мужчина предложил свою руку, и когда я приняла предложение, меня повели к средине зала. Мне выпала честь открыть бал, хотя он и был предназначен для представления публике, его обычно открывал один из старейшин со своей спутницей или девушкой, которую он выберет. Такая честь выпала мне.

Заиграла знакомая монотонная мелодия. Это не вальс, но счет был похож, и, подойдя ближе, мы принялись «вальсировать». Хотя танцы и не были одним из моих умений, Алекс учил меня основам и с трудом, но я запомнила их. Тишина между нами затягивалась, но мне не хотелось говорить, в идеале было бы сюда не прилетать, а лежать у себя в комнате и пить горячий чай под звуки горящих поленьев в камине.

— Могу ли я называть Вас Ноэль? — совсем тихо спросил мужчина.

— Конечно, — улыбнулась я.

— Тогда зовите меня Эдмонд, — слабо кивнула, а мужчина продолжил, — Вы удивили меня с первых минут, Ноэль.

— Чем же? — вид у меня был, конечно, непривычный, но не на столько, чтобы вызвать недоумение у представителей других рас.