Страница 3 из 4
- Вы про меня и сестру? - спросил Ноэль Дандре с обманчивой мягкостью. - Мы не аборигены.
- Вайтаньцы, - так же мягко ответила Шерил.
- По матери. Моя мать родилась здесь, а отец приехал из Викториании.
- Вот как. Что ж, тогда это объясняет вашу... экзотическую внешность.
Нажав пару раз на грушу пульверизатора, она с наслаждением обрызгала шею. Стало немного прохладнее.
Мистер Дандре чихнул, прикрывшись локтем.
- Ну и забористая штука, - сказал он, показывая на флакон. - Будете ложиться спать - пшикните по углам, все пауки разбегутся.
- Хотите напугать меня пауками? - насмешливо спросила Шерил. - Как наивно! Если бы я боялась пауков, то не приехала бы в Вайтань. Комиссар Кэмпбелл говорил, что этот округ - один из самых спокойных в городе, но я выбрала его не поэтому...
- Так это старина Джордж мне так удружил? - перебил ее мистер Дандре.
- Язвите, больше вам ничего и не остается, - сказала Шерил. - После того, как я превращу этот сеттльмент[1] в оазис цивилизации, вас отправят куда-нибудь в провинцию. Свиней пасти.
- Какие громкие слова. Вы, наверное, перепутали Мейфен с округом королевского театра в Викториании.
- Уверяю вас - нет, - Шерил посмотрела на инспектора выразительно, чтобы поставить на место. Очень уж ей не нравился его развязный тон. И внешний вид тоже не нравился.
Она принялась доставать кодексы, тетради и письменные принадлежности, расставляя их на столе, и между делом решила прочитать небольшую лекцию своему подчиненному:
- С завтрашнего дня я желаю видеть вас в форме офицера Ее Величества. Вы не должны одеваться, как местный житель и вести себя подобно им. Всякий, взглянувший на вас, должен видеть офицера полиции Королевства Викториании. Это внушает уважение и трепет.
- Где вы понабрались этой ереси? - спросил инспектор, засовывая паспорт за пояс штанов.
- В королевском колледже права, к вашему сведению, - насмешливо ответила Шерил.
- Неужели туда принимают женщин?!
- А что вас так удивляет? Женщина для вас - существо второго сорта? Королева - тоже женщина, смею вам заметить.
- Ничего не имею против Её Величества, - заверил он, - но королева не бегает по улицам за жуликами. Это всегда было привилегией мужчин. Бегать, в смысле.
- Так сказали мужчины? - спросила Шерил, вставая и подходя к шкафу.
Инспектор немедленно отреагировал:
- Эй! Лучше бы вам туда не заглядывать.
- Почему же?
Он пожал плечами.
Распахнув дверцы, Шерил обнаружила внутри мешки, от которых исходил сладковатый запах. Каждый мешок был опечатан и снабжен биркой с печатью, изображавшей профиль королевы.
- Что это?! - она развязала один из мешков. Он был полон коричневых кусочков неправильной формы. - Это же опиум!
- Он, - подтвердил инспектор. - Причем, очень хороший.
- Да тут фунтов двадцать! Почему он здесь? Монополия на продажу опиума принадлежит только королевским корпорациям, а у вас даже мешки нерастаможенные!
- Хотел сжечь, да не успел.
- Сжечь? Вы с ума сошли, инспектор? Здесь товара на тысячу гиней. Надо немедленно передать мешки в корпорацию.
Мистер Дандре промолчал, с преувеличенным вниманием изучая пол под ногами. Шерил закрыла шкаф и при помощи шпильки заперла замок.
- Завтра я разберусь с этим, а вы думайте, что будете излагать в рапорте. Итак, приступаем к делу. Мне нужно, чтобы вы проследили, как доставят мой багаж из посольства - будьте осторожны, там ценные приборы. Потом мне нужна комната без окон...
- Там будет очень жарко, - вставил мистер Дандре, - спать не сможете.
-...для фотолаборатории, - Шерил посмотрела него снисходительно. - Вы хоть знаете такое слово?
- Э-э... Вторая половина мне понятна, - покрутил руками инспектор.
- Тогда помалкивайте. Значит, комната без окон, плюс вольер для Шэн-Тунга...
- Вы привезли с собой ручного дракона?
- Это пекинес. Служебная собака. У него феноменальный нюх.
- Фено... какой? Случаем, не заразно?
- Надеюсь, что глупость ваша не заразна, - парировала Шерил. - И покажите мою комнату. Мне надо переодеться.
- Вашу комнату? - переспросил инспектор. - Вы и правда собираетесь жить в префектуре? Но здесь живем только мы с сестрой. Если поселитесь, пойдут слухи...
- Слухи и сплетни оставьте вашей бабушке. Я приехала работать на благо короны, и мне нет дела до сплетен. Невозможно трудится с полной самоотдачей, если дом и работа находятся по разные стороны улиц. Так, между прочим, говорил мой наставник - мистер Роберт Пил.[2] Если вам что-нибудь говорит это имя.
- Ну, что-то говорит, - согласился мистер Дандре. - Хорошо, если вы решили принести свою репутацию мне в жертву, я покажу вам комнату... Пойдемте на второй этаж, жилые комнаты находятся там.
- Имейте в виду, вам в жертву я ничего не принесу, - сказала Шерил, забирая саквояж. - Ни вам, ни любому другому мужчине в мире.
- Почему это? - заинтересовался инспектор. - Позвольте, помогу донести сумочку...
- Это оскорбление. Вы считаете, я настолько слабосильна, что не в состоянии удержать сумку? Берегитесь! Вы уже знаете, что пистолет всегда при мне.
- Да, с вашим пистолетом встреча получилось краткой, но незабываемой, - согласился инспектор. - Так что там насчет всех мужчин в мире?..
- Я никогда не выйду замуж. Любовь моей жизни - наука, расследования и опасности. Только им я всегда буду верна.
- А по вам и не скажешь, - он пропустил ее вперед по лестнице. - И фигурка у вас ничего, и носик хорош, а про волосы - и вовсе молчу. Это природное или вы что-то с ними сделали?
- Соблюдайте субординацию. Что за низость - видеть в женщине только тело? Это устарело так же, как мужская дуэль.
- Хотите сказать, в Викториании мужчины предпочитают выяснять отношения не при помощи шпаги, а на словах, как старая герцогиня со своей экономкой?
- Это значит, - Шерил обернулась и насмешливо посмотрела на Дандре сверху вниз, - это значит, что в Викториании дуэлируют и женщины. И не далее, как год назад, я победила на дуэли графиню Паулину Шандор...
- Подумать только, какое достижение!
-...об этом даже писали в газетах...
- Сожалею, не читал. Газеты мы здесь получаем с опозданием в два-три года.
-...а она была покрепче вас, - закончила Шерил со сладкой улыбкой. - Так что если мне придется обнажить против вас шпагу, я не растеряюсь. Предупреждаю, что со шпагой я так же ловка, как и с пистолетом.
- Если вы даже инспектору полиции грозитесь, то что же будет с местными бандитами? Они умрут от страха при одном упоминании вашего имени! Что касается меня - я уже умер.
- Прекратите паясничать, - оборвала его Шерил. - Вы все поняли, а теперь извольте выполнять - показывайте комнату и отправляйтесь за моим багажом.
- Конечно, госпожа суперинтендант, - засуетился инспектор. - Направо, пожалуйста.
- Не переигрывайте.
- Актер из меня никудышный, а вот художник - неплохой. Вот эта комната, прошу вас. Как-нибудь вы попозируете, и я изображу ваш образ в акварели, среди цветущих слив. И подпишу что-нибудь поэтическое - слива среди слив. Хотя нет, по цвету вы больше похожи на рамбутан, он такой же лохматенький...
- А вы похожи на сгнивший мангустин. Не по цвету - по вкусу, - Шерил вошла в комнату и захлопнула двери перед его носом.
- Просто вы меня не пробовали, госпожа суперинтендант! - сказал инспектор уже в закрытую дверь.
- Мечтай, - пробормотала Шерил, осматривая новое жилье.
Здесь все было так же пыльно и запущено, как внизу. Деревянная кровать без матраса, окно затянуто грязной сеткой. Стол для письма и колченогие стулья.
Над кроватью висела картина - тусклая акварель на шелке. Водопад, сухое дерево, похожее на костлявую руку, высунувшуюся из земли, и вайтаньец, спящий на коленях возлюбленной. Как на всяком вайтаньском рисунке, в углу картины столбиком были выписаны иероглифы - стихи или мудрое изречение. Шерил быстро прочла его: «Те, кого нет, смотрят с картин, и будто бы снова говорят с нами».