Страница 81 из 86
Марори проследила его взгляд.
На пороге комнаты, вооруженный обнаженными красными клинками, стоял Крэйл.
– Ты пришел, – выдохнула она.
– Привет, Крэйл, – осклабился Шаэдис-старший.
– Убери от нее руки, Вандрик, иначе будешь собирать на полу свои пальцы, – без прелюдии предупредил Крэйл и прошел в гостиную.
– Крэйл, не валяй дурака.
– В качестве альтернативы готов извалять тебя в твоих же кишках, Вандрик.
– Я тебе не по зубам, мальчишка.
– Слышу это каждый день с тех пор, как родился. Одна сплошная болтовня о том, что Вандрика Шаэдиса никому не достать и не подвинуть с пьедестала. И знаешь что, Вандрик? – Крэйл сделал еще шаг вперед. – Это все хрень собачья. Сам же говорил, что кровь – не вода. Я - часть тебя, значит, такой же ублюдочный засранец. Но я хотя бы не мечтаю разрушать все, к чему прикасаюсь.
Шаэдис-старший сокрушенно покачал головой, зыркнул в сторону Марори. Воспользовавшись свободой, она метнулась к Крэйлу, встала рядом.
– Прости, что задержался, – бросил он, не сводя глаз с отца. – И я все слышал.
– Ну раз слышал, то не смей даже думать, чтобы умереть, – так же бросила она.
– Я тут подумал. Когда разберемся со всей этой ерундой – пойдешь со мной на свидание?
– С радостью, – стараясь подавить внезапный приступ отчаяния, согласилась Марори.
– Кажется, я безнадежно втрескался в свою кусачую крылатую подружку.
– Это ты еще не видел меня в коротеньких шортах, – вопреки дурному предчувствию пыталась шутить она.
– Не хотелось бы вас прерывать, – тактично откашлялся Шаэдис-старший, – но придется. Крэйл, ты можешь не верить, но я всегда считал тебя достаточно разумным, чтобы не делать опрометчивых и глупых шагов. Сейчас у тебя есть последний шанс уйти.
– Только вместе с Марори.
– Жаль.
Вандрик нарочито громко вздохнул, по его лицу скользнуло разочарование, но минуло мгновение, и идеальное лицо окаменело, черты заострились. В пронзительных глазах полыхнула тьма.
Что-то случилось. поначалу почти незаметное, будто мелькнуло что-то и исчезло. Марори мотнула головой, сморгнула. Так и есть – вдоль стен гостиной колыхалось почти прозрачное марево.
– Не хочу, чтобы кто-нибудь помешал нашему разговору, – проговорил Шаэдис-старший. Его голос стал низким, глухим.
– Не вздумай помогать мне, – сказал Крэйл. На миг он все же посмотрел на Марори. Уверенный в себе, в своих силах, в своей правоте. Но почему-то грустный, будто знал нечто такое, чего не успел или не захотел сказать ей.
Но как она может оставить его одного?
Между тем Вандрик вытянул руки перед собой, и в них тут же материализовался огромный двуручные меч. Черная сталь без намека на украшения источала черный же туман.
– Обойдемся без фокусов, – сказал Шаэдис-старший. – Иди сюда, щенок. Только ты и я. А чтобы нам никто не мешал.
Он взревел так, что впору осыпаться всем стеклам в окнах. Легко взмахнул мечом, крутанул его в руках и с силой вогнал в пол. Мир задрожал, потянуло нестерпимым холодом и вонью застарелой мертвечины. В стороны от пробившего пол меча расползлись змеящиеся трещины, источающие все тот же черный туман. Казалось, они пронизали всю гостиную. Аккомпанемент заунывного воя – и трещины исчезли, а прямо за спинами Марори и Крэйла набух и раскрылся переливчатый портал Разрыва.
– Задержи их, хорошо? – улыбнулся Крэйл и сорвался с места.
Он атаковал отца с такой яростью и напором, что девушке даже показалось, будто схватка закончится, даже не начавшись. Красные клинки двигались с такой скоростью, что уследить за ними она просто не могла.
Но сталь встретилась со сталью. Двуручный меч – не лучшее оружие для небольшого помещения, да и против более легкого и быстрого противника лучше выбрать нечто иное. так думала Марори ровно до того момента, пока Вандрик не доказала ей обратное. Он орудовал мечом с такой легкостью и непринужденностью, будто тот ничего не весил. Сначала только оборонялся и даже выглядел озадаченным, но потом на его лице мелькнула злая ухмылка – и Шаэдис-старший перешел в контратаку.
Девушка даже дышать перестала, заозиралась – как же плохо, что она сама осталась без оружия. Вдвоем бы они точно справились. И пусть бы потом Крэйл ругал ее. Это было бы потом – и он был бы жив.
Нет! Она не безоружна.
«Сатис», – потянулась к своему фэлфаэру, когда Разрыв исторг из себя первую тварь – не-живой. Он походил на человека, с которого сначала содрали кожу, затем основательно поджарили, а для верности оставили на солнце в компании мясных мух. И те, конечно же, не преминули воспользоваться подвернувшейся возможностью заселить предоставленное тело своими личинками.
«Сатис! – почти закричала Марори. – Мне нужна твоя помощь!»
За первым не-живым показался второй, третий. Твари помедлили, будто принюхивались, а затем неторопливо направились к девушке. Один из них припадал на ногу, сильно вывернутую в колене. Другой все время разевал усыпанную длинными клыками пасть, в которой, будто змея, дергался длинный язык.
В ушах отозвался уже знакомый шакалий вой.
«Я с тобой – до конца».
Порождение Хаоса встало за ее спиной, хищно клацнуло челюстями.
Не-живые замерли.
Сатис бросился в драку.
Марори успела заметить, как серп надвое раскроил не-живого с поврежденной ногой. Тело еще не успело распасться надвое, как шакал сбил с ног второго противника, с садисткой радостью на морде наступил ему на голову – послышался хруст костей.
Сатис задрал башку, завыл.
А из Разрыва все лезли новые твари.
Марори бросила взгляд на Крэйла с отцом. Там все было очень и очень нехорошо. Шаэдис-старший уверенно теснил сына, раз даже саданул его эфесом меча в грудь. Девушка невольно вскрикнула, но Крэйл только отпрянул, тем самым заработав мгновение передышки. Всего лишь короткое мгновение.
«Кинжал!»
Ним же был вооружен. Где его кинжал?
Марори чувствовал себя самой большой обузой в мире – бесполезная малявка, не способная о себе позаботиться. Она бросилась к тому месту, где Шаэдис-старший расправился с незадачливым эльфом. Кровь-кровь, какие-то кучки плоти, остатки одежды.
Вот он!
Девушка схватила длинный тонкий кинжал, не раздумывая, вытерла мокрую рукоять свитером. Теперь она может сражаться.
Крэйл провел удачную атаку, пинком ноги метнул в отца небольшой столик, а затем, когда родитель ненадолго потерял равновесие, в прыжке полоснул его наотмашь. Немного не дотянулся. Сталь прочертила тонкую кровавую черту на белоснежной сорочке. Вандрик молниеносно сместился в сторону и кулаком поймал сына на противоходе, зарядив тому в лицо. Крэйл опрокинулся, ударился затылком об пол.
Марори, не помня себя от страха, бросилась на помощь.
«Сатис, помоги!»
Но преданный шакал отбивался разом от десятка, а то и больше, не-живых. Завывающие твари буквально облепили его, повисли на руках и ногах, тянулись клыками вцепиться в плоть. И некоторым это удалось.
Вандрик занес меч и резко опустил его на Крэйла, целясь тому в грудь. Марори показалось, что черная сталь пробила ее саму – прошла навылет, перерубила все ребра, рассекла внутренности.
Девушка даже закричать не смогла – настолько заледенела изнутри. А может, напротив, выгорела за то мгновение, что дымящийся меч прокладывал себе путь через непозволительно податливый воздух.
Но Крэйл не потерял сознания, не сдался – рванулся в сторону, успел откатиться. Меч отца рубанул каменный пол, высек из него мелкую шрапнель.
Марори уже почти налетела на Вандрика со спины, уже предвкушала, как острая сталь пронзит его тело, когда что-то мелькнуло на периферии зрения – и ее сбило с ног. Еще падая, девчонка поняла, в чьи объятия попала. Не-живой крепко обхватил ее тонкими руками, покрытыми белесыми комками застывшей слизи, широко раскрыл зубастую пасть. Вместе они покатились по полу, что-то роняя по пути. От создания Хаоса воняло так, что Марори едва дышала. Огромные глаза без век уставились на нее зеленовато-красными белками.