Страница 58 из 73
- Какое решение принято Сониным?
- “Птенец” с его одобрения принял гостеприимство Президента Республики. Сейчас находится в бывшем дворце Короля Камбоджи, после – дворце Генерала Нимола, ныне – резиденции Президента Республики.
- А Гончая и “Кадет”?
- Оставили номер местного телефона для связи и отправились “наверстывать испорченный отпуск”. Выделить людей для слежки за ними Сомов не может, так как их и так едва хватает для обеспечения безопасности Наследника Престола, а сторонних специалистов привлекать... В его ситуации не разумно.
- Когда возможна эвакуация? Ориентировочно?
- Через три дня.
- Что ж, будем ждать, – вынесла вердикт Угрюмова.
====== глава 48 ======
- Итак, – в кабинете регионального координатора, за столом для конференций сидели двое: строгая женщина и юная девушка. – Елена Васильевна, – обратилась строгая женщина к юной девушке. – Я пригласила вас сегодня просто для разговора.
- Я ценю это, – кивнула девушка.
- Как вы себя чувствуете после всей этой истории?
- Сносно, – ответила девушка. – Хотя и несколько досадно, что вместо отелей и пляжей Ривьеры-1, пришлось провести отпуск в джунглях Камбоджи. Тем более досадно, что билеты и отели были оплачены вперед.
- Думаю, Золотая Звезда, которой вас удостоил Император за спасение своего сына, немного сгладила эту досаду?
- С этим трудно несогласиться, – улыбнулась девушка. – Личное дворянство девочке-сироте из детского дома удается получить редко. Тем более в семнадцать лет.
- Вот видите, как хорошо, – улыбнулась женщина. – А ваш друг... Или всё-таки парень? Вы определились?
- Друг. Мы пока остановились на этом, – ответила Гонцова.
- Он-то как к этому всему относится?
- Равнодушно. Ему что Ривьера, что Камбоджа, что Новопитер... А дворянство у него и так уже есть. Только что из личного в наследуемое перешло.
- Но, что-то ведь его волнует? Что-то ему нравится, что-то раздражает...
- Он счастлив, что удалось “порулить” целым лайнером. Волновался, что может не успеть на конкурс... Раздражало постоянное нытье Княгини.
- Это ведь он перебил батальон охраны космодрома в Меконге?
- Да, – не стала отнекиваться Гонцова, тем более, что в рапорте этот момент она уже отразила.
- И он действительно сделал это один? Все двести тридцать человек?
- Не уверена, – замялась девушка. – Я не считала трупы. Поверьте, они представляли из себя совсем не аппетитное зрелище. Но я в тот день на спуск не нажала ни разу. Как и Княгиня. Иван поначалу пытался помочь Леониду огнем, но мазал он безбожно. А потом Отмору помощь уже и не требовалась.
- И вы так спокойно относитесь к тому, что человек, с которым вы делите постель – убийца? Вас это не беспокоит? Не пугает? – осторожно спросила Угрюмова.
- А должно? – удивилась Гонцова.
- И вам не страшно?
- А почему я должна бояться? Это ж Лёнька! Ну, понимаете, Лёнька! Мы с ним, на соседних горшках сидели, в одни игрушки играли. Ну, пусть, стал он крутым. Пусть. Но это же все равно тот же Лёнька Отмор, который меня за косички дергал, чтобы я за ним с учебником побегала... – с трудом подбирая слова, неловко объяснялась Гонцова.
- А вас кошмары по ночам не мучают?
- Нет, – улыбнулась Гонцова. – Мужское плечо под головой – хорошее лекарство от кошмаров. Когда он рядом, кошмары мне не снятся.
- Все же убийство, совершенное у вас на глазах – тяжелая нагрузка для психики, – настояла на своем полковник. – Тем более массовое убийство. Тем более жестокое, кровавое, массовое убийство.
- Я не заглядывала в казарму, – серьезно сказала Гонцова. И эта серьезность на ее юном лице смотрелась несколько потешно. – Лёня сказал мне не делать этого. Княгиня заглянула. И Иван не удержался. А я своему другу поверила и не стала.
- Понятно, – пришла к каким-то своим выводам Угрюмова. – Получается, вы все произошедшее воспринимаете просто как игру?
- Нет, – ответила Гонцова. – Я-то как раз воспринимаю все вполне серьезно. Понимаю, что наша страна побывала на грани серьезнейшего политического кризиса: гибель Наследника – совсем не шутка. Но, согласитесь, трудно продолжать воспринимать окружающее адекватно находясь за спиной личного Супермена. Воспринимать нереальные, невозможные вещи, как реальность и сохранять при этом критичность мышления крайне трудно.
- Тяжело с этим не согласиться, – отозвалась Угрюмова. – И каковы у вас дальнейшие планы?
- Я подумываю уйти в отставку, – после некоторой паузы ответила Гонцова.
- В отставку? Уверены?
- Я трезво оцениваю свои способности и перспективы, товарищ полковник. Да, я объективно лучшая выпускница Академии этого года по результатам тестов и экзаменов. Но что это мне дает? Только более опасные задания, с большим риском для жизни: мне одной встречи с “Ангелом” в ночной школе за глаза хватило – такого чувства полной беспомощности врагу не пожелаешь. То, что я все же очнулась – всего лишь его прихоть, а не моя или ваша заслуга, – слегка уколола регионального координатора наглая девчонка. Но заслуженно и от того вдвойне неприятно. – А получить больше, чем получила сейчас... Я сирота из детдома. Мне выпал счастливый билет, один на миллиард. Я его ухватила и выиграла. А при игре в казино жизни главное правило – уметь вовремя встать из-за стола.
- Но теперь вы не просто девочка-сирота, – возразила Угрюмова. – Теперь вы – дворянка. Герой Империи. А это совсем другие служебные перспективы. Это руководящие должности, возможный перевод в Центр, карьерный рост...
- Пожалуй, – задумалась девушка. Но не на долго. – Вот только пример Лёньки Отмора перед глазами развеивает любые сомнения. Вызывает зависть и единственное желание: “Хочу так же!” – ослепительно улыбнулась она.
- В каком смысле? Быть суперубийцей?
- Нет, – улыбнулась девушка. – Независимым тунеядцем на государственном содержании. Делать только то, что хочешь. Не выполнять ни чьих приказов. И сейчас у меня появилась такая возможность.
- И что же вы планируете делать, уйдя в отставку? Учтите, что некоторые ограничения связанные с вашей нынешней работой, а конкретно с допуском к секретным сведениям, у вас все равно останутся.
- Конечно, – серьезно кивнула девушка. – Я это прекрасно осознаю. И не собираюсь подставляться под санкции со стороны государства, на чьем обеспечении, я собираюсь жить.
- И все же?
- Я ведь уже поступила в НГУ. Вот и буду учиться там. Высшее образование, даже тунеядцу, не помешает.
- Что ж, – побарабанила пальцами по крышке стола Угрюмова. – Похвальное желание. И когда вы намерены уйти со службы?
- Сейчас, – положила на стол перед полковником бумажный рапорт, извлеченный из пластковой папки, принесенной с собой, она.
- А у вас слова с делом не расходятся, – подивилась Угрюмова. – А ничего, что у вас пятилетний контракт, который вы обязаны отслужить после окончания Академии, как возмещение средств, потраченных на ваше обучение?
- Думаю, резолюция Императора на моем рапорте, решает эту маленькую проблемку, – указала на оную, с личной подписью и гербовой печатью, под основным текстом рапорта девушка.
- Пожалуй, вы правы, – поиграла желваками, а затем вымученно улыбнулась Угрюмова. – Такая резолюция решает любые проблемы...
- Вот видите, как хорошо, что я додумалась сразу ее поставить. Не придется теперь повторно записываться к нему на аудиенцию. Хоть, он, конечно, и говорил, что рад будет видеть в любое время.
- Елена Владимировна, – после внимательного прочтения вышеозначенного рапорта и утверждения его своей подписью и печатью, подняла глаза на Гонцову Угрюмова. – А, если, допустим, ваша помощь понадобится нашей службе... В частном порядке?
- Почему бы и нет? – улыбнулась девушка. – Леонид ведь не отказывает в таких услугах. За соответствующее вознаграждение, естественно.
- А он не отказывает? – вскинулась Угрюмова, моментально вернув себе пошатнувшееся присутствие духа.