Страница 14 из 25
Я паркую «Феррари», несколько раз хлопаю ладонями по щекам, надеясь, что это пробудит меня от депрессивного состояния и расшевелит.
Брандо не ошибся. Снаружи я уже вижу около полудюжины великолепных женщин. Музыка настолько громкая, что басы отдаются вибрацией по тротуару. Звонкий смех красавиц на высоких каблуках и крики радости заполняют улицу.
Бог знает как, но за всеми этими сексуально одетыми девушками снаружи я как-то упустил Брандо — возможно, потому, что сосредоточил внимание на парочке девушек с черной помадой. Я смотрю на них до тех пор, пока не ощущаю изрядно тяжелый и быстрый хлопок по спине, который может себе позволить только он.
— Чувак! Что я тебе говорил? — кричит он, вставая передо мной. Он кивает в сторону девушек, курящих в кругу. Одна из них формирует губы в букву «О» и выпускает дым, словно это поцелуй. Брандо смеется. — Это территория мечтаний, мужик! Пойдем внутрь, там еще лучше.
Закинув руку мне на шею, он заводит меня в клуб, подгоняя к переполненному бару, а другой размахивает, указывая и касаясь девушек, мимо которых мы проходим.
— Узри, мой друг, — говорит он, указывая на кучу людей, как актер в библейском фильме.
Просто не обращая внимания на свое состояние, я делаю так, как он велит. Хотя это последнее место, где мне хочется находиться прямо сейчас. Этот вид пронизывает меня до самого нутра, и я не могу сдержать улыбку, появляющуюся на моем лице. А затем он проникает мне в пах, и я не могу предотвратить появление этой выпуклости.
— Хмм? — говорит Брандо, когда замечает мою реакцию. — Я же тебе говорил!
Это напоминает массовые сцены самых распутных, сексуальных и реалистичных картин эпохи Ренессанса. Куда не взглянешь, повсюду твой взгляд останавливается то на идеально подкачанных задницах в модных шортах, то на скоплении каплевидных сисек, так и вываливающихся из укороченных топов, то на превосходных лицах с сексуальными глазами и сочными губами. Это перебор для того, чтобы понять и осмыслить. Как только я вижу девушку, которая мне нравится, то сразу же замечаю другую, которая вынуждает меня пересмотреть свои вкусы.
— Иисус Христос, — это все, что мне удается вымолвить.
Брандо смеется и снова хлопает меня по спине. Полагаю, это больно, но трудно что-либо чувствовать, когда все ощущения твоего тела сосредоточились в члене.
— Я как раз обрабатывал вон ту группу девушек, — говорит Брандо, указывая в нужном направлении.
Мне требуется некоторое время, чтобы выяснить, кого именно он имеет в виду — довольно много девушек предстает перед моим взором — но когда я смотрю на тех, то сразу понимаю, почему Брандо подкатил именно к ним. Даже по чертовски высоким стандартам сегодня вечером они на голову выше остальных.
— Взгляни на ту брюнетку. Это — Таша. Она из какой-то бывшей советской страны, мужик, и у нее этот чертов акцент. А посмотри на эти бедра. Черт возьми! Они выглядят так, словно смогут расколоть твою голову, как грецкий орех — и я планирую выяснить это. А вон та блондинка в джинсовых шортах. Это Алли, она из Техаса. Настоящая гребаная ковбойша. Разговаривает как баптистский пастор, но то, как она обхватывает мои яйца ладонью, явный признак того, что она не воздерживается. Остальных я даже не знаю, но, черт побери, ты только посмотри на них!
— Рождество настало рано.
— Точно. Проклятье. Я уже находился бы снаружи, если бы, черт возьми, просто мог выбрать. Давай же, мужик. Мне необходима конкуренция. Это слишком легко.
Я следую за Брандо сквозь толпу, почти теряя его из виду, поскольку отвлекаюсь на девушек, посылающих мне воздушные поцелуи и показывающих свои лучшие части тела. Мы подходим к той самой группе девушек, и Брандо приветствует их так, словно отсутствовал целый год.
— Брандо! — восклицает Таша, и я понимаю, что он имел в виду, упоминая ее акцент. — Я думала ты ушел!
— Я не уйду без тебя, детка!
Девушки смеются, и я понимаю, почему для него это слишком легко.
— Кто твой друг? — спрашивает Алли с южным акцентом, потягивая свой напиток через соломинку с изяществом бульдозерной груши для сноса зданий.
— Джакс, — отвечаю я, — а ты Алли, да?
Она улыбается.
— Брандо сказал тебе?
— Он рассказал мне немного о тебе. Хотя мне хотелось бы узнать больше.
— Что именно он рассказал?
Я оглядываюсь, и мне требуется приложить немного усилий, чтобы отвести взгляд от девушек вокруг нас и вновь обратить свое внимание на Алли.
— Он сказал, что тебе нравится держать все в своих руках.
Алли хихикает, и я чувствую, что снижаюсь на юг — больше в физическом смысле, чем в географическом.
— Зависит от того, что смогут заполучить мои руки.
Я забираю пустой бокал из-под коктейля из ее руки, а затем кладу на ее руку свою.
— Давай прогуляемся к бару. Посмотрим, чем я смогу наполнить твои руки.
Алли снова хихикает и расслабляется под моей рукой, позволяя отвести ее к бару, где я повторяю ее выпивку, а себе заказываю виски.
— Так ты модель? — спрашиваю я, стараясь не обращать внимания на каждую красавицу, попадающую в поле моего зрения. Глаза у Алли холодного голубого оттенка, но при попадании на них света они блестят и становятся более естественными.
Она перебрасывает через плечо свои белокурые волосы и начинает посасывать свой напиток через соломинку — ее взгляд прикован ко мне, таким образом она просит меня наблюдать за ее техникой.
— Да, я модель. Как и любая девушка в этом баре. Мы прилетели пораньше, хотя показ только на следующей неделе. Мы решили держаться вместе — некоторые иностранки беспокоятся. Сила в количестве.
— Ну, имея поблизости таких парней, как Брандо, даже количество не спасет вас.
Она ухмыляется.
— Держу пари, что и с такими парнями, как ты.
Я потягиваю свой напиток вместо ответа.
— Так чем ты занимаешься?
— Я архитектор.
— Да ты шутишь! Ничего себе. Значит, ты не только красив, но еще и богат? Большой дом? Роскошные автомобили?
— Три больших дома. Но всего один «Феррари». Я пытаюсь держаться скромнее.
Алли смеется.
— Тогда ты, должно быть, бабник. Будь это не так, какая-нибудь девчонка давно бы уже подцепила и окольцевала тебя к этому времени.
Это безобидная шутка. Непринужденный разговор. Флирт. Я должен ответить что-то в том же духе. Но внезапно мой мозг покидают все мысли. И перед глазами остается лишь лицо Лиззи — даже сейчас, в этом баре, переполненном самыми красивыми женщинами на планете. Я способен думать лишь о ней. В первый раз я увидел ее здесь — если вы вспомните тот момент, когда она отшила меня. Не знаю почему, но именно об этом сейчас мои мысли. Возможно, виной тому упоминание Алли о «какой-нибудь девушке». О том, почему я здесь флиртую.
Не помогает и то, что пока я увлечен этими убивающими либидо мыслями, Алли прикасается к моим яйцам. Я откидываю ее руку подальше.
— Ауч! — говорит она, глядя на меня так, словно я превратился в монстра. — Черт возьми, что с тобой не так?
Я вздыхаю.
— Знаешь, что? Ты не первая девушка, которая задает мне этот вопрос.
Алли пялится на меня несколько секунд, ожидая, что я продолжу свое объяснение, или, возможно, надеясь, что у меня на лбу появится хоть какая-то подсказка относительно этого жеста. Когда этого не происходит, она называет меня придурком и уходит.
Я допиваю виски и заказываю еще. Сделав глоток, я несколько минут пялюсь на стакан, стоящий на барной стойке. Со мной что-то серьезно не так. Впервые я вытворяю нечто подобное. В последний (и почти единственный) раз меня отвергла девушка, и ею была Лиззи. Но сейчас это не было даже отказом — девушка была полностью в моей власти. Нет, в этот раз я не смог завершить начатое.
И это произошло впервые за все время.
Я оглядываюсь и взглядом ищу Брандо. Супермодели высокие, но отыскать «огромного громкоголосого нью-йоркского итальянца» довольно просто. Я замечаю его направляющимся к выходу вместе с Ташей — он придерживает открытую дверь и шлепает девушку по заднице, когда она выходит.