Страница 7 из 86
Так, за разговором, мы поели и пошли дальше знакомиться с академией. Саша оказался очень приятным собеседником и рассказчиком, так что я быстро забыла о том, как мы познакомились, и прониклась симпатией к этому необычному парню.
Он показал мне библиотеку – огромный зал, уставленный стеллажами с книгами. А после мы вышли из главного здания академии. Оказавшись во дворе, остановилась и открыла рот. Такой красоты я не видела даже на картинках. Высокие деревья, изумрудное покрывало травы, клумбы с яркими цветами, над которыми хорошо поработал садовник, аккуратные дорожки, вымощенные белым камнем, фонтаны в виде животных и рыб, в которых плавают маленькие золотые рыбки. Интересно, а они желания исполняют, я бы даже уже не удивилась, если бы это было так. Всё это великолепие вызывало восторг, а воздух опьянял: чистый, влажный, наполненный запахом травы и цветов, его хотелось вдыхать до разрыва лёгких, после наших-то задымлённых городов. Это как с водой, когда мучает жажда, хочется ещё и ещё. Я бы так и простояла до вечера на этом месте, если бы Саша не напомнил, что у нас есть дела. Очнувшись, отправилась дальше знакомиться с новым местом моего обитания.
Факультетов оказалось четыре: боевиков и стихийников, ведьмовства и целительства, артефакторства и иллюзий, магического правопорядка. На последнем, кстати, могли учиться те, кто не наделен магией. У каждого факультета отдельный корпус и вход.
Мы пошли к корпусу ведьм, где, как объяснил Саша, я буду жить.
Большое белое здание с высокой башней, на шпиле которой развевался флаг с изображением красивой молодой девушки в ступе.
- Это что, Баба Яга что ли? - спросила у Сашки.
- Ну конечно она, а кто ж ещё? - удивлённо посмотрел он на меня.
- А я думала, она старушка, нос крючком, бородавки там, волосы седые, а тут девчонка же совсем, - пояснила ему. В детских сказках же они такие мерзенькие, страшненькие, а тут красота такая.
Сашка расхохотался и, утирая слёзы, проговорил:
- Это где ж ты такую Бабу Ягу видела? Она ж ведьма, а ведьмы все красивые и практически не стареют.
Хорошая перспективка намечается, вечно молодой и красивой быть - это ж мечта.
-Так в сказках у нас только так описывают их – злобные и вредные существа. Ты не забывай, что из другого мира перенёс меня, и тонкости ваши мне незнакомы. Я вообще ничего о вашем мире не знаю, - объяснила своё заблуждение и тихо пробормотала, - руки бы пообрывала тем сказочникам, которые насочиняли нам этот бред, - и Кощей у вас тоже не скелетом гремит в чёрных одеждах, а весь из себя красавец, добрых дел делец, так что ли? - странно всё это, зла у них тут нет, совсем, что ли, а зачем тогда магов и боевиков обучают?
- Ну, костями-то он точно не гремит, а вот пакость какую устроить, да над молодыми и наивными ведьмочками подшутить, поиздеваться - это он завсегда. Не больно-то он любит ваше племя. Давний спор у них с Ягой, то он у неё яблоньку молодильную сопрёт, то она у него коня его монструозного уведёт, так и живут, пакости друг другу строят.
Ага, значит не всё так просто в этом мире. Не все кругом добрые и хорошие.
- А зла, что ли, в мире нет совсем? - задала волнующий вопрос.
- Ну как это нет, то маг какой зло затаит, то ведьма, то царя свергнуть захотят, так за этим совет Великих следит да стражи нашей академии. А самый страшный - Аспид, уже как тысячу лет заточённый в скале сидит под стражей жар-птиц.
Так, надо бы в библиотеку наведаться, да историю мира почитать, про Великих этих, да про расы все.
Зашли в корпус, а проход загородила маленькая такая женщина, мне чуть выше колена, пухленькая, розовощёкая, в платке и переднике, стояла подбоченившись и строго на Сашку глядела.
- Опять в женское общежитие приперси. Мало я тебя в прошлый раз веником погоняла, за добавкой вернулся? - она так строго отчитывала этого амбала, а он, потупившись, стоял и внимал, что картина была умилительной.
- Тёть Аника, да я просто новенькой помогаю, честное слово, только заселиться помогу и сразу на выход, - и глаза такие честные-честные сделал.
- Смотри у меня, охальник, я ж тебе, если что, всё повыдергиваю, до чего дотянусь, - погрозила ему малюсеньким кулачком, а он, в ответ, лишь закивал как японский болванчик.
Я прыснула со смеху в кулак, да уж, с её ростом не трудно догадаться, до чего в первую очередь дотянется домовушка.
- Чего хихикаешь, ходь сюды, записывать тебя будем, да одежду приличную выдам, а то срам какой, ходишь тут не понять в чём, - переключила своё внимание на меня.
Оглядела себя: чёрные хлопковые бриджи, беленькая домашняя маечка на бретельках, и тапки кислотно-зелёного цвета, с помпонами, мягкие, удобные. Я и забыла, под впечатлением от увиденного, что меня из дома прямо в чём была умыкнули. А как тут одеваются девушки и не видела ещё, нет же никого, никого не встречали, пока гуляли по окрестностям академии. Пожала плечами и пошла следом за тётей Аникой, записываться.
Записали меня, ключик с номером пятьдесят четыре от комнатки дали, да водрузили стопку белья. Что там, в этой стопке, не поняла, решила, что в комнате разберусь. Сашка помог дойти до комнаты, которая на пятом этаже находилась, занёс все мои вещи и попрощался. Видимо, сильно торопился покинуть женское общежитие, боясь за то, чему угрожала бдительная домовушка. От души поблагодарила его и решила осмотреться.
Ну что могу сказать, простая такая общажня комната, две кровати деревянных, на них по матрасу, два стола деревянных, опять же, и два стула, один большой шкаф и два сундука. На полу коврик зелёного цвета, пошарпанный и местами облысевший, на окнах зелёные же занавески, стены обтянуты синей тканью. У двери большое напольное зеркало в полный рост. Дверь, ведущая в ванну, слава богу, за дверью оказались нормальный душ и туалет, а то я боялась, что придётся либо в общие душевые бегать, очередь занимать, либо, вообще, в какой-нибудь бадье мыться. Фууух, прямо камень с души, я всё же человек двадцать первого века, мне минимальный комфорт нужен. Стены ванной белой плиткой отделаны, но всё вокруг сверкает чистотой. Как сказал Сашка, уборкой здесь занимаются домовые и домовушки, как тётя Аника, но часто и провинившихся студентов привлекают.