Снегирь и волк

- Давайте лучше про войну поговорим! – предложила она волку.

- Какую? – не понял тот, не ожидая такой резкой смены темы.

- Любую. Желательно покровожаднее и покровопролитнее, - буркнула подопечная. – Настроение способствует.

В кабинете было темно и тихо. Догорали поленья в камине, подмигивая красными угольками, да тихонько стучал в окна снегопад.

- Рейн, ты чего здесь? И один?

Виттур тяжело вздохнул:

- Родик, не начинай хоть ты. Мне Полины за глаза хватило!

- А я её и имел в виду, - хмыкнул Гилмор, усаживаясь напротив.

Рейнгольд усмехнулся:

- Не хочет. Или не готова.

Альфа допил остатки коньяка, налил себе ещё и вопросительно посмотрел на друга. Родик отказался и спросил:

- Ты уверен?

- А тебе её посиделки в подвале ничего не сказали?.. Полина не хочет никаких романтических отношений.

- Ох, эти бабы! – ворчливо простонал Гилмор. - Вечно с ними одни проблемы. Надо было идти к ней в подземелье!..

Виттур покачал головой:

- Родик, “заставить” – это не для Полины. Ты же её знаешь: Грис уже пытался, и что вышло?.. Мне нужно время. Ну, и немного хитрости.

…

Четвёртое апреля или цветеня, по здешнему календарю. Цветень! Красивое название для месяца, и подходящее, ведь это время, когда появляются первые цветы и “котики” на вербе!..

Этот день у волчицы не заладился с самого утра. Причина была понятна для Полины, а остальным необязательно знать, почему у неё всё валится из рук. Волки тренировались в человеческой ипостаси. Гилмор, заложив руки за спину, прохаживался по краю спортивной площадки и пояснял:

- У магов есть заклинания, которые могут помешать вам перекинуться… Нарсий жёстче удар!.. в другую ипостась. А это значит, что вы должны уметь нападать и защищаться даже в более слабой, человеческой… Полина, не спи! Сварн, осторож.. Дохлый котс!!!

От удара из глаз посыпались разноцветные звёздочки. Даже красиво, в первый момент! А потом пришла боль! Полина застонала. Каминский тут же склонился над подружкой:

- Поля?..

Женщина поморщилась от пульсирующей боли, держась двумя руками за затылок.

- Да как же так? Мы же сто раз это делали! – запричитал Серый.

- А сто первый раз не прошло! – Гилмор оттолкнул его и посмотрел на наливающуюся шишку. – Не тошнит?

Полина едва заметно покачала головой.

- Посиди немного, - велел бета.

Она прислонилась к холодной стене, надеясь, что скоро станет легче. Не стало. И тогда Гилмор отправил подопечную к Шеремету.

- Сама дойдёшь?

- Да, - кивнула та, осторожно поднимаясь.

…Оборотница медленно шла по коридору, мечтая поскорее добраться до своей комнаты. К счастью, боль постепенно отступала. Ансур успокоил, что сотрясения нет, дал обезболивающее и отправил отлёживаться. Женщина уже свернула к винтовой лестнице, когда её увидел альфа.

- Полина? – мужчина заметил бледное лицо и руку на пострадавшем затылке. - Что случилось?

- Упала.

Оборотень подошёл.

- Покажи! – осторожно наклонил голову волчицы, разглядывая шишку. - Сильно болит?

- Уже нет. Я была у беты Ансура.

- И как тебя угораздило?

- Невнимательная.

- Ты? – не поверил оборотень. – На тебя не похоже. Давай правду!

- Альфа!.. – женщина умоляюще посмотрела на него и тут же опустила глаза.

Белый волк был так близко, что Полина видела, как движется плёночка на голубой радужке. Стоит оборотню захотеть - и она исчезнет, а мысли любого, кто окажется рядом, перестануть быть тайной для менталиста. Рейнгольд тяжело вздохнул:

- Понятно. Сегодня день рождения твоего сына.

Хотел ещё что-то сказать, но замер и сглотнул от беспросветной тоски в карих глазах.

-… Ну, что мне сделать, чтобы не думать об этом?!

Мужчина привлёк волчицу к себе:

- Тихо! Успокойся! Конечно, ты не можешь не думать о сыне. Иначе это была бы не та Полина, которую я знаю.

Женщина от горечи, от боли, от… - да кто его знает от чего ещё! – забыла о статусах, о собственных страхах, о непростом характере волка, просто оперлась о Виттура, подставляясь под его успокаивающие поглаживания, и призналась: