Страница 18 из 29
— Оденьтесь, — сказал он. — Вы же простудитесь.
— Но ведь очень жарко.
Он поцеловал ее:
— Надо слушаться, малышка!
Рядом со смятой койкой лежала книга, которую читала Даун. Деланней поднял ее и положил в шкаф. Даун одевалась.
— Все терпеть не могли Арчера, так, Шон?
— Мне кажется, да!
— Только один Ваш прекрасно с ним ладил, — продолжала она, проверяя шов на чулке. — Вы это странным не считаете?
— На борту этого чертова судна много странного, — ответил он. — Ваш был полностью во власти Арчера. Почему вы говорите о привязанности, а не о страхе?
— Ваш говорил только хорошее о своем хозяине, чтобы убедить себя?
— А почему бы и нет? Такое бывает.
Деланней открыл дверь.
— Куда вы, Шон?
Он ничего не ответил, улыбнулся ей и вышел, закрыв дверь. Затем поднялся на палубу и увидел Эдвардса, который расхаживал взад-вперед по полуюту, до камбуза и обратно. В камбузе Трентон с недовольным видом мыл посуду.
— Вы что-нибудь хотите, месье Деланней?
— Скажите-ка, осматривал Эдвардс вещи Ваша?
— Нет.
Деланней показал на маленькую дверь и спросил:
— Это здесь он спал?
— Да, месье. Я думаю, что он еще не сможет вернуться в свой закуток.
— Возможно, Трентон.
— Да, хлебнули мы горячего до слез во время этого чертового перехода!
Деланней вошел в каюту Ваша. Она была крохотной и освещалась маленьким иллюминатором с грязным стеклом. Запах пота, грязных вещей и спиртного отравлял в ней воздух.
Деланней открыл иллюминатор и начал обыск.
Вещей у Ваша оказалось немного. В ящике лежала одежда, пара полуботинок из двухцветной кожи и безделушка из ракушек. Под рваным плащом Деланней нашел две нетронутые бутылки рома с печатью «Марютеи». Осмотрев ящик, Деланней принялся за койку, поднял покрывало и тонкий матрас. Вдруг, резко бросив постельное белье, он потерял равновесие от сильного толчка корабля и ногой толкнул луженый железный таз, который стоял на грязном полу. Поскользнувшись, Шон упал на спину и перевернул покрытый грязным полотенцем кувшин с водой. Почувствовав, что его штаны промокли, он быстро вскочил на ноги, поднял кувшин и услышал, как в нем что-то звякнуло. Просунув руку в кувшин, он вытащил небольшой пузырек из темного стекла и прочел выгравированную надпись: «Настойка арники».
На свету пузырек казался наполовину пустым. Деланней открыл его и понюхал, затем сел на койку. Через открытую дверь было видно, как Трентон возился с тарелками.
Деланней еще раз понюхал жидкость, обмакнул в нее мизинец и осторожно лизнул. Несмотря на сладковатый вкус, Шон тотчас почувствовал легкое жжение на кончике языка. Это была не арника!
Шон закрыл пузырек, положил его в карман и вышел. Он направлялся на полуют, сгорая от нетерпения и желая побыстрее проверить свое открытие.
— Куда вы так спешите, Деланней? — Перед ним стоял Эдвардс с трубкой в зубах.
— Есть ли на борту медицинский справочник?
— Что, мисс Фарлен стало хуже?
— Да нет, она себя прекрасно чувствует и речь не о ней.
— Это мне уже нравится.
— Так где же справочник? — нетерпеливо переспросил Деланней.
— В рулевой рубке на полках справа. Я вас предупреждаю, что издание старое.
— Все равно!
Деланней быстро нашел книжонку с оторванной обложкой и с полосками газеты в качестве закладок. Он судорожно листал оглавление… Хлоргидраты, цианистый калий, катары, конопля, датурадурман. Его палец остановился, и Шон внимательно прочел заметку, узнав, что дурман дает эффект, аналогичный атропину, но ничего не говорилось про цвет и вкус датуры и ее соединений. Деланней выругался и захлопнул книгу.
Оставался еще один способ, жестокий, но верный.
Шон вышел из рубки и направился к Эдвардсу, который с беспокойством смотрел на него.
— Эдвардс, скажите, когда вы собираетесь допросить Ваша?
— Если хотите, сейчас.
— Согласен.
— Что-нибудь случилось?
— Я вам об этом после скажу. Приведите Ваша!
— Ладно.
Эдвардс вынул трубку изо рта и выбил ее о каблук. Он не спешил, а Деланней от нетерпения скреб свой подбородок.
— Аллисон! — позвал Эдвардс.
— Слушаю, месье!
— Сейчас же приведите Ваша!
— Сию секунду, месье!
Эдвардс обернулся к Деланнею и не без сарказма спросил:
— Нашли что-нибудь интересное?
— Еще не знаю. Мне нужно одно доказательство, и я надеюсь его получить от Ваша.
— Доказательство чего?
— Подождите немного.
Эдвардс поднял брови и усмехнулся.
— Есть у вас в рубке ром?
— Остатки бутылки старика, — произнес Эдвардс. — Вы хотите выпить?
— Нет, не я. Не начинайте без меня допрос. Я пойду за мисс Фарлен.
— Вы ее больше не зовете Даун?
Деланней холодно посмотрел на него и сухо ответил:
— Я называю ее Даун, когда мы спим вместе. Вам этого достаточно?
— Да, поздравляю.
— Не с чем!
Деланней быстро отошел, успев заметить Аллисона, толкавшего Ваша перед собой. Шон вбежал в коридор, постучал в дверь Даун и, входя, сказал:
— Вы мне нужны для допроса Ваша.
Она удивленно взглянула на него:
— Да я-то там причем?
— Возможно, вам будет интересно. Все зависит от того, что расскажет Ваш.
— Хорошо.
Она надела плащ и берет, и Деланней вышел следом за ней.
Эдвардс и Ваш ждали в рулевой рубке. Лицо негра по-прежнему ничего не выражало, и от него сильно пахло смолой.
— Вы можете начинать, — сказал Эдвардс, предлагая Даун сесть. — Ведь это же ваша идея.
— Начните вы.
— Прекрасно. Итак, Ваш, решили ли вы заговорить?
Кок медленно поднял голову, хлопая глазами, словно никогда не видел дневного света.
— Не забывайте, что я приму во внимание ваши признания. Если вы убили Гоша, потому что он вас спровоцировал…
— Нет, — перебил его Ваш. — Он меня не провоцировал.
— Почему же вы его убили?
— Я это сделал сознательно.
— Сознательно? — повторил Эдвардс. — Вы много выпили?
— Да ничего я не пил, — ответил Ваш, — ну, может быть, совсем чуть-чуть.
Он опустил голову и глубоко вздохнул.
— Иногда ведь можно немного и выпить, — добавил он.
В его голосе послышалась грусть.
— Ну ведь это от вас зависит, — перебил его Деланней.
— Правда, месье Деланней?
— Сначала скажите, зачем вы убрали Гоша?
Лицо негра стало жестоким, и Даун увидела, как он сжал кулаки.
— Я его убил за то, что он убил Арчера, — сказал Ваш. — Я не мог видеть его живым, когда Арчер был давно мертв.
— А вы видели, как Гош убивал Арчера?
Ваш засмеялся почти весело и ответил:
— Я ничего не видел. Я ведь находился на палубе вместе с другими и поэтому ничего не мог видеть, но я уверен, что это Гош перерезал горло Арчеру.
— Значит, вам об этом кто-то сказал? — спросил Эдвардс.
— Нет. Никто мне ничего не говорил, у меня была своя идея по этому поводу.
Эдвардс обменялся взглядом с Деланнеем.
— Совсем не понятно, — продолжал Деланней. — Во всяком случае, вы убили Гоша и бросили его тело за борт?
— Да, это правда. Но я думал, что никто об этом не узнает.
— К вашему несчастью, мисс Фарлен стояла у иллюминатора, и Гош позвал ее, падая в море.
Ваш расхохотался:
— Гош не мог ее позвать со своей перерезанной глоткой! Я думаю, что он даже не понял, что это я его зарезал.
Даун отбивала пальцами марш по своей коленке. Деланней положил ей руку на плечо, и она успокоилась. Следующий вопрос задал Эдвардс:
— Объясните нам все-таки, почему вы решили, что это Гош убил Арчера?
— Я понял, что он перерезал горло капитану, когда вспомнил, как он полоснул ножом Вана по лицу, — ответил Ваш.
Он многозначительно посмотрел на Эдвардса и конфиденциальным тоном продолжил:
— Это было ясно с самого начала, и не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы об этом догадаться.
Деланней расхохотался:
— Кретин чертов, это ведь Ван ударил ножом Гоша!