Страница 5 из 11
«А чуда ни за что не рассказать…»
А чуда ни за что не рассказать —За дружеской неспешною беседойНа сплав немногословности не сетуйС тем, что узлом впотьмах не завязать,Не выразить, как взгляды ни близкиИ сколь ни далеки шаги в пространстве, —И всякий раз, и в трезвости, и в пьянстве,Кусаешь недомолвок локотки.Коль чуду не стоять бы на своём,Иную обрели бы мы дорогу,Ведущую к забвенью понемногу, —И мы его и видим, и поём,И чествуем, и чувствуем везде,Где есть надежда так, а не иначеУйти к нему тропой самоотдачи,В мирской не задержавшись чехарде.Когда подобно рвению оноИ вместе с тем похоже на смиренье, —Намёков и примет столпотвореньеГоренью без раздумий отданоДля жертвенного света и тепла,Для внутреннего строгого отбора,Где истины крупицами не скороСверкнут на солнце пепел и зола.6 марта 1992«Те же на сердце думы легли…»
Те же на сердце думы легли,Что когда-то мне тяжестью были, —Та же дымка над морем вдали,Сквозь которую лебеди плыли,Тот же запах знакомый у свай,Водянистый, смолистый, солёный,Да медузьих рассеянных стайШевеленье в пучине зелёной.Отрешённее нынче смотрюНа привычные марта приметы —Узкий месяц, ведущий зарюВдоль стареющего парапета,Острый локоть причала, наплывПолоумного, шумного валаНа событья, чтоб, россыпью скрыв,Что-то выбрать, как прежде бывало.Положись-ка теперь на меня —Молчаливее вряд ли найдёшь тыСреди тех, кто в течение дняТратят зренья последние кошты,Сыплют в бездну горстями словес,Топчут слуха пустынные дали,Чтобы глины вулканный замесБыл во всём, что твердит о печали.Тронь, пожалуй, такую струну,Чтоб звучаньем её мне напиться,Встань вон там, где, встречая весну,Хочет сердце дождём окропиться,Вынь когда-нибудь белый платок,Чтобы всем помахать на прощанье,Чтоб увидеть седой завитокЦепенеющего обещанья.8 марта 1992«Выскользнув и пропав…»
Выскользнув и пропав(Спрятавшись, так – вернее),Звук, безусловно, прав,Благо, иных сильнее.Вон он опять возник,Выросший и восставший, —Мыслящий ли тростник,Виды перевидавший?Ветер ли на холмах,Шорох ли дней негромкий?Вздох, а вернее – взмах,Вздрог – за чертой, за кромкой.Ломкой причины злак,Едкой кручины колос?Лик, а вернее – знак,Зрак, а вернее – голос.Врозь – так незнамо с кем,Вместе – в родстве и чести, —Зов! – но и – зевом всем —Вызов любви и вести.Заумь? – летящий слог,След на песке прибрежном, —Свет, а точнее – Бог,Сущий и в неизбежном.13 марта 1992«Ты, душа, влеченья не скрывала…»
Ты, душа, влеченья не скрывалаК берегам, где встарь уже бывала.К берегам, где издавна томитсяВсё, что днесь то вспомнится, то снится,К берегам, где волю славит лира,К берегам, где скоро будет сыро,К небесам, где музыка витала,К облакам, рассеянным устало.Ты, душа, упряма в этой тяге —Дни пройдут, и власти сменят стяги,Не застынут вести на пороге,Подоспеют новые итоги,Выпьют вина, слитые во фляги,Не просохнут строки на бумаге, —А тебя попробуй удержи-ка,Узелок незримый развяжи-ка.Ты, душа, беспечна в этой блажи,В раж вошедши, празднична – и дажеХороша в движении к истокам,В этой смеси запада с востоком.В этом сплаве севера и юга,За чертою призрачного круга,Где тропа спасительная словоИз ненастья вывести готова.14 июня 1992«Покуда завораживаешь ты…»
Покуда завораживаешь тыСвоим напевом горьким, Киммерия,Бессмертен свет, сходящий с высотыНа эти сны о воле неземные,На этот сад, где, к тополю склоняясь,Тоскует сень сквозная тамарискаО том, что есть неназванная связьПримет и слов, – невысказанность близко,Чуть ближе взгляда, – ветром шелестит,С дождём шумит, якшается с листвою,То веткою масличною хрустит,А то поёт над самой головою,О том поёт, что нечего искатьВот в этой глуби, выси и просторе,Поёт о том, что сызнова плескатьВолною в берег так же будет море,Как некогда, – как, может, и тогда,Когда потомкам что-нибудь откроетВот эта истомлённая гряда,В которой день гнездовье не устроит, —И вся-то суть лишь в том, чтоб находитьВсё то, что сердцу помнится веками, —И с этой ношей по миру бродить,Рассеянно следя за облаками.16 сентября 1992