Страница 46 из 59
— О том, что ты задаешь тупые вопросы, — фыркает тот и прикрывает глаза, массируя свои виски, — что я могу сейчас делать? Я уже все сделал. Даже, млять, больше, чем стоило бы. Мы слишком далеко зашли, простите мне мой каламбур, но прямо под корень, по яйца даже. И это не очень круто в итоге.
— Почему?
— По хребту! — рявкает Сальваторе и злобно косится на него, закатив глаза. — Будто ты не понимаешь, куда я вляпался, когда я трахнул Елену, которая, если задуматься, является дочерью моего брата, то есть она моя племянница. А я с ней переспал.
— Ну, как бы… — Рик проводит рукой по шее, что-то обдумываю, — настоящей же родственной связи у вас нет, так что не думаю, что это такая прям глобальная проблема. Правда, ваша разница в возрасте…
— Да маяк я на нее клал, на эту разницу! — едва ли не рычит он, испытывающе глядя в глаза друга. — Включи башку и пойми, в чем вся жесть. Я уверен, ты сможешь, я в тебя верю, — Деймон щелкает пальцами, и бармен приносит ему коктейль, вставив трубочку в форме обнаженного женского тела. Сальваторе усмехается и, покачав головой, обхватывает ее зубами, глядя на Рика исподлобья.
— Погоди… — медленно выдыхает тот, посмотрев на него, — ты не хочешь сказать, что… — Деймон шумно делает глоток, — что она была… — еще раз, уже громче, — а ты… — хлюпанье становится таким громким, что на них оборачиваются две девушки, которые сидят в нескольких метрах, — и это был ее… — Деймон мощным глотком выпивает едва ли не всю жидкость, и Рик ударяет рукой по барной стойке, скрипнув зубами. — Я сейчас запущу в тебя этим стаканом и засуну эту гребанную трубочку тебе в задницу!
— Главное, что ты понял, как я влип, — как ни в чем не бывало пожимает плечами тот и указывает подбородком на свой бокал, взглянув на бармена. — Причем я понимаю, если бы это было прям необходимо, но нет — мы спокойно столько лет жили без секса, и нам было зашибись. А тут эти придурки в магазине, и взрыв, и кровь, и адреналин в башке стучит, и в зубах сводит, и еще она смотрит так, что штаны трещать начинают от напряжения.
— Ты же не хочешь сказать, что это была ее инициатива?
— А чья еще? Я не думаю, что рискнул бы трахнуть ее вот просто так. Да, она горячая, сука, она даже слишком горячая, и я заколебался после каждой нашей поездки идти в душ, чтобы привести себя в порядок. И самая хрень в том, что она понимает свою сексуальность и нарочно одевается иногда так, что хочется порвать все к чертям и припереть к ближайшей более-менее горизонтальной поверхности.
— Ну…
— Ты вообще видел, как она сейчас ходит? — мученически кривится Деймон. — Топики, полупрозрачные рубашки, обтягивающие, кожаные штаны и куртки, этот броский макияж… Сука, там встает только от одного ее вида. Девочка явно выросла.
— И у нее появились определенные потребности, — фыркает Рик, — которые она решила удовлетворить при помощи тебя. Умная, однако, девочка, понимала, что ты не откажешься.
— Я был готов дать заднюю, — признается он, поджав губы, — но потом она сама потянулась вперед, ну, а дальше все пошло как-то само собой, я вообще ничего не соображал. Как бы мы в крови были, нам бы домой промыть раны да себя в порядок привести, а тут… Я не знаю, что это было, — Сальваторе молчит с минуту, потом качает головой и встает, — я отойду.
Деймон делает несколько шагов по бару и застывает, когда видит Елену, которая входит внутрь и ловит его взгляд. Он чисто инстинктивно напрягается, не зная, чего ему ожидать и какой будет ее реакция. Между тем она подходит к нему и складывает руки на груди, пристально смотрит на него и недовольно щурится. Сальваторе практически ощущает, как все внутренности покрываются толстой коркой льда, а сердце начинает стучать как сумасшедшее. Что она сейчас сделает? Начнет кричать? Закатит истерику? Обвинит его в том, что он воспользовался ей?
— Пьешь, значит, — вдруг произносит она, и мир резко останавливается. — Без меня.
— Чего? — Деймон с трудом собирает мысли в одно единственное слово и таращится на нее.
— Не люблю, когда ты пьешь без меня, — повторяет Елена и вдруг начинает смеяться, видя его вытянувшееся лицо. — Что, боялся, что я тебя пошлю после того, что произошло? Да ты, как я понимаю, кирпичей отложил в свои дорогущие джинсы.
— Заткнись, — огрызается он и убирает руки в карманы. — И я реально понятия не имел, как ты будешь реагировать. Может, ты пришла меня убивать. Или кастрировать. Или мало ли что, я привык к твоим маниакальным наклонностям.
— Деймон, — она вдруг кладет руки на его плечи и пристально смотрит ему в глаза, — а как ты относишься к тому, что случилось прошлым вечером? После всего мы так и не поговорили, да и дома сразу спать легли.
— Что думаю я? — Сальваторе прямо смотрит ей в глаза и жестко произносит: — Что это была ошибка. Причем глобального масштаба. Мало того, что вообще сам факт секса между нами дик, так еще и я оказался твоим первым, что еще хуже, потому что это неправильно. Я не должен был быть им, я должен был включить голову, а не думать только тем, что у меня кровь кипела от адреналина.
— И что собирается делать? — на удивление спокойно интересуется Елена, и ему становится не по себе. — Отмотать время назад уже не получится, потому что все уже случилось, а растрахать человека нельзя. Ну вот никак. Твои действия, Деймон? Уйдешь в запой? Начнешь трахать все, что двигается, чтобы забыть меня? Выгонишь меня? Начнешь игнорировать?
— Елена…
— О, уже не «Мелкая», — усмехается она кончиками губ, — мило. Но, ладно, ты сказал то, что думаешь, теперь и моя очередь пришла, что ли, — она поправляет прядь волос, упавшую на лицо, и поднимает голову, встречаясь с ним взглядом. — Я не жалею. Не жалею ни о чем. Ни о том, как это произошло, ни о том, где это было, ни с кем. Было время, когда я хотела, чтобы моим первым был Энзо, потому что он был всем моим миром, но потом все изменилось. Прошли годы, и я выросла рядом с тобой, я училась у тебя, я была с тобой постоянно и поняла, что правильно сделала, когда не торопилась с Энзо, хотя пару раз мы были близки к грани. И вчера я отдавала себе отчет в том, что последствия могут быть любыми. Но мне было, если честно, плевать. Я хотела этого и хотела этого с тобой, — Елена пожимает плечами и с абсолютным спокойствием поправляет кожаную куртку. — Я не знаю, что творится у тебя в голове и как ты поступишь, но все уже случилось, и все было правильно, именно так, как должно было.
— Послушай, я… — Деймон открывает рот, но она поднимает руку и перебивает его, качнув головой.
— Я не закончила. Я однозначно не верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Ее просто не существует. В принципе. Нет, они могут как бы дружить, но все равно минимум один из двоих будет представлять секс с вторым. Ни один «друг» не способен долгое время дружить с «подругой», при этом не представляя ее голой и не задумываясь о том, как бы оказаться с ней на горизонтальной поверхности. Или вертикальной, кому как нравится. Я уверена — если бы Энзо не погиб, между нами случилось бы то же самое, и никто не знает, в каком бы месте это произошло. Но он умер, и я оказалась рядом с тобой. И это случилось с тобой. И я не сожалею, ни секунды, — она делает паузу и шумно выдыхает, на мгновение прикрыв глаза. — Ну, а теперь можешь говорить все, что захочешь, потому что я все сказала и готова ругаться, если у тебя это в планах.
— Ты до сих пор умудряешься удивлять меня, — медленно произносит Деймон, пристально глядя ей в глаза, — я был абсолютно уверен в том, что ты закатишь скандал и обвинишь меня во всех земных грехах. Так что сейчас, если честно, я просто опешил и понятия не имею, как мне реагировать.
— Тогда просто поцелуй меня, — она обвивает его шею руками и немного приподнимается на носочки, чтобы быть к нему ближе, — потому что я знаю, что ты хочешь, потому что ты хотел этого три года назад и даже попытался. Правда, тогда я сопротивлялась, но сейчас не буду.
— Я не знаю, могу ли тебе доверять, — щурится он, положив руки на ее бедра, — я знаю, что ты очень коварная, может, это подвох и ты мне врежешь так, что придется спицу ставить? Сомневаюсь, что моя челюсть останется на месте после очередного удара на эмоциях, потому что бить ты научилась мастерски.