Страница 165 из 170
Морозова протестующе дернулась, но в следующий момент его язык проник ей в рот и девушка буквально задохнулась, понимая, что конкретно от нее сейчас ничего не зависит. Целоваться Рахло умел, отрицать данный факт было бессмысленно, равно как и сопротивляться. Сдавленно всхлипнув, Анна подалась ближе -скорее интуитивно, чем осознанно, и позволила себе в полной мере получить наслаждение от этого процесса, совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Угрызения совести ей всегда были чужды за неимением этой самой совести, так почему бы и не убедить Рахло в том, что он выиграл этот раунд? Ну и самой получить хоть немного удовольствия.
Простояли они на светофоре гораздо дольше, чем долбанные полминуты, но никому из имеющихся поблизости недовольных водителей и в голову не пришло связываться с владельцем упадочно роскошной иномарки, поэтому Анна отстранилась лишь тогда, когда Рахло ей позволил это сделать.
Губы саднило, шею ломило от неудобной позы, а руки почему -то дрожали. В голове не было ни одной связной мысли.
-Целовать я тебя буду где захочу и когда захочу, -спокойно сообщил Рахло, трогая машину с места и уже не обращая внимания на запрещающий сигнал светофора. -Советую смириться.
-Пристрелю, -не менее спокойно парировала брюнетка.
-Рискни, -милостиво разрешил владелец «Скорпиона». Анне захотелось достать из клатча пистолет и послать пулю в собственный висок. Вместо этого, однако, она просто отвернулась к окну и постаралась вернуться в норму, но нормы не было. Были саднящие губы и полный сумбур в голове.
Частная медицинская клиника.
Иван, сидящий на неудобном стуле под дверями палаты, в которой находилась Таня, поднял глаза на подошедшую Анну и усмехнулся. Было очевидно, что Морозова -последняя, кого он рассчитывал встретить в данный момент.
-Иван Владимирович, -сухо констатировала брюнетка, которая от данной встречи тоже особенного удовольствия не испытала.
-Анна Михайловна, -не менее холодно отреагировал бывший покровитель двух ее лучших танцовщиц. -Какими судьбами? Если вы за телом Тани, то смею огорчить -она жива. И даже не при смерти. Какое разочарование, правда? Особенно для Андрея Рахло.
Хозяйка «Серебряной кобры» дернула щекой, словно получив незначительный, но болезненный удар током, и прислонилась спиной к стене напротив, скрестив руки на груди и едва не уронив с плеч наспех наброшенный одноразовый медицинский халат.
-Если кто не забыл -Таня до сих пор официально работает на меня, -напомнила брюнетка, сузив глаза, словно кошка. -Так что мое здесь нахождение вполне уместно. А вот вы, Иван Владимирович, здесь по какому праву? Контракт Тани уже больше года недействителен, следовательно, покровительство аннулировано. Могу даже неустойку выплатить, -издевательски предложила она.
-Сказать, куда ты можешь засунуть свои деньги? -подался вперед Иван, вбуравливаясь в оппонентку злыми глазами.
-Удиви, -хмыкнула Анна, внимательно оглядывая бывшего клиента и констатируя, что выглядит он достаточно усталым и помятым. Волосы были небрежно взлохмачены, но руки стилистов к этому отношения не имели. Рубашка была явно несвежей, глаза запали, на лице минимум двухдневная щетина -создавалось полное впечатление того, что пределов данной клиники Иван не покидал уже больше суток.
Анна даже испытала нечто, похожее на совесть -как так получилось, что Иван волнуется за Таню гораздо больше, чем это делает она? Особенно учитывая прохладность, с которой рыжеволосая всегда относилась к навязанному покровителю, считая его кем -то, вроде неизбежного зла -и хотелось бы избавиться, да выбора нет.
И оставалось только удивляться Ивану, терпеливо сносившему такое пренебрежение и все равно преданного Тане до такой степени, что это вызывало стойкое недоумение. Чем зеленоглазая заслужила такое отношение? Она королева «Серебряной кобры», бесспорно, но это -то и означало, что безгрешным ангелом девушка уж точно не является. Она бессердечная и циничная сука, других Анна не держала. И Иван не может не понимать, что Тане он не нужен -так почему, словно верный пес, сидит под дверями ее палаты уже который день? Зачем? Таня ведь не оценит, даже если он станет для нее добровольным донором органов. Так зачем все это? Изысканный способ мазохизма? Безысходность?
-Любовь, -слово повисло в воздухе и Анна, вздрогнув, поняла, что последние три вопроса задала вслух.
-Любовь? -протянула Морозова, старательно обкатывая это слово языком. В ее словаре оно отсутствовало напрочь, и сейчас брюнетка словно впервые его произносила.
-Тебе не понять, -с усмешкой констатировал блондин.
-Не буду отрицать, -дернула углом губ Анна. -И не только мне, кстати. Думаешь, Таня это слово знает? У меня для тебя плохие новости.
-Плевать, -спокойно посмотрел на нее бывший клиент. -Она может меня даже ненавидеть.
-Дурак ты, -вздохнула Анна с неким оттенком жалости, что было ей совсем уж несвойственно. -Любовь, ненависть -это все чувства. Полярно разные, но чувства. А к тебе Таня не испытывает ровным счетом ничего. Нет у нее такой программы, чтобы кого -то любить. И не было никогда.
-Ты думаешь, я этого не понимаю? -Иван взглянул на нее совершенно больными глазами, в которых сквозила усталость. -Понимаю, Анна, поверь мне. Но когда в дело вступает сердце, разум может идти лесом. Поэтому я и сижу тут, надеясь, что оценит, поймет… Хотя знаю -не оценит, и не поймет.
Некоторое время они молчали. Анна добралась до автомата с кофе и вскоре прихлебывала горькую, на удивление неплохую черную субстанцию из одноразового стаканчика, пытаясь понять, куда отправился Рахло. В клинику они вошли вместе, но владелец «Скорпиона», что -то уточнив у девушки на ресепшен, велел охране проводить Морозову к рыжеволосой, а сам отправился невесть куда, сопровождаемый нервозной медсестрой.
-Как она? -наконец нарушила тягостную тишину брюнетка.
-Стабильно. Динамика положительная, -заученно отозвался Иван.
-Тогда почему ты сидишь под дверью? -приподняла брови Анна.
-Потому что это единственное, что мне остается, -саркастично фыркнул собеседник. -К Тане не пускают. Здесь Андрей Рахло всем заправляет, если ты не в курсе. И без его разрешения за эту дверь даже муха не залетит. Спасибо, хоть меня не вышвырнул вообще отсюда -впрочем, вероятно, это его специфическая благодарность. Я же Мелиссу вроде как спас… -он скривил губы. -Хотя, как по мне, лучше бы девчонка еще на берегу отмучилась.
-Что ж мне так с танцовщицами -то не везет, -сокрушенно вздохнула хозяйка «Серебряной кобры», выслушав подробности. -Прямо проклятие какое -то. Так и жду, что и Лиза этот список пополнит.
-У Лизы хватает мозгов не связываться с неприятностями, -мотнул головой Иван. -В отличие от бестолковой Тани, которая сует голову в пасть льву и верит, что ее не откусят. Только льва неделю не кормили и человечину он ох как любит.
-Интересная аналогия, -прищурилась Морозова. -Не на Андрея ли Рахло намекаешь?
-А сама как думаешь? -буркнул блондин. -Сама зацени. Две танцовщицы. Две королевы. Один Рахло. И обе дурочки сейчас на больничной койке, а этот гад жизни радуется. Наводит на определенные мысли.
-Наводит, -согласилась Анна, выбрасывая пустой кофейный стаканчик в урну, уже наполненную десятком таких же, видимо, опустошенных Иваном. -Вот только опоздал ты со своей сентенцией. Мелисса уже при смерти. А Таня… Сколько ей останется, когда она оступится и даст Рахло то, чего он хочет?
-А чего он хочет? -подобрался бывший клиент.
-Неважно, -уклончиво отозвалась брюнетка. -Просто поверь, Таня жива до тех пор, пока Рахло не поймет, что есть и другой способ достичь желаемого. А он поймет. И тогда за ее жизнь я не дам и десяти рублей -она и рубля не будет стоить.
Иван нахмурился, покусывая обветренную нижнюю губу.
-Тогда надо играть на опережение, -вынес вердикт он. -И убрать Таню как можно дальше от этого типа.