Страница 26 из 79
Младшая ветвь ярославских князей в конце XV—первой трети XVI в. не дала сколько-нибудь крупных политических деятелей. У Глеба (второго сына Василия Грозные очи) было трое сыновей: Иван, Федор и Константин Шаховской. От сына Федора Семена Щетины пошли князья Щетинины, а от второго сына, Ивана Засеки, — Засекины.
Среди Щетининых наиболее выделялись правнуки Семена — Юрий и Василий Ивановичи, которые в 1512 и 1522 гг. «стряпали» у доспеха и оружия. К 1547 г. кн. Юрий стал оружничим.[507] Другие два брата Щетининых погибли: Иван Темка — под Оршей в 1514 г., а Захарий — под Смоленском.[508] Среди четырех сыновей Ивана Засеки известен Дмитрий Солнце, упоминающийся в свите Ивана III во время похода в Новгород в 1495 г.[509] Он был родоначальником Засекиных-Солнцевых. Внук Засеки Иван Сосун Иванович (сын Ивана Бородатого Дурака) в 1515 г. на Луках был вторым воеводой сторожевого полка, а в походе оттуда к Полоцку А. Д. Ростовского возглавлял полк левой руки.
В Литовском походе к Витебску из Белой в 1516 г. придан к большому полку отрядом с Лук, который возглавлял В. Г. Годунов и он. В 1524—1526 гг. И. И. Засекин ездил с ответственным посольством к императору Карлу V.[510] В середине XVI в. по Дмитрову числились дети Ивана Федоровича Засекина, поэтому, скорее всего, их отец служил кн. Юрию.[511]
Не сложилась придворная карьера у Шаховских, связавших свою судьбу с Вологодским уделом и Новгородом. У Константина Шаховского было двое сыновей — Андрей и Юрий. Юрий еще около 1460—70-х годов сохранял остатки суверенных прав на какие-то земли в Ярославском крае.[512] Об Андрее нам известно только как об отце двух сыновей — Александра Драницы и Александра Шемяки. Последний из них служил Андрею Вологодскому.[513] Все его шесть сыновей были испомещены еще до 1495 г. в Деревской пятине Новгорода,[514] т. е. фактически были исключены из дворовых детей боярских, которым главным образом и перепадали доходные кормления и чины. Иван Юрьевич Шаховской промелькнул в разрядах летом 1482 г.[515]
Третий сын Василия Грозные очи Роман известен как основатель г. Романова.[516] Его старший внук от первого сына (Ивана Неблагословенного свистуна) Федор Иванович Мортка (от него пошли Морткины) служил в Твери,[517] а младший Афанасий стал родоначальником князей Шехонских. Дети внука Романа Льва Даниловича Зубатого — Дмитрий Векошка и Василий — служили Василию Шемячичу.[518]
У брата Льва Зубатого Василия Ухорского было пять сыновей. Род пошел от второго — Федора Охлябины (Охлябинины)[519] и от младшего — Михаила Хворостины (Хворостинины).[520]
От второго сына кн. Давыда Федоровича Ярославского, Михаила Моложского, пошел целый ряд княжеских фамилий: от первого сына — Сицкие[521] и Прозоровские,[522] от второго — Ушатые и Чулковы, от третьего — Дуловы.[523]
Внуками Ивана Михайловича Моложского были: Василий, Константин, Иван Ляпун, Иван Бородатый, Юрий и Петр Федоровичи Ушатые.[524]
Константин Федорович Ушатый в 1491 г. упоминается как послух в духовной М. А. Плещеева, затем он появляется в разрядах похода на Северу 1492 г., занимая сравнительно еще скромное место второго воеводы сторожевого полка. В 1495 г. он сопровождал Ивана III в Новгород в составе его свиты. В 1500 г. великий князь посылал его с поручением к Юрию Захарьичу «в полки». В 1504 г. он сидел на наместничестве в Дмитрове, т. е. находился в уделе. В июне 1505 г. наместничал в Ивангороде. Летом 1507 г. отбивал крымский набег, находясь в Калуге. Там же был и в 1508 г. В походах на Литву в октябре 1507—апреле 1508 г. К. Ф. Ушатый по-прежнему занимал скромное место (второго воеводы левой руки и третьего — в передовом полку). Осенью 1508 г. послан с Москвы в Вязьму, а затем в 1509 г. находился в Дорогобуже. В начале 1510 г. кн. Константин участвует в походе на Псков.
Уже в 1512 г. мы встречаем его в чине окольничего вторым воеводой левой руки в войсках кн. М. И. Булгакова, располагавшихся на Угре. В первом Смоленском походе 1512—1513 гг. К. Ф. Ушатый — всего-навсего четвертый воевода сторожевого полка. Весной 1513 г. он в войсках М. И. Булгакова командовал полком правой руки. В 1515 г. Константин Федорович был вторым воеводой большого полка на Вошане. В 1517 г. в войсках, стоявших на Суре, он возглавлял полк правой руки.[525] Продвижению кн. Константина по служебной лестнице, очевидно, способствовало то, что его отец был женат на дочери Якова Казака из влиятельного боярского рода Кошкиных.[526]
Иван Ляпун и Иван Бородатый Федоровичи Ушатые в 1495 г. сопровождали Елену Ивановну в Литву.[527] Весной того же года Иван и Петр Ушатые были посланы «на Каянскую землю». Князь Петр Ушатый упоминается также в походе кн. С. Ф. Курбского на Югру 1499/1500 г.[528] Иван Ляпун в 1501/02 г. наместничал в Торжке.[529] Из двух Иванов Ушатых Бородатый упоминается в разрядах 1502—1522 гг. Думных чинов он не получил.[530] Юрий Федорович Ушатый в источниках не встречается, а его сын Василий в 1524 г. был первым воеводой левой руки в судовой рати, отправленной в Казань.[531] Другой его сын, Юрий Меньшой, упоминается в грамоте 1521 г.[532]
У старшего брата князя Константина Василия Ушатого было несколько сыновей, из которых наиболее выделялся Василий Чулок. Еще в 1508 г. он возглавлял сторожевой полк на Мещере. Во время второго Смоленского похода 1513 г. Чулок был вторым воеводой левой руки в авангарде русских войск. С тех пор он является непременным военачальником почти во всех крупных военных кампаниях. В 1536 г. он наместничал в Рузе.[533] В 1542/43 г. он уже окольничий, умер около 1548 г.[534]
В положении ярославских князей можно заметить существенные особенности. В отличие от суздальских, ростовских, а тем более Гедиминовичей и Оболенских некоторые из ярославских княжат сохранили свои суверенные права в старых владениях (Юхотские, Пенковы и др.). Прочными были связи с Ярославлем и тех княжат, которые не обладали там суверенными правами. Этим, а также близостью некоторых из ярославских княжат к удельным властителям объясняется тот факт, что они очень поздно вошли в Думу. Исключение составлял кн. Семен Романович (боярин в 1495—1504 гг.), принадлежавший к старшей ветви ярославских княжат, потерявший права на Ярославль. К тому же он был младшим сыном Романа Ивановича, а сувереном в его владениях был старший (Федор Романович). Та часть ярославских княжат, которая порвала владельческие связи с Ярославлем (Кубенские, Шестуновы), дала крупных деятелей, которые сделали ставку на службу по дворцовому ведомству и близость к великому князю. Никто из ярославских княжат (кроме князя Семена) не стал боярами, но некоторые дослужились при Василии III до чина окольничего. Лидерами ярославских княжат стали Пенковы, чему содействовал и брак И. Д. Пенкова со свояченицей Василия III. Положение Ушатых укрепилось благодаря родственным связям с Кошкиными.
507
РК. С. 51, 68; Зимин. О составе. С. 191.
508
Род. кн. Ч. 1. С. 124.
509
РК. С. 25.
510
Там же. С. 55, 56, 59; Герберштейн. С. 22. В Румянцевской редакции родословных книг говорится, что «был посольством у цысоря» (РИИР. Вып. 2. С. 106).
511
Тысячная книга. С. 66, 128. Их службу князю Юрию знает Государев родословец (Род. кн. Ч. 1. С. 136). Михаил Иванович и Иван Иванович Засекины владели поместьями в Деревской пятине около 1495 г. (НПК. Т. 2. Стб. 638, 687, 691, 692). В разрядах упоминаются: Давыд Иванович в 1495 г. (РК. С. 25), Михаил Иванович Черный с 1501/02 по 1507 г. (Там же. С. 34, 39), Иван Михайлович Чулок с 1518/19 по 1537 г. (Там же. С. 64, 94), Петр Дмитриевич Солнцев с 1521 по 1533 г. (Там же. С. 67, 82).
512
АСЭИ. Т. 3. № 205; Т. 1. № 368. В грамоте 1501 г. Юрий Шаховский упомянут как живший пятьдесят лет тому назад. Волость Шаховская к началу XVI в. уже считалась великокняжеской (Там же. Т. 1. № 221).
513
Род. кн. Ч. 1. С. 138.
514
Там же; НПК. Т. 2. Стб. 784, 798.
515
РК. С. 19, 20. О его брате Константине см. также в духовной 1483 г. (АСЭИ. Т. 1. № 501. С. 379, 627).
516
По Румянцевской редакции, у него были дети: Иван Неблагословенный свистун (с детьми Федором Морткой и Афанасием Шехонским), Дмитрий и Василий (с детьми Василием, Данилой, Ильей и Андреем). В Летописной редакции пропущен сын Романа Василий (РИИР. Вып. 2. С. 35). В Бархатной книге пропущен текст о том, что у Романа было два сына — Иван Неблагословенный и Дмитрий (Род. кн. Ч. 1. С. 149).
517
Правнук Федора Мортки Иван Михайлович «бегал в Литву» (Род. кн. Ч. 1. С. 150).
518
РИИР, Вып. 2. С. 35. Ранее Василий отъехал в Литву с кн. Иваном Можайским.
519
Петр Федорович Охлябинин упоминается в разрядах с 1519 по 1537/38 г. (РК. С. 63, 95). Его брат Василий служил у князя Юрия Ивановича с 1507 г. (Там же. С. 38). Последний раз в разрядах упомянут в 1544 г. Дети Василия в середине XVI в. служили по Кашину (Тысячная книга. С. 134).
520
Дети Михаила Хворостины в середине XVI в. служили по Коломне (Тысячная книга. С. 158).
521
Федор Петрович Сицкий упоминается в разрядах в 1495—1509 гг. (РК. С. 16, 25, 36, 38, 40—43; Р. С. 45, 48, 59, 67, 75, 89, 94, 99, 107, 109, 112), а его дети: Александр в 1500 г. и 1514—1520 гг. (Сахаров. Т. II, кн. VI. С. 37; РК, С. 55, 56, 59, 65), Семен в 1515—1530 гг. (РК. С. 56, 58, 63, 67, 71, 72, 74, 75; ср. в акте 1520/21 г. — АРГ 1505—1526 гг. № 191), позднее постригся в Кириллове монастыре (Род. кн. Ч. 1. С. 171), Андрей и Иван в 1531 г. (РК. С. 80).
522
Андрей Иванович Прозоровский упоминается в 1493—1495 гг. (РК. С. 23, 25). Его племянник Федор Юрьевич Судцкий Прозоровский встречается среди воевод в 1492 г. (Р. С. 31) и 1501—1507 гг. (РК. С. 33, 35, 39), а в 1495 г. в свите княгини Елены. В 1503—1505 гг. он наместничал в Дорогобуже (Сб. РИО. Т. 35. С. 164, 448, 478 и др.). В 1510 г. участвовал в походе Василия III на Псков (Масленникова. С. 192). Внуком Ивана Прозоровского от младшего сына был Михаил Лугвица Андреевич, упоминающийся в разрядах в 1507—1508 гг. (РК. С. 38, 41). В 1495 г. он также сопровождал княгиню Елену в Литву (Сб. РИО. Т. 35. С. 164). Братья Михаила Иван и Федор встречаются в разрядных записях с 1521 г. (РК. С. 65, 71, 72, 74, 76, 77, 80, 85, 91, 92 и др.).
523
У первого сына Михаила Моложского, Федора, в свою очередь, было четыре сына: Василий, Семен Сицкий, Дмитрий Перина Моложский и Иван Прозоровский. Внук Дмитрия, Борис Петрович Моложский, в 1495 г. провожал в Литву княгиню Елену Ивановну (Сб. РИО. Т. 35. С. 164). Его «книги» о смольнянине Андрее Полтеве хранились в Государственном архиве (ГАР. С. 42 (ящик 26), 144). В 1501/02 г. он наместничал на Городце (Р. С. 75—76).
524
У Ивана Михайловича Моложского было трое сыновей: Андрей и Глеб Шуморовские и Федор Ушатый. Внуком Глеба был Иван Михайлович Шамин, наместничавший в 1526 г. на Луках (Сб. РИО. Т. 35. С. 741). Упоминался он и в разрядах 1513—1524 гг. (РК. С. 50, 70).
525
АСЭИ. Т. 1. № 562. С. 442; РК. С. 22, 25, 30, 39, 40, 42, 45, 49, 50, 56; Р. С. 88, 97, 100, 108, 111, 156; ПДС. Т. 1. Стб. 125, 131; ПСРЛ. Т. 8. С. 247; Масленникова. С. 192.
526
Род. кн. Ч. 2. С. 123.
527
Сб. РИО. Т. 35. С. 164. И. Ф. Ушатый был помещиком Бежецкой пятины (НПК. Т. 6. Стб. 197).
528
ИЛ. С. 131; Р. С. 50; РК. С. 29.
529
Р. С. 75.
530
РК. С. 34, 35, 42, 45, 47, 49, 50, 53, 59, 65, 68. По Ш. боярин с 1521/22 г., умер в 1523/24 г. В Государеве родословце о думных чинах К. Ф. и И. Ф. Ушатых не говорится (Род. кн. Ч. 1. С. 176—177).
531
РК. С. 70.
532
АРГ 1505—1526 гг. № 191.
533
Р. С. 98; РК. С. 52, 55, 56, 59—62, 65, 66, 70—72, 75, 90.
534
Зимин. Состав Боярской думы. С. 58. У Ивана Третьяка Васильевича Ушатого в 1544/45 г. была вотчина в волости Черемхе Ярославского уезда (Рождественский С. В. Указ. соч. С. 164.). Василий Чулок Ушатый продал в 1528/29 г. вотчину свою с. Недюрево Переславского уезда (Шумаков. Обзор. Вып. 4. № 852. С. 267—268). В разрядах упоминается также старший брат Чулка Юрий Большой Васильевич в 1519—1533 гг. (РК. С. 62, 82). Братья Юрий, Василий и Иван Васильевичи Ушатые были помещиками Бежецкой пятины (НПК. Т. 6. Стб. 281).