Страница 10 из 64
— Арч звонил? — наконец выдохнула я.
Он поднял вверх одну бровь:
— Да, он сказал, что ему не с кем добраться домой. Про аварию он ничего не знает. — Генерал наклонил голову, и я почувствовала, что не падаю в обморок только потому, что еще цепляюсь глазами за глубокие морщины на его лбу. Посмотрев на меня своими бледными глазами, он сказал: — Ни о чем не волнуйся, Голди. Мне тут надо еще поработать. Но я достану ключи и позабочусь о машине, когда поеду в школу. Адель подписала меня волонтером на работу в бассейне. — Его взгляд стал вдруг отцовским. — Иди наверх и отдохни. Один из нас обязательно привезет твоего сына домой.
И он встал, показывая, что уже готов отпустить нас. Я осушила бокал, хотя вовсе не хотела спиртного. Мне хотелось спать. Но мы все не двигались с места, и тогда генерал Бо, со всем сожалением, на какое был способен, сказал:
— Сегодня я закладываю в саду.
Он произнес это так, словно ему вот-вот надо бежать на собрание объединенного комитета начальников штабов. Он подкатился ко мне на роликах своих новых кроссовок и уставился, широко открыв глаза.
О, Господи! Я аж подпрыгнула на месте. Закладывает в саду!
— Тебе пора. Тебе пора, — повторяла я Шульцу. Но тот не двигался с места. Сидя на довольно высоком и до абсурда непрочном бледно-зеленом кресле, он смотрел то на меня, то на генерала.
— Я думал, люди на пенсии отдыхают, — услужливо проговорил Шульц.
Я подергала его за руку:
— Ты не понимаешь, это действительно важное дело, он работает над…
— Вообще, — очень серьезным голосом прервал меня генерал и взглянул на часы, — над чем я сейчас работаю, это попытка убить одним ударом двух зайцев.
— Следователь Шульц, — взмолилась я. — Это приказ. Мы должны уйти. Немедленно. Прямо сейчас.
Шульц взглянул на меня как на сумасшедшую, ничего не сказал и не шелохнулся.
— Видите ли, — вежливо пояснил генерал, — область моей деятельности — техника терроризма.
Шульц помычал, словно генерал смотрел на его часы, а не на свои.
— Сколько времени? Сколько времени? — настойчиво вопрошала я.
— Боюсь, осталось меньше минуты, — насупился генерал и неожиданно повернулся к Шульцу: — Мне придется просить вас уйти.
Генерал вовсе не пытался привлечь внимание Шульца к своей персоне, было не до того. Но я достаточно хорошо знала следователя по убийствам, чтобы заметить, как он изящно выпрямляет позвоночник, как щурит глаза. «В другой раз», — мысленно молила я Шульца. — «Как-нибудь в другой раз». Мои глаза блуждали по зелено-розовой гостиной. Белые подушки дырявили ее цветочный пейзаж, как случайно брошенные кусочки зефира. Я пыталась сосредоточиться. Осталось меньше минуты… И куда мы должны идти?
— Вставай, — резко бросила я Шульцу, потянув его сразу за обе руки. — Вставай, тебе пора уходить. Нам обоим пора.
Наконец-то Шульц поднял себя с кресла. Я взглянула на генерала. Тот беспокойно поглядывал в окно, наморщив лоб, на этот раз — в смятении.
И тут весь дом сотряс взрыв.
— Дьявол! — крикнул генерал, чуть не отлетев в сторону.
Я потеряла равновесие и упала на колени. Шульц схватился за кресло. За окнами гостиной поднялись клубы пыли и дым. Уотерфордская ваза покачнулась и упала с каминной полки. Грохот стоял у меня в ушах.
— Какого черта? Что это было? — выкрикнул Шульц.
Я, как могла, выпрямилась, глядя на него снизу вверх:
— Я пыталась предупредить тебя! Но ты не стал слушать. Генерал заложил в саду! Техника терроризма…
ГЛАВА 6
— Та-а-ак… — протянул Шульц, оглядев столовую и пыль за окнами. Затем покачал головой и помог мне встать с пола. — Интересные вокруг тебя люди. Почти такие же нескучные, как твой бывший муж. Не хочешь рассказать мне о хозяевах дома чуть поподробнее?
Я потерла ушибленный локоть и что-то проворчала. Шульц пожал плечами и отвернулся.
Медленно проводив его до входной двери, я все еще не была готова отпустить ни его самого, ни теплое море душевного спокойствия, которое он дарил мне своим присутствием. Обращаясь к нему, я убеждала себя:
— Здесь со мной все будет в порядке.
— Сейчас в доме есть кто-нибудь? — вздохнул он. — Или все помчались убирать последствия взрыва?
Не успев ответить, я услышала, как на кухне зазвонил телефон. Я попросила Шульца подождать и отправилась выяснить, кто из соседей решил пожаловаться первым. Идеально справляясь с ролью жизнерадостного волонтера, Адель помогала с организацией церковной музыкальной конференции, что планировалась в Аспен-Мидоу в июле. Это звонил из Солт-Лейк-Сити органист и хормейстер Епископальной церкви. Гнусавым голосом он поинтересовался, когда возвращается Адель.
К моему большому удивлению, я сумела поставить его на ожидание и даже включить внутреннюю связь, чтобы найти генерала. Но его не было в доме, и я вернулась к хормейстеру.
— Не могу сказать, когда она вернется, — ответила я и неосмотрительно добавила: — Я не знала, что в Юте есть Епископальные церкви.
— Послушайте! — закричал хормейстер. — Мне надо знать, будет ли у нее пятьдесят копий «Хвалебных песен»!
— К сожалению, я ничего об этом не знаю, — невозмутимо ответила я.
Я не знала также, почему я надеялась, что служащий церкви окажется если уж не добрым христианином, то хотя бы просто вежливым человеком.
— А вы кто? — спросил он, не меняя тона.
— Повар.
Последовало молчание, затем оханье. Не могла бы Адель перезвонить им как можно скорее? Еще бы! Именно так я и ответила и дала отбой.
Шульц все еще стоял в коридоре, внимательно изучая панель управления системы безопасности, каждую кнопочку.
— Соседи? — спросил он, не глядя на меня.
— Если бы. Спрашивали Адель, жену генерала.
— Я ее знаю?
— Не думаю. Помнишь мою подругу Марлу? Это ее сестра.
Шульц посмотрел на лестничный проем, потом опять опустил взгляд на панель управления.
— У вас тут четыре узла системы безопасности, — сказал он. — Какие? Пожарная, периметр, задняя дверь и датчики движения на первом этаже?
— Молодец, — устало ответила я. — Я ужасно себя чувствую.
Он положил руку мне на плечо и отвел обратно на кухню.
— Я правильно тебя расслышал? — спросил он со своей обычной полуулыбкой, которую, к сожалению, уже запатентовал Санта Клаус, иначе она стала бы визитной карточкой Шульца. — Помню ли я Марлу? Как я могу забыть. Мои уши до сих пор не пришли в себя. Почему бы нам не вызвать сюда эту мисс Хохотушку, чтобы она побыла с тобой?
Я как-то неуверенно согласилась, и он начал шарить по кухонному столу, пока не нашел справочник. Еле слышно бормоча себе под нос, он уставился на телефонный аппарат, нахмурил брови и принялся нажимать кнопки. Его голос зажужжал в трубку, отражаясь от начищенных кастрюль и сковородок, разбиваясь о кафель разделочного стола. Я посмотрела по сторонам и закрыла глаза, пытаясь заглянуть в себя. Что я чувствовала? Ничего. Абсолютно ничего.
— Двадцать минут, — произнес Шульц после того, как повесил трубку.
Без спроса он начал бродить по кухне, открывая все подряд шкафчики, пока не нашел чай. Затем вскипятил воду и, заварив горячий ароматный напиток, налил его в изящные фарфоровые чашки. Кухню наполнил утешительный запах «Эрл Грея». Я поблагодарила Шульца, в моем голосе звучала уловка.
Он уселся на высокий табурет, и мы пили в тишине. Но сколько бы мы ни старались, эта картина лишь отдаленно напоминала тихие посиделки генерала Бо и Адели.
— Голди, — испортил картину Шульц своей полуулыбкой. — Расскажи мне еще про своего генерала.
Я цокнула языком и вздохнула:
— Он был в Афганистане в качестве наблюдателя или кого-то там вроде. До этого занимался подрывными работами.
— О, ко мне начинает возвращаться память! — Шульц тихо присвистнул. — Это тот малый, который научил афганцев взрывать советские танки реактивными гранатами, которые они захватили. Это точно тот самый малый! Так и знал, что видел его по телевизору.