Страница 42 из 101
— Мне очень страшно... - признался солдатик.
— Можешь не бояться смерти, - успокоил его Снеговик - Ты никогда с ней не встретишься. Пока есть ты, смерти нет. А когда появится смерть, то не будет уже тебя. Недавно у меня был разговор на эту тему...
Данте как обычно навестил профессора в лечебнице. После игры в "квадраты" между ними завязался горячий спор.
— Жизнь и смерть не стоят и ломаного гроша, - заявил профессор - Они не значат ровным счётом ничего.
— Занятное утверждение, - заметил Снеговик - Многие мои знакомые с вами бы не согласились.
— Прежде чем ты родился, прошла целая вечность, - объяснил старик - Так в чём разница между временем, когда тебя еще не было, и временем, когда тебя уже не станет?
Данте задумался.
— Личность возникает при рождении, - развил свою мысль профессор - Когда мозг гибнет, исчезает то, что отличало человека от окружающих. Но смерть не может забрать больше, чем дало рождение. Даже ей не разрушить того, что приводит колесо в движение. Я называю эту силу "волей". Природа не терпит пустоты. Поэтому воля без перерыва создаёт всё новые и новые личности.
— Немного сложновато для моих мозгов, - признался Снеговик.
— Пожалуйста, подай мне бумагу и карандаш, - попросил старик.
Профессор взял лист бумаги и поставил на нём десяток чёрточек.
— Это жизни десяти человек, - объявил он - Начало черты - рождение. А конец - похороны.
— Понятно, - кивнул Данте.
— Да ничего тебе не понятно, - фыркнул старик - На самом же деле всё выглядит вот так...
Профессор провёл длинную полосу, соединив чёрточки между собой.
— Слова "начало" и "конец" не существуют без слова «время», - пояснил старик - Но что произойдёт, если отказаться от идеи времени? Тогда жизнь и смерть теряют всякий смысл. Я уже рассказал тебе о воле. Так вот, она не ограничена ничем. Даже временем. Воля вечна. Но она нуждается в обновлении. Старуха, что умерла во сне, и мальчик, который родился, могут быть носителями одной и той же воли. Для природы перемена тел - то же самое, что для нас с тобой смена одежды.
— Давайте предположим, что вы правы, - сказал Снеговик - Но отчего же тогда люди так боятся смерти?
— Каждый человек мнит себя особенным, - поморщился профессор - Поэтому он воспринимает уничтожение своей личности, как трагедию для всего человечества. Но что такого хранится в мозгу обычного человека, чтобы дорожить этим? Заурядные мысли? Никому не нужные воспоминания?
— Вы - самый умный человек, из всех кого я знаю, - заявил Данте - И вот поэтому вы всегда будете один. Скажите мне, это того стоило?
Старик отвернулся и медленно покачал головой...
Под утро Снеговик ненадолго задремал. А когда проснулся, то увидел, что новобранец исчез.
— Суд признал вас виновным в преступной тупости, - пробормотал Данте - И приговорил к казни.
Снеговик огляделся. Солдатам императора удалось удержать позиции. На распаханной снарядами земле валялись вперемешку трупы имперцев и северян. Души покинули искалеченные тела и растерянно кружили над полем битвы.
— Ничего личного, братцы! Но я не желаю тут подыхать! - решился Данте.
Снеговик сделал глубокий вдох и втянул в себя ближайшую душу. В тот же миг он почувствовал, как по его телу растекается сила. Голод, который сводил Снеговика с ума всю последнюю неделю, исчез без следа. И тогда Данте начал поглощать все души, находящиеся поблизости. Их как раз хватило на то, чтобы он смог восстановить силы. Закончив, Снеговик некоторое время лежал с закрытыми глазами. А потом бесшумно выскользнул из воронки и пополз к окопам имперцев.
Когда Данте был уже в двух шагах от своей цели, его окликнул часовой.
— Стой! Кто идёт? - грозно спросил он, щёлкая затвором винтовки.
Снеговик громко и длинно выругался.
— Здорово загнул, - оценил часовой, опуская оружие.
Данте скатился в траншею. Его тут же окружили солдаты. Все смотрели на Снеговика, как на человека, который вернулся с того света. Подошёл полевой лекарь.
— Вы ранены, господин? - спросил он у Данте.
Снеговик опустил глаза. Рукав его куртки был вспорот осколком снаряда.
— На излете зацепило, - поцокал языком лекарь - Вам повезло. Могли бы остаться без руки.
— Трудно отыскать большего везунчика, чем я, - голос Данте звучал устало и хрипло - Что-то здесь маловато народу. А где все остальные?