Страница 64 из 329
– Майли, ты слышишь мёртвых? – он хлопнул себя по лбу. Та слабо кивнула, не переставая стонать. – Но для этого ты должна была потерять невинность. Когда ты?.. – Пожалуйста, пощади Финиста! – прохрипела она. Петрас обернулся к нему и зло сверкнул глазами. – Ты, жалкий звероуст, осквернил мою дочь?! Испортил труд всей моей жизни! Я тебя на части разорву! – некромант снова взмахнул посохом. Мотыльки бросились на путников и подняли их, не позволяя пошевелиться. Они залепляли лицо, набивались в нос, сдавливали горло. Каждый вздох давался с трудом. Получалось лишь бессильно трепыхаться в воздухе. Финиста, наоборот, приложили лицом к полу, чтобы он не вывернулся. Мотыльки потянули его в разные стороны, как на дыбе. – Нет! – эхом пронёсся по залу крик Майли. Мотыльки отпрянули от наставника, словно обжёгшись. Он перевернулся на спину и оборвал верёвки невероятным усилием. Висевшие в воздухе Герда, Дугава и Ждан, одновременно взмахнув руками, упали на пол. Финист выхватил из-за пазухи анк, отгоняющий мертвецов, и бросил его Герде. – Живей к Майли! Помоги ей перехватить власть над призраками. Чего он хочет? А-а-а, нет времени на споры! Герда со всех ног побежала к алтарю. – Дешёвыми трюками меня не победить! В этих стенах я неуязвим! – Петрас полоснул по руке ножом и вылил пригоршню крови на янтарный набалдашник посоха. – Слушайте меня, я ваш истинный повелитель, моя кровь гуще, чем у этой сопливой девчонки! Ждан с Дугавой снова повисли в воздухе. Герда застыла в полушаге от алтаря, силой пытаясь преодолеть оставшееся расстояние. Её тянули назад, хватали за руки и за ноги, но она продолжала двигаться. Высвободив руки, сиротка принялась развязывать Майли. Мотыльки понесли Ждана с Дугавой к стене. Он ударился спиной и рухнул на пол, её тоже приложило об камни, но не так сильно. Мотыльки душили обоих – они могли только беспомощно размахивать руками. – Останови это! – в отчаянии крикнула Герда, освободив Майли. – Иначе они убьют всех, даже тебя, даже Финиста! – Я не могу, – дочь некроманта свесилась с алтаря и скатилась вниз. – Я не понимаю, как сделала это в первый раз. – Но… просто прикажи, попробуй! На дрожащих ногах Майли поднялась и слабым голосом сказала: – Повелеваю, остановитесь, не причиняйте им зла! Петрас криво усмехнулся: – Они подчиняются только мне. Долгое время дар накапливался в нашей семье за счёт династических браков. Только ты была рождена от матери без дара. Тебе не победить. – Не слушай его! – воскликнула Герда. Ждан с Дугавой снова взмыли в воздух и полетели к другой стенке. Финист бросился на Петраса, смеясь гортанно и зло, под стать самому некроманту. – Ты глуп, лорд Гедокшимска. Гордыня уж в который раз ослепила тебя. Жалкому трусу сила бога не достанется никогда. А за предательство, за все злодейства, что ты совершил, заплатишь кровью. Мстить ты будешь лишь себе самому! – Тридцать лет назад я один перебил целый отряд Сумеречников. Тогда я не обладал и десятой толикой знаний, которыми располагаю сейчас. С чего ты, презренный червь, решил, что одолеешь меня? – бросил ему некромант. – Какая же короткая у тебя память. До сих пор не понял? Ничего не происходит случайно. Я и есть твоё проклятье. Справедливое возмездие за то, что ты совершил тогда. Узри же истинную силу провидения! – Давай попробуем вместе, как тогда в хижине с варгами, помнишь? – Герда схватил Майли за руку. Та кивнула: – На счёт три! Повелеваем, остановитесь! Некромант поперхнулся собственным смехом. Брови поползли на лоб, рот приоткрылся, в зрачке единственного целого глаза плескались жуткие воспоминания. Мотыльки в ужасе бросили людей, собрались в рой на потолке и принялись в суматохе носиться из стороны в сторону. Дугава со Жданом мягко опустились на пол. Финист начал превращаться: от макушки до пяток пробежали судороги, седой дым охватил уменьшающееся тело, из-под кожи проклюнулись сизые и коричневые перья. Через мгновение он соколом помчался на Петраса. Тот медленно, будто залипнув в паутине, воздел посох, чтобы защитить лицо. Птица увернулась и клюнула в висок. Отмахиваясь рукой, Петрас снова произнёс заклинание, но призраки не ответили. Сокол яростно кидался на некроманта, расцарапывая лицо и руки в кровь. Очередной призрак прошёл сквозь Герду склизкими объятиями, словно натянул её на себя. Она могла лишь наблюдать за происходящим поверх своей макушки. Повинуясь чужой воле, сиротка двинулась к Петрасу. – Лайсве? – лихорадочно спросил некромант, растопырив исцарапанные пальцы и глядя сквозь них единственным целым глазом. По щекам текли слёзы. – Ты пришла простить меня и спасти? Я смогу всё исправить! Герда заговорила непохожим на свой голосом: – Оживишь меня? Вернёшь моему мужу честь и душу? Из-за тебя он превратился в чудовище! Из-за тебя!