Страница 272 из 329
– Справедливо, – кивнул Морти. – Я верну её, как только ты покажешь детей. Хочу убедиться в правдивости твоих слов. Никса снова глянула ему в глаза. Искала подвох? Наконец она уползла в пещеру за водопадом. Майли переминалась с ноги на ногу от нетерпения и любопытства. Вскоре никса вынесла корзину из ивовых прутьев. Внутри на перине из листьев водяных лилий лежали два одинаковых младенца. Кожа их была ровного белого цвета, а макушки покрывал тёмный пух. Морти склонился над ними и, зашептав что-то ласковое, протянул к одному руку. Малыш улыбнулся беззубым ртом и шаловливо дрыгнул пятками. – Ты ошиблась, – взяв ребёнка на руки, Морти повернул его лицом к никсе. – Это мальчик. Майли пригляделась и заметила крохотный кожаный мешочек между ног малыша, хотя могла поклясться, что мгновение назад это была девочка. – Что? Ах ты! – взревела никса, поняв, что её провели. Морти прижал к себе ребёнка и отступил на шаг, посмеиваясь. – Но-но! Ты же сама обещала, что мальчика отдашь. А станешь дурить, так я и второго… – Морти заглянул в корзину и рассмеялся уже в голос: – мальчика заберу. – Ненавижу! – с горечью выкрикнула никса. – Прокляла бы всю твою демонову семейку, да они и так прокляты, только потому что рок связал их с тобой! Морти не стал слушать её брань и направился к Майли. – Если малыша обидят, я всё равно его заберу! – бросила никса на прощание. – В этом случае я верну его сам, – заверил её Охотник. Вместе с Майли они двинулись в обратный путь. Ребёнок быстро затих и уснул. – Никса говорила странные вещи, – задумчиво пробормотала Майли, когда они ушли достаточно далеко от водопада. – Демоны всегда так себя ведут. Не обращай внимания, – отмахнулся Морти. Но слова никсы задели его гораздо сильнее, чем он стремился показать. Впрочем, кто Майли такая, чтобы лезть к нему в душу? Добравшись до лошадей, Охотник снял с себя рубашку и, запеленав малыша, передал наследнице. Она приняла свёрток дрожащими руками. Страшно навредить курносому чуду неловким движением. – Не бойся. Он не кусается. По крайней мере, я надеюсь, – пошутил Морти и, вскочив в седло, принял ребёнка обратно. – У вас так хорошо получается с детьми, – восхитилась Майли, забираясь на толстуху-кобылу, с которой уже сроднилась. – Да что тут может не получаться? В этом возрасте они милые, а чем старше, тем страшнее становятся, – продолжил шутить Охотник. – Мне приходилось помогать Эглаборгу принимать роды у эламских кочевников в пустыне во время песчаной бури. Вот это было страшно. Уж лучше орды демонов в Полночьгорье отгонять. Майли улыбнулась и, прижав пятки к лоснящимся конским бокам, поскакала вперёд. Вороной жеребец летящей рысью последовал за ней. На подъезде к городу малыш проснулся и, не узнав никого из находившихся рядом людей, расплакался. Морти принялся его качать, тихим голосом напевая колыбельную на непонятном наречии. – Проголодался, видно, – поделился догадкой Охотник. – Потерпи, скоро всё закончится. У тебя будет новый тёплый дом и много-много молока. – Вы думаете, он сможет жить среди людей? – спросила Майли, подъехав ближе. – Его мать смогла, а она была человеком лишь наполовину. Его способности скроют, и он станет неотличим от других детей. Разве что окружающий мир будет ощущать острее и по воде тосковать иногда. – А если родители лесоруба его не примут? – переживала наследница. Ведь это противный сути Пресветлого демон. Почему его так жалко и хочется защитить? – Примут, ему предалась часть очарования никсы. Думаю, со временем он помирит людей с обитателями вод. Убаюканный беседой малыш успокоился. Вдали показался дом бургомистра. Морти спешился и попросил Майли подождать его с лошадьми. *** Эйтайни вышла, как только Охотник поднялся на вершину Королевского холма, словно ждала его. – Ты всё-таки нашёл способ? – улыбнулась она, разглядывая младенца на руках Морти. – Жизнь предпочтительней смерти. Он уже думал наплевать на запрет и отрубить никсе голову – слишком больно били её слова. Но всё же Морти не поддался, выстоял. Ведь что значит самолюбие по сравнению с жизнями людей, пусть даже не самых умных? – Сделай его человеком, – попросил Охотник. Эйтайни забрала ребёнка. Нежной вязью звуков полились заклинания туатов. Ворожея вынула малыша из рубашки, подставила его солнцу и закружилась по холму. Подкрашенные сиреневой краской пальцы выплетали в воздухе узоры. Вскоре Эйтайни остановилась, с трудом справляясь с дыханием, и вернула младенца Охотнику. – Я подправила внешность, чтобы людям было легче его принять, – она указала на светлые кудряшки на макушке ребёнка. – У него всё будет хорошо, – заверил её Морти, укутывая дитя в рубашку. – Мы все на это надеемся, – бросила на прощание ворожея и исчезла за холмом.