Страница 23 из 329
Растерев в ладонях листья трав, Герда высыпала их в кружку, залила кипячёной водой и принялась греть руки о стенки. Кот забрался ей на колени, свернулся клубком и мелодично замурлыкал. На душе потеплело. Вдохнув сладкий аромат, сиротка сделала маленький глоток и зарылась пальцами в рыжую шерсть. Ждан с помощью дара пробовал раздуть пламя в костре, но чуть не обжёг стоявшую рядом Дугаву. – Лучше подними в воздух полено – здесь твоя левитация намного мощнее из-за ловушек для ветра, – давал ему наставления Финист. Едва ученик сосредоточился, как большой чурбан подлетел на несколько саженей. Ждан вздрогнул, и полено упало на землю. – Поосторожней! – прикрикнул на него наставник. – Не хватало, чтобы ты кого-нибудь зашиб. Ладно, помой посуду, а я пока словлю что-нибудь на ужин. Потом займёмся твоим обучением вплотную. В этих холмах столько волшебства, что можно тренироваться, не боясь, что нас заметят Лучезарные. – Почему всё время я? Чем девчонки лучше?! – запротестовал Ждан. – Потому что мы уже заняты! – показала ему язык Дугава. – Я буду ровнять Герде волосы. Она достала из седельной сумки ножницы и клацнула ими: – Ты ведь не против? Вытянув пальцами короткую прядку, Герда внимательно её изучила. Вид никудышный. Ждан поморщился и потащил котелок со сложенной внутри посудой к озеру. Устроившись на берегу, он принялся оттирать гарь и копоть песком. Ученица села на колени и начала расчёсывать сиротку. Грубо обкорнанные пряди отличались друг от друга на целый палец. – Я понимаю, что тебе пришлось пережить. Мужчины… с ними трудно. Никогда не знаешь, что у них на уме, но из-за этой загадочности к ним тянет, как к огню. А защититься от ожогов в одиночку сил зачастую не хватает. Да, если бы не Финист с котом, Герда не спаслась бы. А если бы не отец, Вальдемар испортил бы ей жизнь ещё раньше. – Мой отец был чиновником в Стольном, – погрузилась в воспоминания Дугава, подстригая кончики. – Такой строгий, я его немного побаивалась. Знаешь, как родители говорят: «Незамужней одной по улицам гулять негоже. Встречаться с офицерами без наперсницы не смей. Тот тебе в женихи не годится, а об этом даже не думай». Я тихо ненавидела затворничество, на которое отец меня обрекал. А потом встретила самого невероятного мужчину. Он был таким нежным и обходительным. Ухаживания, широкие жесты, романтичные речи очаровали меня. Отцу он пришёлся не по душе: слишком бедный, недостаточно знатный… босяк. Поняв, что благословение нам не получить, мы сбежали и обвенчались тайно. А на следующий день после свадьбы случилось это. На ладони ученицы вырос крохотный замок с молочными стенами. – Стоило мужу увидеть мою иллюзию, как он бросил меня. Хорошо ещё, что Лучезарных не позвал. Я была разбита, как ты сейчас, не знала, куда податься. Такой меня нашли служители Пресветлого. Они часто ходят по трущобам, милостыню раздают, солдат набирают… Тогда я ещё не умела управлять даром и случайно выдала себя. Отцу чудом удалось меня спасти. Благодаря ему я попала на подпольную Голубиную станцию, где я встретилась с Финистом и Жданом. Вместе мы пустились в бега. Но отец… он остался в Стольном. Боюсь, его казнили, а я даже не успела сказать ему спасибо! Дугаву душили рыдания. Герда обняла её и тоже заплакала, переполненная жалостью к этой, как ей раньше казалось, счастливой и беззаботной красавице. – Хватит уже сопли развешивать! – усовестил их Ждан, появившись из-за полуразрушенной стены. – Бездельницы! – Не слушай его! – отмахнулась ученица, вытирая слёзы носовым платком с вычурной вышивкой. – Как хорошо, что в нашей компании будет ещё одна девушка, а то мужская грубость невыносима! Скорчив недовольное лицо, Ждан вернулся к костру. – Посмотри, как хорошо получилось, – Дугава достала из кармана зеркальце и передала Герде. Ровно подстриженные волосы едва доходили до середины шеи, а голова казалась непривычно лёгкой. Без длинных кос лицо выглядело совсем другим, с подчёркнуто высокими скулами и широко распахнутыми глазами. Как на неё теперь знакомые будут смотреть? А никак. Домой она не вернётся, а чужим скажет, что подстрижена по столичной моде, как Дугава. Никто не узнает, что произошло. Больше вспоминать о Вальдемаре не нужно. – Красиво! – Герда улыбнулась впервые за этот день и обняла новую подругу.