Северный путь

У опушки Морти столкнулся с Асгримом. – Эй, Охотник, куда спешишь? Совсем, видно, зазнался, что не здороваешься. Мальчишку моего не видел? Опять запропастился, жена поедом ест. Беду предчувствует, – Асгрим осёкся, приметив, как вытянулось лицо Охотника. – Что? Говори! Из-за спины Морти робко выглянул Лейв: – Простите нас, мастер Асгрим. Мы хотели поохотиться на гулона, а теперь он охотится на нас. – Как опять?! – взревел туат. – Где это демоново отродье?! Если гулоны ещё его не разорвали, я сделаю это сам! – Не пугай ребёнка. Лучше позови подкрепление, – пристыдил его Морти. Мама, помнилось, говорила так же, защищая непутёвого сына от праведного гнева отца. – Уже, – ответил Асгрим. – Должны же у нас быть хоть какие-то секреты. Морти не стал настаивать. Время поджимало. – Лейв, ты хотел показать, где оставил Эйсмунда. Тот кивнул в сторону восточного леса. Асгрим посадил Лейва себе на спину, и они втроём помчались дальше, прокладывая путь по высоким сугробам. Засмердела аура насыщенного болотного оттенка. Ещё один тролль! От колебаний эфира раскалялся воздух и таял снег. Под ворохом тёплых одежд стало трудно дышать, градом катился пот, но тревога гнала вперёд. Ноги вязли в мокрых опадающих сугробах. Тело пронзила боль, в ушах зазвенело, перед глазами поплыло. Асгрим и Лейв пропали, исчез лес. Морти очутился в детском кошмаре. Мир окрасился в багровые тона. Восприятие разбилось на осколки, смешивались мысли и образы. Охотника и Безликого. Где своё, где чужое? Морти бежал по улицам умирающего города. Наливались Мраком свечные башни, трескались мраморные плиты мостовой. Пахло тленом и гарью со сладковатым привкусом гнилой крови. Вместо соловьиных трелей яростно кричал сокол: – Помоги, братец, помоги! Быстрее! Спасаешь всех кого не лень, а про родную кровь забыл? Это твоя вина. Ты виноват! Ты! Братец! Сокол бился в сосредоточие Мрака совсем один, отражал атаки из последних сил. Аура вспыхивала то бирюзой, то янтарным огнём, всё яростней, пока не ослепила. Крик на мгновение оглушил. Ореол начал затухать, как оставшееся без дров пламя. Нет, нет! Нельзя опоздать, нельзя потерять ещё и его! Сокол распластался на мраморных плитах впереди, под ним растекалась тёмная лужа. Тело изломано, медные волосы свалялись в паклю, грудь тяжело вздымалась, рубашка из белых перьев намокла от крови. Аура тлела едва-едва, но жёлтые птичьи глаза всё ещё смотрели ясно. Морти приставил ладони к колотой ране на животе и пытался свести края ветроплавом. – Держись, я позову помощь, – сказал он. Растрескавшиеся губы тронула ожесточённая улыбка. – Бесполезно… ты опоздал… – с хрипами выплёвывал изо рта кровь сокол. Нет, не может быть! Они же всесильные, неуязвимые. Когда он уходил, то был уверен, что они справятся без него. – Мрак… – на последнем издыхании просипел сокол. – Уже… здесь. На затылке зашевелились волосы. Морти обернулся. На него уставилась пара разноцветных глаз – один голубой, другой зелёный. В сердце пришельца вцепился осколок-спрут, пульсировали его щупальца. Как сюда прорвался Предвестник? – Не узнаешь меня? – захохотал он, запрокинув голову. – Ты никогда и никого не мог спасти. С увитого терновником меча капала кровь. Побеги оживали, перевивались и шипели, словно змеи: «Будь с нами, будь одним из нас!» Жёлтые глаза сокола закатились, истерзанное тело обмякло. Когда осыпались последние искры, он призраком полетел в Долину духов. Морти со звоном потянул из ножен меч. Не хотелось верить ни в смерть, ни в предательство. Только руки уже были перемазаны по локоть в крови, и закрыть глаза, очнуться от кошмара не получалось. Близкие умерли, пути назад нет. Остались только ярость и жажда возмездия. Нужно защитить всё, что ещё цело, что он так долго строил. Враг атаковал первым. Морти увернулся и ударил сам. Ещё раз и ещё, забывая горечь потери в неистовой битве. – Морти! – позвал голос из темноты. Но разноцветные глаза прожигали насквозь и тянули обратно. Нет, что за муть? Это же не его мысли, не его воспоминания. Мириады отражений в кривых зеркалах и все – ложные. Но вырваться из зыбкого кошмара не получалось. Тело продолжало действовать помимо воли. – Вернись к нам! Двигайся на мой голос! – продолжал звать некто. – Твоё имя Мортимер Стигс, Охотник на демонов. Сейчас ты в Урсалии, свободном городе Лапии на берегу Западного моря. Тебя проклял тролль-шаман, и помочь себе можешь только ты сам. Всё, что ты видишь, навеянный чарами сон. Забудь о нём и следуй за моим голосом. Ну же! Там ты уже ничего не изменишь, ты нужен нам здесь и сейчас! – Не выходит, – послышался другой, более мелодичный женский голос. – Нужно позвать его невесту, может, ей удастся… ‍