Страница 1 из 8
Бирюков Анатолий Иванович
Случай на Бпк Великолепный
Случай на БПК ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ.
Анатолий Бирюков-Шкипер.
Вадик на корабле.
Большой Противолодочный Корабль *ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ* у причала, что отпускник на отдыхе, вымытый и ухоженный... безмятежно качнется на приливной волне и снова в полусон... Экипажу чуть ли ни праздник, можно как то планировать жизнь. Матросам увольнение без проблем, офицерам и контрактникам регулярный сход на берег.
Однако корабельные будни все же не праздник, моряки не несут только ходовых вахт, все остальные службы и наряды строго по расписанию. Кроме того боевое дежурство по ПВО и боевая учеба.
Вадик Наумов молодой матрос, стоя в строю у рубки дежурного, незаметно переминался с ноги на ногу.- Быстрей бы,- думает он,-Всех разбирают один я остался. Он прибыл на корабль в составе команды из учебного подразделения...- Может ошибка, какая и я здесь не нужен. Так и без обеда можно остаться...
-Старшине команды гидроакустиков немедленно прибыть в рубку дежурного, за пополнением- наконец строго объявляет дежурный офицер, в микрофон и подбадривая Вадика взглядом, добавляет,- У них заводские спецы новый пульт устанавливают, все заняты.
- Я то ничего, просто есть хочется,- подумал Вадик, но вслух сказал ,- Ничего подожду... товарищ старший лейтенант.
В воздухе стоит густой аромат наваристого флотского борща. Мимо Вадика то и дело проходят матросы, торопясь в столовую...
Наумов внешне скорее худ, чем строен. Но он ладно скроен и точен в движениях. Когда решался вопрос, где служить, его девяностолетний прадед, ветеран войны, лично пришел в военкомат и упросил военкома направить внука служить на флот, - И не пишите ради Бога в бумагах, где он учился, ведь засмеют. Я умоляю, товарищ полковник... Военком пообещал посодействовать
- Служба на флоте праздник!-объяснил дед внуку.- Камбуз, душ и койка находятся в десятках метров от боевого поста. Мало того и санчасть рядом и вид на море, курорт а не служба. Представь себе в пехоте, казарма от столовой минимум в километре. А баня незнамо где, в окопе пыль да грязь...
- Матрос Наумов следуй за мной быстро, а то на рубон опоздаем.- торопит его прибывший старшина команды. Вадик торопливо шагает по узким коридорам за старшиной. Тот широк в плечах и коренаст. Таких на флоте называют шкафами...Однако он ловок и пружинен в движении. На его погонах широкая золотая нашивка.
- Откуда?- на ходу, успевает расспрашивать старшина, не оборачиваясь.
-Из Брянска,- товарищ главстаршина.
- Чего тощий такой у вас вроде не голодный край?
- Наследственность.
- У нас все качки, это бренд для гидроакустиков. Придется тебе качаться по два часа в день вся наследственность уйдет.
- Я в учебке пробовал,- говорит Вадик.
- Одна попробовала.
- Чего?
- Того,- посмеивается главстаршина и добавляет,- Попробовала и родила.
-Ага,- неопределенно отвечает молодой матрос.
- На гражданке кем был?
- Никем...учился.
- На кого?
- Не успел выучится. Ногу сломал,- снова неопределенно отвечает матрос.
- Ну вот и пришли, это твоя койка и рундучок. Ложи вещмешок и на обед...
Еще на обеде матрос убедился, что в команде и вправду все качки,- За год не накачаюсь-, думает он, придется на контракт...а вдруг не возьмут...После неудачи с профессией он мечтает о крупном теле.
На другой день суббота, на флоте большая приборка. Сколько можно мыть эти корабли... Четыре раза в будний день моются с мылом все горизонтальные поверхности, и раз в неделю уже все поверхности и вертикальные и горизонтальные. Но не нами заведено... и в этом большой смысл. Если своими ручками матрос трет и гладит корабль, хочешь не хочешь, он становится для моряка другом, и чем то более существенным для души, чем многие тонны железа, километры проводов и сотни приборных панелей, а еще стволы и оружейные корпуса.
После приборки в кубрике, старшина определил Вадика на причал, который тоже моется, хотя продуваемый всеми ветрам штормами и дождями всегда чист, по мнению обывателя...
-Смотри, братва.- говорит старшина команды боцманов,- У гидроакустиков молодой тоньше шланга... Качки явно подкачали. Его они за год не накачают.
У боцманов с гидроакустиками негласное соперничество. Боцмана вечно красят корабль, таскают швартовые канаты, грузят и выгружают бочки и бидоны с краской, они всегда под рукой у дежурной службы. Их робы частенько испачканы. Они накачены не менее и в корабельных соревнованиях их гиревики сильнее, а уж в перетягивании каната им нет равных.
Акустикам ни до чего нет дела на верхней палубе. У них самая важная матчасть, которая слушает море. Им даже уши простужать нельзя, это их главный инструмент. Что они в своем отсеке делают никому не видно. Одним словом интеллигенция. Их робишки не успевают износиться, за положенный срок.
- Схожу ка я к трюмным, пусть они килограмма два давления прибавят,- говорит Главный боцман,- Посмотрим как их молодого шланг по причалу потаскает.
Боцмана посмеиваясь, занимают самые видовые места на верхней палубе. Какое ни какое. А развлечение...
Трюмные подымают давление ровно, без рывков. Раз надо причал мыть. Как боцман просил, дадим вам сколько надо. Но аккуратно. Мощь своих насосов, трюмные знают. Если дать на полную, струей из шланга доски можно ломать. Они доки в своем деле, как и все моряки, недаром их за глаза зовут,- Богами тепла воды и ....канализации.
Шланг в руках Вадика заметно потяжелел и матрос с трудом справляется с ним... Через некоторое время он уже не направляет ствол куда надо, а с трудом просто держится за него... находясь пока в равновесии сил.
*
Командир дивизии противолодочных кораблей контр -адмирал Гришан подъехал к причалу на служебном уазике. Он широк в плечах и внешне спокоен, я знал его лет десять и не разу не видел и не слышал, чтобы он повысил голос. Сам он родом из адмиральской семьи и потому оброс некоторой легендой, что папа протащил его по карьерной лестнице...
Но тогда как же заклятые друзья, они за что уважают адмирала Гришана. Еще когда он был командирам корабля...Однажды американский летчик попытался проверить нервы командира, совершив боевой заход на корабль. Намереваясь вовремя отвернуть. Гришан не дал ему этого шанса, по его команде был открыт огонь и летчик отвернул гораздо раньше чем рассчитывал. Еще когда он был курсантом и проходил практику на трофейном шхерном авианосце времен второй мировой войны, то своим необыкновенным спокойствием спас положение...
Был такой авианосец в составе нашего флота по имени АЭРОНАВТ. Это было плоскодонное судно длинной более девяносто метров и шириной шестнадцать, приспособленное для плаванье в мелководных шхерах Норвегии. На его вооружении у фашистов находилось три гидросамолета. В нашем флоте этот корабль обеспечивал полигон по испытанию крылатых ракет.
Однажды в Белом море, корабль находился на закрытие полигона своими радиотехническими средствами, и не ушел вовремя от непогоды. Моряков прихватил восьми бальный шторм. Для плоскодонного судна это было суровое испытание. Взлетная полоса на авианосце, проходящая с носа до кормы лопнула в середине корабля сверху до главной палубы. Раздался ужасный звук и, на каждой крутой волне. Скрип и скрежет, да вид рваного метала в середине корабля, внушил командирам и матросам душевный трепет. В трещину пошла вода . Многие улучшив момент оделись во все чистое... Командир дивизиона опытовых судов , приказал готовить катера и шлюпки к спуску.
Тогда на мостик поднялся курсант,-Разрешите обратится товарищ контр адмирал- сказал он спокойным голосом и видом, совершенно не соответствующему общему настроению...
- Давай только быстро!
- Ничего страшного с кораблем не произойдет. В этом месте, где лопнула надстройка, простой новодел. Я пока не смог определить, почему это сделано. Но на заводе изготовителе, скорее всего помещения там не было. Это помещение сейчас используется как кладовая боцманского и шкиперского имущества. Я осмотрел переборки там сварные швы явно не немецкого изготовителя, наши швы грубее. Значит это новодел. Да и по смыслу на таком корпусе в середине судно должно быть свободное пространство позволяющее кораблю прогибаться на крутой волне. Скорее всего проем был заварен чисто в хозяйственных целях .