Страница 23 из 36
вещи делали вид этого существа очень жалким зрелищем. - Ой. Что с вами? - Ничего не поделаешь. Встречи со старым другом Габриэлем каждый раз не проходят незаметно. Приходится долго восстанавливаться. - Так это вы нас спасли? Простите, что вас так страшно изуродовало... - Это ерунда. Вы бы посмотрели, Обитель, как я его отделал, вот ему уж точно не позавидуешь. Кстати, вы не против, если я взгляну на вашу голову? - Вы и так на нее смотрите. - Нет, я просмотрю ее полностью. Готов поставить кристалл способностей размером с футбольное поле против пустого спичечного коробка, что в вашей голове есть мозг. Мириам уселась на кушетку и принялась болтать ногами. - Но разве мозг есть не у всех? - У вас был только спинной. Столь совершенный, что позволял вести себя почти разумно... но голова была совершенно пуста. Как и у всех эвклидианцев. Так, я посмотрел, с вашего позволения. Ваше тело отрастило весьма неплохой головной мозг, новые нейроны растут, как на дрожжах, и связи между ними непрерывно совершенствуются... странно. И весьма неожиданно. - У вас такой вид, будто вы совсем этому не рады. - Обители - знамя, ведущее простой народ к подвигам на поле брани и на трудовом фронте. Разумное знамя может быть... может давать непредсказуемый результат. Уж простите за откровенность, Обитель. - Я Мириам. - Если уж и давать вам имя, то этим именем будет Ева-2. - Вовсе нет. Называйте меня Мириам. Я настаиваю. Кстати, а как мыслил мой оригинал, если у него не было головного мозга? - При помощи бессмертного анхка. - Бессмертного? - Они совершенно неуязвимы, но их можно поймать в ловушку. Знаете что? Возвращайтесь-ка в келью. Вас перестанут заставлять работать и будут кормить намного лучше. Вы хотите поприсутствовать на казни предателя? Какую смерть вы ему предпочтете? Болезненную или не очень? - Предателя? - Капитана святых рыцарей Харитона. Его поймали по моей команде. Этот негодяй отрубил кисть руки одному из богов, посланных на поимку, и его здорово потрепали, прежде чем смогли взять живьем. - Погодите, я явно чего-то не понимаю. Зачем вы хотите его убить? - Этого труса? - Это самый отважный человек из всех, кого я видела. Да, натура у него довольно трусливая, но я еще не видела, чтобы со своей сутью так отважно боролись! Даже не смейте причинять ему вред! - Времена меняются, Ева... - Мириам! - Времена меняются, Ева, и вам уже нет возможности помыкать мной, как комнатной собачкой. Но я учту... я учту ваше пожелание. По старой дружбе. Изуродованная фигура Архистратега Сети Михаила исчезла, он даже не счел нужным попрощаться. И когда Мириам подошла к двери, за ней было не безумное пространство Нулевого, а привычная суета заурядных обитателей Девятого Уровня. Мужик-рыболов оказался весьма волосатым, но зато приветливым типом. Он вел беседу обо всем на свете и ни о чем одновременно, присматриваясь к Наблюдателю. Внезапно он прервал разговор, вытащил из воды проволочный садок с рыбой, смотал удочку и скомандовал идти за ним. - Пойдем. Если ты - и правда тот, кто нужен Пауку, он даст мне свободу. - Кто такой Паук? - Меньше знаешь - крепче спишь. Но вот мой совет как частично автономного и независимого исполнителя его воли. Не открывай ему свой разум ни на секунду, в противном случае он получит еще одну марионетку. - А где он? - Везде, где захочет. - Например? - Оглянись. Семьдесят Шестой выполнил пожелание волосатого, и выяснилось, что за его спиной вырос крупный, старый и ветхий средневековый замок. Силы целой огромной страны, находящейся в состоянии военного положения, были брошены сейчас на поимку существа, выглядевшего обычной девчонкой. Виталий, первоклассный снайпер, был полностью ознакомлен с возможностями этого создания, оказавшегося быстрым, сильным, умным и хитрым, внезапно научившимся насылать кромешную темноту на большие области вокруг себя, но загнанным в безвыходную ловушку благодаря тому, что оно упрямо двигалось в одном и том же направлении - к столице. Теперь ее гнали, как бешеного зверя, вперед, сквозь густой лес в направлении открытого пространства, давая возможность Виталию прицелиться через тепловизор, сидя в боевом вертолете. Целью было перебить кость в ноге светловолосой девчонки с закрытым кромешной чернотой лицом. Как оказалось, ее почти не берут мелкокалиберные пули табельного оружия, лишь приводя в ярость к пославшему такой выстрел. Но перебитая кость - есть перебитая кость. Она должна дать возможность захватить объект и как следует допросить. Все было строго засекречено, но каждый маленький ребенок-аутист знал, что с момента появления в парке одного из заурядных городов Калининградской области странной сферы в мире стала твориться форменная чертовщина. И одна из этих аномалий сейчас бежит через лес. Разумная и способная к человеческой речи. Возможно, она прояснит некоторые непонятные моменты... надо лишь попасть из движущегося вертолета по ноге мчащейся от все сужающегося кольца врагов мишени... задача безусловно сложная, но количество выстрелов не ограничено, а Виталий - гениальный, без преувеличения, снайпер, и ничего невозможного в своей задаче не видит. Но невозможное все-же произошло. Светловолосое тельце остановило свой бег, словно вкопанное, ведь на его пути, словно из воздуха, возник азиат. Снайпер опешил. Теперь успешный выстрел было сделать проще простого, но он молча наблюдал, как азиат обнял перебившую кучу народу мерзость, не обращая внимания, что пачкается в крови упырихи и ее жертв. Затем мужчина был оттолкнут ею, но что-то произнес, снова обнял, подхватил на руки и шагнул в пустоту, утаскивая от опасности неведомо куда и каким образом. Виталий выругался. Он был уверен, что после написания отчета о произошедшем его, несмотря на то, что все уже потихоньку начали привыкать к творящейся ерунде, отправят к штатному психиатру. Глава 17. Мир, полный необъятных возможностей и интересных знакомств, резко сменился обыденной серой реальностью. Мириам ела, спала, поливала цветы в своей келье и отчаянно пыталась разговорить простых обывателей. Которые, впрочем, не велись на эти попытки и с каменными лицами отворачивались, занимаясь своими повседневными делами. Девушка заметила, что в ее столовой и любимом саду люди, осмелившиеся с ней разговаривать, больше не появляются, и надеялась, что не доставила им слишком серьезных неприятностей. Но народ явно больше любил ее, чем боялся. За ней всегда образовывалась небольшая толпа, скрытно, но с тайным обожанием наблюдавшая за разумной Обителью Пресвятой. И вот сейчас, когда она уселась на свою обычную скамейку в саду Сектора-2, девушка заметила, как все больше и больше окружающих ее людей задирают головы ввысь, рассматривая облака. Глянув в том направлении, она обнаружила, что одно из облаков приняло очень отчетливую форму ее любимого цветка. Продолжая наблюдать за небом в поисках подобных диковинок, девушка увидела, как форма того самого облака изменилась. Теперь это было почти точное подобие арфы. А спустя полчаса это атмосферное явление уже изображало собой волны на реке. Не придавая подобному большего значения, чем оно того заслуживает, Мириам уставилась в голографическое изображение книжной страницы. Все чаще и чаще она в последнее время, приходя домой, обнаруживала на пороге подарки, среди которых была крошечная наручная библиотека с бесчисленными миллионами