Страница 53 из 70
***
Увезли за город и там высадили в ближнем поселке.
Потрепанная одежда, обувь затертая до дыр и не по размеру. Волосы запутаны, засалены, взлохмачены. Испачканы лицо, шея, руки, ноги... Мои недавние приключения - тоже на руку: органично вписались в общую картину синяки и былые раны (кое-что даже рискнула по новой разодрать для пущего эффекта). Измучена, раздавлена, будто с креста снята... Еще немного - и выбрела я на нужную мне улицу, замерла на пороге дома местного фельдшера. Вот она, точка невозврата. Еще шаг - и всё, обратной дороги уже не будет. Я не смею никого подвести. Костю моего... подвести.
И хоть в наушнике в основном тишина, все же, время от времени, треск выдавал истину: целая толпа оперативников следила за мной, вслушивалась в каждый окружающий меня звук.
- Я люблю тебя, - расстрельным залпом огорошила, всколыхнула я свою внутреннюю вселенную, будто прощаясь с жизнью навсегда.
"Я тебя тоже, зай..." - послышался тихий, родной шепот в ответ.
Улыбнулась, усмехнулась я себе под нос, как дурочка... сгорая в трепете. Он здесь, Он рядом... и я верю ему. Я верю... себе.
Постучать в дверь.
***
И пока женщина обрабатывала мои раны, справлялась об общем моем состоянии, о том, что произошло, ее муж уже давно покинул двор и направился к участковому.
Пару десятков минут - и скрипнула лениво дверь. Удары сапог, сбивая грязь у порога, - и вошел, прошел вглубь комнаты мужчина в форме:
- Добрый день, - склонился в мою сторону учтиво, сняв головной убор. Кивок и женщине, а затем выровнялся, обмер в нерешимости.
- Проходите, Григорий Карпович, - враз махнула рукой, приглашая, хозяйка дома. - Присаживайтесь, не стойте... А Вы, Елизавета, не волнуйтесь... Вот этот человек - Вам с Вашей бедой поможет. Расскажите всё то, что только что мне говорили... Всё, что помните...
***
Не прошло и двух часов, как на пороге, замявшись в неловкости, стоял уже новый гость - и при каких погонах: подполковник. Тот самый, начальник и защитник мой... Юрий Александрович Курасов.
Прокашлялся, сея жеманные намеки и требования среди присутствующих.
- Григорий Карпович, давайте выйдем во двор, не будем мешать.
Спешно удалились прочь, оставляя меня наедине с моим судьей.
Момент истины - пал... или пропал.
- Ну, Цветкова? И где тебя носило? ЧТО это было?
Сверлит требовательным взглядом сверху вниз: так и не присел на скамью рядом - лишь только замер в шаге от меня, видимо, все же не желая упустить ни звука.
Отваживаюсь - глаза в глаза. Приукрасить, в этот раз дополнить историю иными, более подходящими, логичными, в нужные уши - нужными, подробностями:
- Он меня бросил в лесу. Судя по всему, думал... что я мертвая.
Нервически сглотнул слюну мужчину.
Молчал, терпеливо выжидал продолжение.
- Пришла в себя ночью, черти где... Не знаю, как дожила до утра. А дальше - несколько дней бродила: поначалу по кругу, а потом... все же как-то удалось... выбрести к цивилизации. Приютить отказались, зато воды и еды дали, одежду... Подсказали... куда идти дальше. Это был хутор - послали в деревню. А мне страшно: я же не знаю, где, что... сколько времени прошло, - и снова во мне забурлила, заклокотала "бурановская школа", отчего в свою ложь даже я местами начала верить, вторя ощущениям того жуткого дня, когда оказалась в лапах насильника... и едва не нырнула с головой в колодец. Слезы навернулись на глаза: - Может, где Он еще рядом... Страшно до одури. И потом, если вернусь - как "свои" отреагируют? Но деваться некуда... - стыдливо опускаю очи... Добиваю окончательно: - Не ради себя, так... ради ребенка, - голос невольно дрогнул от боли, - я обязана была вернуться...
Обомлел старик, не дыша. Долгие, жгучие мгновения попыток совладать с собой - и наконец-то выдавливает из себя:
- Какой еще ребенок?
Не подводя глаз, шепотом:
- Мой. Я беременна.
***
Ехали молча, в его машине. Вдвоем. И вроде как, в сторону города. Странно, но после всего... Юрий Александрович приехал по меня... в одиночку. Без подмоги. Без свидетелей. Без понятых. Одно доказательство моего до сих пор "существования" - это возможные показания фельдшера и участкового. Но и их... если что, тоже можно легко заткнуть, причем даже не прибегая к крайним методам.
Так что какова вероятность того, что мы все же доедем до пункта назначения? Больницы, куда меня так радушно вызвался доставить подполковник. Вот какова?
Или все же - сейчас поворот в никуда... и писалась моя шальная история заново? Всё вранье обретет реальную подоплеку... и уже от реального врага я буду страдать?
Костя, ты же рядом? Ты же не позволишь случиться самому страшному? Вы едите за нами, да?
Или моя судьба... уже предрешена?
Но железнодорожный переезд - и узнаю название населенного пункта, через который держим путь: город... еще немного - и будет город.
- Лиза, - внезапно отозвался мужчина, отчего невольно вздрогнула я.
- Да? - спешно перевела на него взгляд.
На мгновение удостоил и он меня взором. Шумный вздох:
- Скажи, как есть... Это правда? Ты знала Пахомова... еще до операции, да?
Прошибло током: сдал. Конечно же, сдал меня Казанцев.
Поежилась невольно, мурашки побежали по телу.
Вранье готово. История соткана... Всё по плану. Вот только готова ли я снова так правдоподобно лгать?
И выходит ли у меня это вообще? Или... как школьницу... не сейчас, так через мгновение раскусит?
Похолодело всё внутри, мышцы сжались в камень.
- Ну? - требовательное. И снова метнул на меня взор. - Чего молчишь? Говори, как есть...
- Да, - выстрелом. Шумный, болезненный вдох. Спазм перехватил дыхание - но поддаваться панике нельзя. Выступление: четкое, верное, грозное... - я обязана его исполнить. И от того, как оно пройдет, зависит... не только моя жизнь. Нервически сглотнула слюну - и глубокий, на всю грудь вдох... до боли, до головокружения. - Мы с ним познакомились... в тот день, когда я расстроила свою свадьбу. Романтика, улыбки, смех... Странная тяга, напряжение между нами. Потом еще встретились... тонны лапши, красивых фраз, нежности охапка... Переспали. Обещал позвонить. Но сколько не ждала - тщетно. На мои же звонки - отвечал неохотно, постоянные отмазки. А дальше - и вовсе перестал трубку брать. В голове - черти что... На душе - еще хуже. Карма... какая-то. Мне срочно нужны были перемены, а иначе я бы просто сошла с ума. И вот отец сжалился, уступил моей давней просьбе: помог устроиться к вам на работу, на службу. Но потом бах - и новость: беременна. Залет. Я к Казанцеву: так и так, разузнай мне всё про Него. Согласился, даже... ничего взамен не попросил, - нервически сглотнула слюну. - Узнала... всё узнала про этого урода... Пахомова: женат, ребенок. И вот куда я там прилеплюсь? Кому нужна? Но не сдержалась - отыскала и давай орать, вопить. Истерика. Скандал закатила - и Он... Он меня в подъезд силой затащил. Изнасиловал... - опускаю очи, пряча от стыда и ужаса, что столь мерзкие слова о своем Косте говорю. - Сказал, что если еще раз заявлюсь, увидит меня хоть раз - убьет. К чертовой матери, убьет. Про ребенка же... так и не узнал: не успела сказать, а потом... и незачем.
Обмираю, нервно закусив губу до боли. Слезы на глазах - а самой от жути выть хочется. Волосы дыбом встают.
Еще мгновения попыток собрать волю в кулак - и завершаю начатое:
- А дальше... дальше эта операция. Я как увидела Его на фото - меня аж передернуло. Вот он - шанс... отомстить этому ублюдку: ведь не знал, что я ушла со школы и устроилась к вам. А на эмоциях - есть шанс отвлечь, разговорить, раздраконить - и вывести на чистую воду. Засадить, уничтожить эту мразь...
- Уничтожила? - с горечью, обидой, упреком гаркнул Курасов, не сдержавшись.