Линда из Нэвидолла

-- А мне хочется проткнуть тебя кинжалом, чтобы развеялось твоё злое колдовство, -- прошептал Николас.

-- Спасибо за откровенность! Правда, я рассчитывала на каплю сочувствия, но, видимо, не способна вызывать добрых чувств. Жаль.

Тур вальса закончился, пара остановилась. Ведьма сделала изящный реверанс, мальчик кивнул головой.

-- Итак, обсудим детали? -- спросила Люцерна. Она предложила Николасу присесть в кресло, но тот отказался.

-- Ты предполагаешь победить меня путём... кхм... протыкания кинжалом. Забавно. Насколько я знаю, всем ты представлялся волшебником, почему тогда не используешь магию?

Николас угрюмо молчал.

-- Наверняка твой кинжал древний, зачарованный и страшно смертоносный, хотя по виду не скажешь, что ты вообще умеешь обращаться с оружием...

-- Не заговаривай мне зубы, ведьма.

-- Пытаюсь обнаружить здравый смысл в происходящем, -- вскинула брови Люцерна, -- хочу получить ответ на вопрос, зачем неумелый маг с перочинным ножиком сунулся в логово искусной ведьмы. Это акт самоубийства?

Она вдруг широко распахнула глаза, понимающе улыбнулась и подмигнула мальчику:

-- Конечно же! Ах, как я сразу не догадалась! Этот грустный взгляд, аура разбитого сердца! Ха-ха! Мальчик влюблён, но боится признаться в своих чувствах. Несчастная любовь заставляет совершать необдуманные поступки.

-- Что вы такое говорите?

-- Но ты понимаешь, что за свои поступки придётся расплачиваться.

-- Я не боюсь!

-- Могу помочь залечить сердечную рану. У меня есть приворотные зелья и пара заклинаний на твой случай. Только намекни, всё будет в твоём распоряжении. Любая девушка пойдёт за тобой, хоть на край света.

-- Мне не нужны ведьмины уловки.

-- Понимаю, хочешь сделать всё сам. Ведь нет ничего слаще победы, добытой собственными руками. И ради этого ты готов пролить кровь?

В руках у ведьмы появилась тонкая тростниковая палочка.

-- Да, мне нужна победа, только не та, про которую ты говоришь, -- сказал Николас, не спуская с ведьмы глаз. -- Ты сделаешь, что я скажу, или умрёшь.

Он осторожно обошёл ведьму по кругу.

-- Приготовил заговорённый кинжал, острый и смертоносный?

-- Нет, кое-что получше. Я поражу тебя молнией!

Люцерна улыбнулась:

-- Начинай!

Николас нахмурился, полуприкрыл глаза и стал вспоминать заклинание, которое он зубрил весь прошлый год. Пожалуй, это было самое лучшее, что он знал. За это задание Таракан поставил положительную оценку в Школе волшебства и не оставил на второй год.

Молодой волшебник прошептал заклинание. Посреди зала оформилась фиолетовая тучка. Она клубилась и ворчала, словно недовольный щенок. Николас сделал пару пассов руками и тучка чуть выросла. Прядь мокрых волос упала на глаза мальчика, он торопливо сдунул их, продолжая сосредоточенно произносить магические слова.

Ведьма терпеливо следила за действом, застыв на месте. Мальчику показалось, что она даже дыхание затаила.

Фиолетовая туча завибрировала, пару раз громыхнула зловеще, но не сильно, поискрила, выплюнула нечто на мраморный пол и бесследно исчезла.

Люцерна раскрыла глаза от удивления, она силилась что-то сказать, но вместо слов из красивого ротика выскакивали нечленораздельное: "пых - фыр - пых". Она растерянно посмотрела на Николаса, потом зажала ладонями рот и рассмеялась звонко и заразительно. Грудь молодой колдуньи затрепетала так, словно кто-то со спины схватил её за плечи и решил хорошенько растрясти. Она содрогалась от приступов сдавленного хохота, из плотно сомкнутых губ вылетало сдавленное "Хи-хи!"

Николас молча смотрел на это представление, стараясь понять, чем оно вызвано. Потом медленно развернулся и посмотрел в сторону, в которую указала пальцем Люцерна.

Посреди зала застыла маленькая коза, настороженно поглядывая в сторону людей. Всё её тело было покрыто восхитительной пушистой шерстью розового цвета. От хвоста по спине шла яркая жёлтая полоса в ладонь шириной, которая заканчивалась между острых рожек. Коза задумчиво пережёвывала пучок свежей травы и, казалось, прикидывала в уме, чем может обернуться её новое положение в пространстве. Николас тоже задумался, вспоминая, что он сделал не так. Коза переступила с ноги на ногу, прицокнув копытцами, и уставилась на Николаса:

-- Это что за приколы? -- спросила коза по-человечьи и вполне отчётливо.

-- Э-э-э-э, -- выдавил из себя Николас.

Коза завела глаза к потолку и глубоко вздохнула:

-- Вот фо зэ трик? Кё фан? Мита хаускаа? Ямар хёгжилтэй? Тьфу, да вы издеваетесь, что ли?!

Коза резко повернулась спиной к людям и направилась рысцой в сторону выхода. Розовая шёрстка возмущённо моталась из стороны в сторону.

-- Лови её! -- воскликнула Люцерна.

Коза бросила через плечо злой взгляд и пустилась в галоп. Ведьма взмахнула рукой и, повинуясь её приказу, створки ворот захлопнулись. Коза резко развернулась на месте, прижалась к двери хвостом, низко наклонила голову и выставила вперёд острые рога:

-- Живьём не дамся, -- процедила сквозь зубы козочка, -- всех рогами попишу, волчары!

-- Эмм-м-м, -- выдавил Николас.

Люцерна снисходительно посмотрела на него:

-- Я так понимаю, это твоё секретное оружие? Ты хотел уморить меня смехом? Коза-полиглот... Что ж, неожиданно и оригинально. Но попытка не удалась.

-- Я не только разные языки знаю, -- возразила розовая коза, -- но и жесты читать могу, так что никакие ваши уловки тут не помогут!

Коза подпрыгнула и ударила по двери задними копытцами. Створки рассыпались прахом, словно были склеены из яичной скорлупы.

-- Адьё, неудачники. Если понадоблюсь, вы знаете, где меня искать.

-- Где? -- хором спросили Люцерна и Николас.

Коза наклонила голову и презрительно прищурилась:

-- Снаружи.

И вышла, гордо задрав жёлтый хвост.

Некоторое время юный волшебник и ведьма молча смотрели друг на друга. Щёки у Николаса пылали огнём, ему казалось, что колдунья смеётся над ним. И ещё он понимал, что это полный провал, и у него больше нет никаких шансов.

Люцерна улыбнулась молодому волшебнику:

-- Получилось очень забавно. А ты не допускаешь, что я могу выполнить твою просьбу, без принуждения? Добровольно.

-- Тогда почему до сих пор этого не сделала?

-- Меня никто не просил. Попробуй, скажи волшебное слово. Тебя учили хорошим манерам? Вдруг окажется, что я не так уж плоха, как про меня говорят? Ну же! Смелее!

-- Я не верю тебе!

-- Очень жаль, глупый маленький волшебник...

Ведьма приложила тростниковую трубочку к губам и легко дунула. Николас закрылся рукой. но крохотная оперённая игла вонзилась в тыльную сторону ладони. Мальчик вынул иглу. На месте укола проступила капелька алой крови. Она блестела и переливалась в свете свечей и камина, как драгоценный рубин. Николас невольно залюбовался. Всё вдруг показалось ему таким пустяковым и неважным. Он улыбнулся своей недавней решимости сражаться с колдуньей. Стены зала поплыли, потолок взлетел к небесам, огонь в камине вырос, набрал силу и расплылся огромным оранжевым пятном. Молодой человек закрыл глаза и стал медленно падать.

-- Как жаль, что наш поединок так быстро закончился, -- прошептала Люцерна, подхватывая безвольное тело, -- но ты мне нужен живой.

Она уложила молодого волшебника на узкий стол и мановением руки создала вокруг хрустальный колпак.

-- Спи, храбрый рыцарь, -- улыбнулась ведьма. -- глупенький влюблённый волшебник-недоучка.

Она ещё некоторое время любовалась своим творением и кружила в танце под медленную печальную музыку. Потом приблизилась к камину и села в любимое кресло с высокой спинкой. Прикрыла глаза, наслаждаясь жаром пылающих поленьев, и думала о старых временах, когда её сердце так же трепетало от переполнявших чувств, когда она ещё умела любить.

* * *