Страница 9 из 12
– Конечно, старина, – добродушно ответил Филипп. – Хотя бильярд – не совсем мое, знаете ли. Я предпочитаю занятия поактивнее.
– Из занятий на свежем воздухе Уилфред может себе позволить только наблюдение за скачками, – бесстрастно заявила леди Джозефина. – Иначе он утратит свой томный вид.
– Тетушка Джо!
– На мой взгляд, держать себя в форме крайне важно, – вставил лорд Стивен и кокетливо провел рукой по черным волосам. – Я вот регулярно выделяю время для шведской гимнастики. К тому же каждый день встаю на рассвете, принимаю холодную ванну и занимаюсь спортом на свежем воздухе. Сейчас, например, катаюсь на коньках. Затем перед завтраком – горячая ванна.
– Зимой рассветает не так уж и рано, – пробормотал Уилфред на ухо Дэйзи.
– Ах, вы, должно быть, очень сильный! – с придыханием сказала лорду Стивену Марджори и захлопала ресницами.
– Холодная ванна и рассветное катание на коньках, значит? – Филипп с трудом подавил дрожь. – Прямо как в славные школьные времена. А ведь мы тогда, должен сказать, чувствовали себя прекрасно и были способны на все. Что ж, и я попробую!
Дэйзи усмехнулась. Сомнительно, чтобы Филипп решился на такое самоистязание… Они с Уилфредом наконец ушли в бильярдную.
Фенелла села за пианино, а Джеймс вызвался переворачивать нотные страницы.
– Сыграй нам что-нибудь танцевальное, Фенелла! – весело предложила Марджори. – Знаешь новый фокстрот «Былые дни»? Или давайте включим радио. Или граммофон. Ковер можно свернуть. Хотите потанцевать, лорд Стивен?
– Конечно, если Аннабель пообещает мне вальс.
– О нет, Стивен, я… Мне нужно уделить внимание остальным гостям. Я непростительно мало общалась с Дэйзи.
Графиня послала Дэйзи отчаянный, умоляющий взгляд. Та без промедления заняла двухместный диванчик и сделала приглашающий жест:
– Садитесь рядом, Аннабель. Я хотела расспросить вас о… о садах.
У Дэйзи зародилось подозрение, что Аннабель принимает ухаживания лорда Стивена исключительно из страха перед ним.
Марджори удалось загнать лорда Стивена в угол.
– Вальс безнадежно устарел, – заявила она и защебетала о новых американских танцах.
«Верблюжья походка», «тобогган», «Чикаго»…
Джеффри общался с леди Джозефиной.
Дэйзи краем уха слышала обрывки обоих диалогов, пока болтала с Аннабель. Оказывается, тема для разговора была выбрана правильно: в Италии Аннабель скучала по английским цветам и теперь проявляла большой интерес к садам Вентуотера. Постепенно она расслабилась и даже ожила.
Тихий музыкальный аккомпанемент на пианино сменила нежная песня: Фенелла и Джеймс, робкое сопрано и сочный баритон.
– Прелестно, – захлопала в ладоши леди Джозефина.
– Песня называется «Прекрасный Люцерн», тетушка Джо. Хоть один хит родом не из Америки.
– Спойте что-нибудь еще, – попросила матрона.
Джеймс нашел нужные ноты и вместе с невестой затянул разухабистую «Цыганскую компанию». Аннабель побледнела и утратила нить разговора. Лорд Стивен впился в нее алчным и одновременно ледяным взглядом. Джеймс с самодовольной ухмылкой завел второй куплет:
– Довольно! – оборвала леди Джозефина.
Ни в чем не повинная Фенелла замерла, открыв рот от изумления.
Аннабель вскочила.
– Простите. Я… Очень тяжелый день. Пойду наверх, – приглушенно выдавила она и исчезла.
– Джеймс, я желаю играть в бридж, – объявила леди Джозефина и приказала: – Будешь моим партнером. Дрю приготовил карты?
– Да, тетушка Джо, как обычно.
Фенелла с Джеффри не играли. Марджори дала себя уговорить, но лорд Стивен приглашение отклонил. Дэйзи испугалась, что ее сейчас попросят занять четвертое место, однако тут очень вовремя появился сэр Хью.
Компания села за карточный столик.
– Пожалуй, мне тоже пора в постель, – произнес лорд Стивен. – Подъем на рассвете, сами понимаете. – И он неторопливо, но решительно удалился.
Дэйзи была в смятении. Надо что-то делать. Только что?
– Не понимаю, Дэйзи, – жалобно протянула Фенелла. – Почему?…
– Наверное, леди Джозефина не любит эту песню, – быстро сказала Дэйзи и стала расспрашивать Фенеллу о вустерширской родне.
Вскоре вернулись из бильярдной Филипп с Уилфредом. Последний проиграл, несмотря на фору. Филипп предложил партию в рамми. Джеффри куда-то исчез, и молодежь села играть вчетвером. Наконец по радио начался последний прогноз погоды. Бридж тоже подошел к концу, вся компания выслушала обещание завтрашних холодов и разошлась по спальням.
По пути к себе Дэйзи заглянула в библиотеку – взять рекомендованную леди Джозефиной книгу о Вентуотер-Корте. Пусть вечер и завершился мирно, однако уснуть после стольких треволнений, пожалуй, будет непросто. Дэйзи надеялась, что скучный экскурс в прошлое послужит ей в качестве снотворного.
Сквозь открытые двери в кабинет она увидела графа. Тот сидел в высоком кресле у камина – суровый и печальный одновременно. В руках хозяин дома грел бокал с бренди, рядом стоял полупустой графин.
Выходит, лорд Вентуотер отнюдь не безучастен к увлечению Стивена Аствика молодой графиней… Дэйзи вздохнула. Скорее бы граф решил, как положить конец этому безобразию.
Проснулась она вместе с солнцем, которое, по меткому замечанию Уилфреда, зимой восходит не так уж и рано. Пропустив холодную ванну и отложив на потом спортивные занятия на свежем воздухе, Дэйзи оделась потеплее и пошла вниз, в комнату для завтраков – очаровательную, приветливо залитую солнцем, с видом на восток. Джеймс, Фенелла и сэр Хью были уже здесь. Сэр Хью опустил «Файнэншл таймс», пожелал Дэйзи доброго утра и вновь скрылся за газетным бастионом.
Она положила себе кеджери и подсела за стол к остальным.
– Покатаешься сегодня с нами на коньках, Дэйзи? – спросила Фенелла. – Знаю, ты ужасно занята, но морозы вряд ли продержатся долго. Такие первоклассные холода бывают нечасто.
– С удовольствием. Мне бы только коньки найти.
– У нас их целый шкаф, – заверил Джеймс. – Что-нибудь наверняка вам подойдет.
– Замечательно. Заодно досниму пленку. И до обеда успею еще проявить фотографии.
Сэр Хью вынырнул из-за газеты, сообщил, что владеет акциями компании «Истман-Кодак», и стал расспрашивать о проявке и печати. Дэйзи завтракала и давала пояснения, Джеймс с Фенеллой прихлебывали кофе. Дождавшись, когда Дэйзи покончит с едой, они отвели ее за коньками.
Морозный воздух на улице был недвижим. Дэйзи не удержалась и оставила несколько следов на искристом нетронутом снегу рядом с тропинкой. Под ногами поскрипывало.
Джеймс нес коньки, поскольку сама Дэйзи волокла штатив с фотоаппаратом. Пока она их устанавливала, Джеймс с Фенеллой переобулись на скамейке и стали медленно кружить у ближнего берега, поджидая Дэйзи.
– Катайтесь! – бросила она им. – Я скоро!
Пальцы уже замерзли, а тугая защелка, крепившая камеру к штативу, не поддавалась. Джеймс с Фенеллой помахали, взялись за руки и поехали к мостику. Возле него Джеймс вдруг воскликнул:
– Стой!
Они резко свернули и затормозили под аркой. Джеймс осторожно проехал вперед к черной тени в лучах низкого солнца. И тут Фенелла завизжала.
Глава 4
Отчаянный визг разорвал мирное утро на куски. Дэйзи помчалась вдоль берега к мосту и попала под каменную арку раньше, чем разглядела причину переполоха.
В том месте, где мостик отбрасывал тень, лед был расколот, и в проруби лицом вниз плавал мужчина.
Дэйзи испуганно ахнула, повернулась к Фенелле и отрывисто приказала:
– Тихо. Не смотри.
Пронзительный визг перешел в приглушенное рыдание: Джеймс притянул невесту к себе, и та уткнулась лицом ему в грудь. Он возмущенно сверкнул глазами на Дэйзи.