Страница 34 из 44
В юго-западном секторе уже вовсю бушевал карнавал. У клиники с роженицей обезвредили группу экстремистов, грозивших взорвать целый ярус, чтобы не допустить наступление Апокалипсиса. Мэр на день освободил всех горожан от оплаты за транспортные услуги. На вокзалах наблюдалась давка. Беднота спешила побывать в буферной зоне между родным и соседним полисами, где, по слухам, еще росла дичкой настоящая трава. Город шумно отмечал появление на свет 150-миллионного жителя.
Сабыр оторвался от чтения сводки последних новостей гигаполиса на интерактивном табло лифта и поднял глаза чуть выше, где стремительно сменялись трехзначные цифры уровней, оставшихся внизу. Кабина неслась к ярусам над саваном густого смога, беспросветно покрывшего основание города. В любой другой день такой подъем обошелся бы Сабыру в суточный рацион. Большинство горожан старались не подниматься выше семи-восьми уровней от своего яруса, и предпочитали обычные лестницы лифтам, чтобы сберечь кровные килокалории. Заработать их становилось все трудней.
Клиент представлялся сухопарому Сабыру розовощеким, обласканным жизнью типом, отъевшим брюшко на высококалорийной пище, однако тот не соответствовал ожиданиям ни сложением, ни полом. Дверь по адресу, указанному в заявке, открыла хрупкая светловолосая девушка с неожиданно темным оттенком кожи. Она улыбнулась, открыто, будто старому знакомому, отступила на полшага, пропуская внутрь, и Сабыр вошел, удивляясь тому, насколько доверчивыми могут оказаться люди. На своем ярусе ему пришлось бы сначала пройти экспресс-тест на ДНК.
Просторные апартаменты заливал естественный свет из настоящего панорамного окна, и Сабыр прикрыл глаза. Небо за стеклом оказалось ярче, чем на картинках, популярных внизу. По голубому своду плыли неспешно редкие клубы плотного белого дыма, и Сабыр не сразу вспомнил их название. Облака. Смешное, мягкое, легкое слово, обозначающее продукты конденсации водяного пара, поднявшегося в атмосферу.
Пол под ногами слегка поскрипывал, словно был изготовлен из настоящего дерева, но Сабыр откинул эту мысль. Топтать целое состояние мог позволить себе только сумасшедший либо инопланетник. Земные деревья, говорят, неплохо прижились в колониях переселенцев.
Обоняние дразнили странные, но приятные, пряные, пьянящие ароматы. Благоухания источали чудные, разноцветные и разноформенные, хрупкие на вид предметы на тонких ножках, воткнутых в перевернутые конусы с темной субстанцией, названия которого Сабыр не знал. Он никогда не видел таких ароматизаторов. Сабыр протянул руку и коснулся одного из них пальцем, заставив покачнуться.
- Цветы, - Сабыр услышал смешок за спиной. – Настоящие.
Сабыр тряхнул головой, отгоняя от себя магию непривычных запахов, и повернулся к девушке. Она рассматривала его с неприкрытым интересом.
- В заявке сообщается о неполадках с домовым, - сказал он, пряча руки с въевшимся в кожу маслом в карманы потертого комбинезона.
- С домовым? – девушка округлила глазки.
- С бытовым роботом, - поправился Сабыр.
- Прелестно! - девушка хлопнула в ладоши. – Фольклорно! Бытовой робот - домовой! Надо записать! Да-да! Противная железяка пыталась напичкать меня какой-то гадостью. Я заказала холодец, а домовой притащил в тарелке какую-то мерзкую слизь.
Сабыр озадаченно свел брови, напрягая память. Холодец? Варварское блюдо из конечностей редких теплокровных животных... Запрещено в натуральном виде к употреблению по требованиям Общества защиты природы Земли и Института правильного питания. Теперь производится из искусственных ингредиентов. Дорого и непрактично, но у богатых свои причуды.
- Где ваш робот?
- Заперла на кухне, чтоб не натворил еще что-нибудь.
«Противная железяка» оказалась легким андроидом из пластичных композитных материалов без малейшего намека на стальные составляющие. Трендовая штучка. Сабыр вспомнил о своем домовом, который годился бытовому роботу клиента в прадедушки, весил с центнер и не только не представлял себе, что такое холодец, но и априори на изыски был не способен. Анахронизм, конечно, зато работал без сбоев. Прост и надежен как чайник.
Тестовая проверка показала отсутствие неисправностей. Сабыр повторил последний заказ. Домовой принялся деловито колдовать с кухонной системой. Сабыр присел за стол напротив девушки и вскоре робот выставил перед ней аппетитно пахнущее блюдо.
- Вот опять, - девушка скривилась и опустила тарелку в утилизатор. Домовой недоуменно пискнул. Сабыр охнул.
- Что-то не так? – девушка выгнула одну бровку крутой дугой.
- Вы только что выбросили как минимум двести килокалорий! А если считать затраты на приготовление и доставку ингредиентов – все шестьсот!
- А вы бы хотели, чтобы я это ела? Это же синтетика!
- Вы с другой планеты, что ли? – не сдержался Сабыр.
- Это так заметно? - удивилась девушка.
- Я не пойму, вы шутите?
- Нет, - ответила девушка. – Я с Яузы. Четвертая Эпсилона Кита.
Сабыр сконфузился.
- Так вот почему вы такая смуглая, - сказал он.
- Это загар! – засмеялась девушка. – А вы – тугодум!
- На Землю редко прилетают с других планет, - попытался оправдаться Сабыр.
- Вы правы, - согласилась собеседница. – Но ваше правительство крайне неохотно выдает визы и делится информацией о том, что здесь происходит. Земля для нас теперь терра инкогнита. Если бы вы знали, какие мифы слагают у нас о прародине.
– Мифы? – ухмыльнулся Сабыр. – А у нас смотреть не на что, почти все уничтожено или съедено. Вместо валюты – даже не пища, нет. Энергетическая ценность! Справедливо? Не знаю. Голодных нет, однако и сытости не прибавилось, потому что ресурсов остается все меньше. Вот вы брезгуете синтетикой, а миллиарды землян живут на искусственной смеси без запаха и вкуса, единственным полезным качеством которой является только гарантированная энергетическая ценность. Заработал – съел, и так по кругу. На Земле не осталось ничего, кроме городов, да и те скоро сольются в шесть полисов, по числу материков.