Страница 8 из 32
Задрав голову, она осмотрела постройку. Продуманная конструкция - помимо несущих балок, по бокам были приделаны решетчатые скаты, в результате чего покрытие крыши получалось более покатое и широкое, в дождь на такой веранде не должно заливать, и ливни скатываются далеко за пределы террасы. Это вам не автобусная остановка, когда стоишь вроде под крышей и все равно весь мокрый, потому что косой дождь, а козырька нет.
На террасе лежали остатки огромной плетеной из травы корзины, уже совсем негодной. А еще под самой крышей был подвешен гамак, плетенный из растений, но как туда забраться и в каком он состоянии, было не понять - очень высоко, даже рукой не дотянуться. Наверное, внутри домика лесенка есть. Хотя, если она прогнила также, как пандус, Анжела не рискнет по ней влезать.
Дверь хижины запиралась на хитрый засов из дерева и веревок растительного происхождения, и висела на таких же петлях. Анжела распутала засов и откинула дверь, заглядывая в полутемное помещение без окон. Изнутри сильно пахло плесенью и еще чем-то незнакомым. Мда, не зря она про остановку вспомнила - комнатка была очень маленькая, некомфортная, примерно как купе в поезде. Вроде и кладовкой не назовешь, но и на жилье не тянет. Не очень надежная конструкция, времянка какая-то, и неуютная, врагу не пожелаешь в такой жить.
"И вот как доверять свой сон и свою жизнь такому месту? Не, это не по-нашему, не по-уральски! Влажно, хлипко, ненадежно".
Она посмотрела под ноги и вдруг обнаружила, что пол в комнате только частично из палок, а от порога покрыт не очень ровным куском алюминия с ободранной до неузнаваемости краской. Анжела почему-то сразу подумала, что кусок отодран от того проржавевшего катера. Но это хорошо! Вспомнилось почему-то, как по телеку рассказывали: кайман пробрался в дом к женщине-биологу и напал на нее, когда она спала! Она выжила, но осталась без ноги, Анжела даже фотку вспомнила, где та с протезом, сидит такая, еще и улыбается. Вот не хотелось бы оказаться на ее месте. Сама мысль о том, что кайман может в дом забраться, как-то не укладывается в голове, но факт ведь. И не зря тут спальные места так высоко - задрав голову, Анжела увидела почти под крышей две широких полки, заваленных сухими длинными листьями. Это как на чердаке спать, носом в покатую стенку. Или это не спальные полки? Она усомнилась.
На высоте примерно метр семьдесят пять тянулась почти по всему периметру комнаты широкая хозяйственная полка. Еще ниже у левой стенки конструкция типа "стол". На столе лежала вдоль стены приставная лестница, собранная из высохших палок, довольно сухая. И на этом всё - ни стульев, ни места под очаг или печку! Еду-то на чем готовить?..
Полка почти вся была пустая, только в одном углу - деревянное ведро. Тяжелое, зараза. Анжела смогла его снять, только привстав на цыпочки. Изнутри оно было обмазано глиной. На дне ведра лежала странная штука в форме плоской чечевицы с дыркой по центру, из обожженной глины, размером в ладонь. Загадочная вещь непонятного назначения. Ведро состояло из плотно пригнанных друг к другу и немного рассохшихся плашек, стянутых непонятной фигней. Этой же фигней, кстати, были притянуты ступени лесенки к основе. На ощупь эти веревки были как деревяшка. Анжела смутно припомнила, что бывают такие лианы, которые при высыхании сильно сжимаются, и аборигены во всю это свойство используют по хозяйственным надобностям. Похоже, эта непонятная фигня и есть та самая лиана.
Выбралась она наружу деморализованная. Какая-то рыбацкая времянка! Ну не может же такого быть, чтобы люди тут жили долгое время, правда?.. Это же... дикость какая-то! Какая некомфортная лачуга...
Потом вспомнила опять про Юлиану. Когда та выбралась к хижине, там вообще была крыша на столбах, под которой лежал накрытый брезентом мотор для лодки. Причем она была так слаба и измотана, что далеко не сразу забралась к этой хижине от реки, а потом свалилась прямо около мотора и вырубилась. Так ее и нашли.
"А у меня-то - все пучком!"
Повздыхала и вернулась на берег за вещами. Потопталась в раздумьях, спускать ли воздух из надувнушки. Идея сплавляться дальше на этой хлипкой лодочке не привлекала. Ничто не гнало вниз по реке, кроме "третьего правила Юлианы". Внутреннее чувство подсказывало, что она достигла пункта временного назначения, следует перегруппировать силы.
Анжела рассудила, что наличие хижины указывает на людей, и со спокойной совестью открыла все бортовые клапаны своего оранжевого плавсредства. И пока лодка медленно сдувалась, притаранила рюкзаки и сумки в лачугу.
Когда солнце закатилось, она уже перебрала все вещи в обоих рюкзаках и развесила досушивать все недосушенное. Спустила лодку, утащила ее на террасу.
Поставив лестницу, проверила ее на прочность - не сгнила еще, - залезла повыше и потыкала веслом в листья, набросанные на полках, на случай если там притаились какие пауки или змеи. Удивительно, но там было сухо. Вместо пауков нашла нечаянную радость - закопченый лист металла! Анжелка сразу вспомнилось, как Эдгар рассказывал, что они в Карелии на куске металла рыбу жарили.
- Анжелина Витальевна! - сказала он вслух. - Однако если кто-то спрятал этот металл здесь, значит, этот кто-то может вернуться! Вы самая чертовски везучая тетка на свете!
Затем, повздыхав, Анжела наконец взялась за первое дело всех попаданцев - то есть провела инвентаризацию снаряжения. Все записала в клетчатый блокнот. Получилось на 13 страниц текста, даже не смотря на то, что под конец она уже все страшно сокращала.
Вывод был таков, что рюкзаках оказалось все, что нужно бывалому выживальщику, и даже сверх того!
Для начала она умело отсортировала скоропортящуюся еду от той, что могла храниться долго даже при повышенной влажности. Больше всех пострадал хлеб и негерметично упакованные сухари. Дольше всего при правильном хранении могли лежать бич-пакеты и две шоколадки в фольге.
Из полезных ништяков, помимо всяких женских штучек типа туалетной бумаги и прочее, у Анжелы теперь имелся "экономный" набор: туристический компас, три дешевых китайских зажигалки и одна хорошая самодельная копия с zippo, 4 коробка спичек, плотно завернутых в целлофан, упаковка сухого горючего на 10 таблеток также в непромокаемой фабричной упаковке каждая, и еще Ольгин маникюрный набор, включая щипчики, ножнички и даже! пинцет! Аллилуйя, с помощью всего этого порой можно многое сделать. Считай, медицинские инструменты с собой. А еще тонкий вязальный крючок, в ту же аптечку пошел, все же тонкий стальной и крепкий шип с крючочком может очень пригодиться в автономных условиях.
Нож все-таки нашелся! Складной, еще советских времен, ворсмовский[2], со стопором, пилкой и открывалкой, еще отец его с собой в лес носил, а потом и Анжелка прибрала к рукам. На миг Анжела замерла, погладив нож пальцами. Последняя память. Отец умер год назад, и сильно мучился перед смертью, она никак не могла забыть эти запахи реанимационного отделения, больных в забытьи, ночную темноту...
Нашлась также китайская пила-цепь в пластиковом футляре, новая, Эдя специально выбирал для Анжелки, и еще маленький цельнокованый топорик с ручкой, залитой пластиком, таким можно хорошо рубить сучья или ветки, но нереально сделать что-то более серьезное. Сослужит ли он службу мачете, прорубая джунгли, там видно будет.
Еще там был маленький "театральный" бинокль. Ну как же без него! Он неизменно входил в, как шутили в Аномалке, "походный набор охотника на кракозябров", наряду с ножом, спичками и так называемой "рамкой" - современным видом лозы, с помощью которой в древние времена искали воду и руду.
Там была также косметичка, набитая какой-то фигней, типа ватных дисков, одноразовых тюбиков с мгновенным клеем, лазерной указки, противоожегового крема, упаковки жвачки, одноразовых салфеток для инъекций и одноразовых шприцов на 1 и на 2 куб, упаковки линз, с глазными каплями и замечательным контейнером, резинки для волос с красивыми стекляшками, а еще согнутая стальная спицы, и даже фигурка крошечного инопланетянина из киндер-сюрприза. Вот они, пресловутые тайны женской сумочки! Единственное, чего не было в косметичке, это косметики.