Горноспасатели

– Обнимай меня здоровой рукой. Попробую встать и идти.

Белка носилась вокруг. Как только бедные подруги поднялись с бревна, камни застучали сильнее, еще быстрее сдвигаясь вниз. И увлекали девушек за собой. – Таня, мои ноги сдавили камни!

– Бросай меня и выскакивай из этого каменного русла!

– А ты?

– Мне больно! – Таня солгала, она решила: пусть лучше живой остается подруга.

– Нет! Я не уйду от тебя! – но ноги выдернуть из под тяжеленных камней она не могла.

– Почему глыбы так задвигались?

– Наверное, мы нарушили какой-то центр тяжести.

Внезапно страшный рыдающий крик разорвал ночь.

– Людочка, милая, что с тобой?

Люда не отвечала, она скорчилась на медленно движущейся каменной осыпи, рыдая от боли.

– Таня, камни сломали мне ногу! – наконец проговорила несчастная.

Снизу доносился грохот, камнепад срывался в пропасть. Теперь уже Таня с подвязанной рукой металась по бревну, как белка. А та исчезла. Подруга, засыпанная по пояс камнями, находилась почти рядом, до нее еще можно было добраться. Но Таня боялась ступить в это движущееся каменное болото, засасывающее тела в глубокие темные щели и переламывающее все на пути. Иногда из глубины завала доносился невыносимый адский скрежет.

Люда вдруг залилась слезами. Это были не слезы боли, от которой она вся как бы окаменела, а плач отчаяния от безысходности, от приближающейся смерти.

– Спасите! Спасите! Спасите! – просила, молила она.

– Сейчас, Людочка, я помогу тебе! – пообещала Таня. Здоровой рукой она стала разрывать на себе одежду, связывая из кусков жгут. Помогла себе зубами и сломанной рукой. Зацепила наскоро связанную веревку одним концом за сучок бревна, а другой конец кинула подруге.

– Люда, держи] Может, выберешься из каменной дробилки?

Люда схватила конец жгута и натянула. Лоскутья хлипкой девичьей одежды затрещали, но «веревка» выдержала. От рывка бревно вдруг задвигалось быстрее, точно почувствовало, что его освобождают из плена.

– Нет, Танюша, ничего не получится, мои ноги – в каменных тисках. Правую я уже не чувствую, она горит в адском огне.

– Но веревку не бросай. Будем в одной связке…. – остальное девушка не договорила, потому, что не знала, что они будут делать в одной связке.

– Бедные наши мамочки, когда они узнают, как мы погибли!.. – простонала Люда.

– Держись, Людочка, я верю в жизнь, мы не умрем!

– Осталось нам немного – полчаса, а может и меньше, как мы обрушимся в каменный ад! – уже спокойнее отвечала Люда, будто смирившись со смертельным исходом.

– Лучше думай о жизни и любви!

– Ты еще хочешь влюбиться в оставшиеся полчаса?

– Представь себе – да! Чувствую, что эта ночь подарит нам любовь.

– К каменным крышкам, которые прихлопнут нас?

– Любовь к жизни, которую мы теперь будем ценить и очень дорожить!

– Ты веришь в ваше спасение? Говори больше об этом. У меня в сердце появляется надежда. Да и меньше думаю о своей ноге! Хотя осталось нам всего – ничего, да?

– Держись. И в последние минуты живи легко и свободно!

– Очень тяжело дышать под каменной глыбой, навалившейся сверху.

– А ты знаешь, у меня совсем просохли глаза и плакать совсем не хочется!

– Танюша, ты всегда была сильнее меня.

– Теперь мы обе крепкие, закаленные каменными тисками…

– Таня, зачем мы родились на свет, коль уж нам не доведется изведать радость любви?

– Все еще впереди! А потом мы познали жизнь, разве этого мало?

– Близко слышу грохот камней!

– Поверь, мы спасемся!

– Как?

– Не знаю, но чувствую, что спасемся.

– Что ты можешь чувствовать? Силу, которая вырвет нас? Или предчувствовать падение в пропасть, когда будем захлебываться в последнем предсмертном крике?

– Не вспоминай о смерти!

– О чем думать?

– О цветах.

– Которые вам положат на могилу?

– Нет, подарят мужчины!

– Ты молодец, ты грезишь и грезы твои восхитительны, но…

– Что но, разве не приятно получить в подарок букетик горных цветов?

– Зови белку, может она принесет тебе последний подарок?

– Белка давно исчезла. Наверное, побежала за помощью?

Деревянный ковчег, на котором распласталась Татьяна, качнулся в сторону, натянув веревку, связанную из кофточки, нижней рубашки, свитера, джинсовых штанин.

– Таня, куда ты?

– Бревно завиляло!

– Остались последние минуты, перебирайся ко мне, поцелуемся на прощание!

– Смотри, белка опять прискакала!

И вдруг, разрезая темноту, в небе зажглись две белые ракеты.

– Да здравствует жизнь! Нас ищут! – закричала Люда.

– А найдут ли они ночью? – разрыдалась Таня, до этой минуты державшаяся так мужественно.

– Что ты, Танька, теперь мы точно влюбимся! Первого мужчину, что подойдет ко мне, я зацелую!

Татьяна, однако, полагала, что помощь не успеет. К тому же ее нога, соскользнувшая с бревна, попала в каменную щель. Девушку засасывало в страшный омут. Здоровой рукой она обхватила бревно, к счастью, повернувшее в сторону. Какая-то сломанная ветка появилась среди камней. Таня потянулась к ней.

– Танюшка, ты великая жизнелюбка, ты верила и мы победили! Мы рождены под счастливой звездой! – воспрянула духом Людмила, совсем не замечая приближающегося порога в ад.

– Люда, родная, прощай! – застонала Татьяна.

– Держись. Танюха, скоро спасение!

– Людочка, я умираю!

Горноспасатели, уже порядочно измотавшиеся, сидели у подножья Скалистого плато.

– Я говорил вам, что крик раздавался сверху, а вы не поверили старику! – упрекнул Громов своих товарищей.

– Дед, а когда молодежь верила старикам? Пока на своей шкуре не испытает, никакие уговоры и опыт старших не воспримет.

– Вот мы из-за вас упрямых и гуляем ночью по скалам!

– А что, романтическая прогулка! Серебряные травы и цветы, сосны и скалы! – Игорь старался замять ту свою оплошность, когда он неправильно определил местонахождение голоса и эха.

– Надо тебе было захватить сюда твой выпускной класс и гулять с ним! – съехидничал Ткачев.

– А что, в выпускной вечер мы не поедем кататься на катере, а поднимемся сюда, на скальную корону Аи-Петра встречать восход солнца! – отбивался от нападок Игорь.

– Восход солнца здесь потрясающий! – поддержал друга Житров.

– Ладно, ребята, ломать крылья и копья, потопали обратно по кулуару вверх! – решил Громов. – Смотрите, рядом загрохотал камнепад и мы можем угодить под него! Отчего это камни ночью зашевелились?

Луна закатилась за черную кромку гор. Ночь разлила черные чернила. «Живые» камни срывались из под рук и ног горноспасателей.

– Я думаю, что мы выполнили свой долг, пришли ночью на отвесные скалы, все излазили здесь, не нашли пострадавшего и теперь со спокойной совестью можем прилечь и дождаться утра? – предложил Ткачев.

– Нет, Саша, где-то висит и мучается человек, он видел наши ракеты и ждет, надеется на спасение, а мы не придем! – Игорь был чувствительнее и милосерднее из всей команды горноспасателей.

И они полезли вверх, на ощупь и на свой страх и риск, замирая от пролетавших мимо камней.

– Старайтесь идти осторожней и держитесь поплотнее друг к другу, чтобы сорвавшийся камень не набрал скорость и не попал с силой в последних! – сказал Громов общеизвестную истину.

Цепь горноспасателей напоминала сейчас гибкую змею, плывущую в черной воде осенней ночи.

Громов первым стал преодолевать вертикальную щель белой стены. – Почему эта скала светится даже в темноте? – спросил Ваня Жигров.

– «Латерна магика»! – вспомнил Ткачев свое туристское путешествие я Чехословакию и посещение знаменитого театра в Праге.

– А все же поконкретнее?

– Может какое-нибудь опыление от сосен или скальная фосфоресцирует окраска?

– Надо спросить у нашего архитектора Пекарева, он все знает! – Я тоже первый раз вижу светящуюся скалу, – сказал Олег Семенцов.

– Надо подняться сюда днем и осмотреть ее хорошо, может в нее какая-то тайна заложена? – предложил Саша Челаев.