Горноспасатели

…В спасотряде иногда появлялся скромный и тихий Толя Трапизон. Привел его Федоркин, они работали вместе в строительном управлении. Трапизон не знал, откуда у него такая загадочная фамилия, ведь родился он на Украине. Трапизона попробовали на скалах, и он показал неплохие способности. Громов зачислил его в отряд. Не суетясь и не спеша, Толя уверенно овладевал искусством горноспасателя, но оставался таким же неприметным и застенчивым, как прежде он краснел, когда среди горноспасателей заходил слишком открытый разговор о женщинах. Над ним подтрунивали, он отмалчивался, и от него со временем отстали. Так и жил тихо и замкнуто шофер по профессии и общественник-горноспасатель Анатолий Трапизон. Громов любил таких надежных ребят…

Художник бежал и бежал сквозь осеннюю стылую ночь. Лена, повизгивавшая как кутенок, еще была жива на осклизлой от росы скале. Ее трехдневный муж сонно посапывал на полке, привязав себя поясом от штанов к стволу мощной сосны, ее корни цепко вросли в трещины скал. Он так и не сказал ни единого слова жене, не посочувствовал ее страшному положению.

…Телефонный звонок из милиции разбудил Громова в два ночи. Пока он одевался, доставал рюкзак из шкафа на веранде, Люда сварила любимому чашку кофе. На улице засигналила милицейская машина. Отпив два глотка, Громов выбежал на улицу. По пути заехали в общежитие и подняли из постели Трапизона.

– За кем будем еще заезжать? – спросил шофер.

– Справимся вдвоем! – ответил Громов. – Гони быстрее!

Измочаленного от бега художника они нашли у дежурной пансионата «Светлый». Старик лежал на раскладушке и дышал тяжело, как выброшенная на берег рыба.

– Где они висят?

– У Барсучьей поляны.

– Найдем! – И Громов с Трапизоном заспешили на помощь… Александр Орлов очнулся от глубокого здорового сна. Занимался рассвет. Утренний молочно-розовый туман, нежный и тонкий, как фата невесты, струился по скалам.

– Лена, ты жива? – спросил супруг. Оцарапанный, окровавленный клубочек Лениного тела вырисовывался в призрачном тумане. Она уже давно разжала ослабевшие руки и непонятно как, но висела на скале. Возможно, куст шиповника держал ее в своих объятиях, принимая капли крови на ее теле за красные ягоды, и она сама стала похожа на цветок дикой розы.

Александр допил остатки сока и снова замер, боясь потерять теплое удобное положение тела. «Цветок дикой розы» приложила иссохшие, искусанные губы к скале и стала слизывать росу. Алые ранки на губах запеклись и покрылись тонкой корочкой свернувшейся крови. Порой они трескались и появлялись свежие красные капли.

Врач Орлов услышал, как транзистор с плато передает утренние новости. Его любимая футбольная команда вчера одержала победу. Он улыбнулся счастливо, радуясь за мальчиков – ведь их ожидали золотые медали. Вся злость на случившееся ЧП у него прошла. Лена жива, только не хочет с ним разговаривать. Почему их до сих пор не спасают? Захотелось в туалет, он аккуратно помочился на скалу, стараясь не капнуть на свое лежбище.

Медицинская сестра Лена то впадала в забытье, то приходила в себя. Как-то раз она пыталась выпрямить ногу, но адская боль прошила тело и она снова потеряла сознание. Очнулась от дикой жажды и опять приложила губы к мокрой скале, пытаясь слизнуть утреннюю росу, но тут же Елену стошнило. Скала зловонно отдавала мочой. Девушка увидела сверху свежий подтек и догадалась о его происхождении.

Громов с Трапизоном, как две загнанные лошади, выскочили на Барсучью поляну. Все низины затянуло туманом. Где же искать пострадавших? Горноспасатели стали кричать, но голоса тонули в плотном тумане.

– Что делать? – Такой вопрос часто вставал перед горноспасателями.

– Медленно пойдем кромкой плато, может, наткнемся на ребят или они услышат наши крики, если живы? – посоветовался Громов с Трапизоном.

– Надо искать влюбленных! – подтвердил он.

Горноспасатели осторожно пошли краешком обрыва. Из тумана появились гигантские тени и вышагивали рядом по белому безмолвию. Туман светился золотом, и то окрашивался голубым светом или до боли в глазах наливался белизной. Скалистое плато дышало свежими утренними росами.

– Доброе утро! – неожиданно кто-то рядом хрипло приветствовал Громова. Он остолбенел от удивления.

– Кого вы встретили? – спросил Трапизон, появляясь из тумана.

Тут же заиграла музыка.

– Транзистор! – крикнул Громов. – Они где-то здесь!

– Помогите! – донеслось снизу. Громов заглянул в пропасть и в нескольких метрах от себя увидел мужчину.

– Сейчас, парень, минуту! – Веревка в один миг захлестнула ствол дерева и затянулась узлом булинь.

– Толик, живо работай, а я к нему, тут ерунда! – Громов просто прыгнул вниз на полку к Саше.

– Ты травмирован?

– Нет. – Александр потягивался, разминая затекшие конечности. К ним по веревке спустился Трапизон.

– Где жена?

– Она ниже, – Саша ткнул пальцем в ту сторону, где висел розовый клубочек.

– Я останусь с ним, а ты дуй к ней! – сказал Громов. Анатолий нагнулся над девушкой. Она открыла глаза и увидела смущенное лицо незнакомого парня. Он обломал колючие ветки шиповника, державшие ее за розовую блузку и впившиеся в обнаженные руки, осторожно поднял с каменного уступа. Лена крепко обняла незнакомца, боясь потерять своего спасителя, и прижалась губами к покрасневшей от смущения щеке парня.

– Виктор Петрович, выбирайте веревку, подстраховывайте меня, я поднимаюсь наверх! – крикнул Трапизон и, осторожно держа в руках драгоценную ношу, пошел по выступам скал. Громов натягивал страховочную веревку, помогая Трапизону. Через несколько минут тот подошел к Виктору Петровичу. Громов увидел израненную девушку, он уже оценил ситуацию.

– Толик, аккуратнее, у нее что-то с ногой! – Громов выскочил вверх на плато и стал оттуда страховать Трапизона.

– А меня забыли? – жалобно заскулил Александр.

– Сейчас я с тобой управлюсь! – пообещал Громов. Трапизон со своей ношей появился на краю плато.

– Положи ее, Толик, на траву в напои водой, а я того мерзавца достану.

Он бил его ветками держи-дерева прямо на уютном ложе – большой полке. Александр боялся дернуться, чтобы не свалиться вниз, ведь спасатель не привязал его веревкой.

– За что? За что? За что? – орал Александр.

– Знаешь, трус, за что! А ну марш наверх!

– Обвяжите меня веревкой, сделайте страховку!

– Я тебя здесь навсегда привяжу, быстро вверх!

Доктор без всякой страховочной веревки выскочил на плато, но не подошел к жене, а стал собирать разбросанные вещи, среди которых был и транзистор.

Громов достал из рюкзака рацию и запросил спасслужбу.

– «Скала»! Я – «Тропа», отвечайте. Прием! – Он знал, что жена разбудила по телефону инструктора, и в спасслужбе будет ожидать собранный по тревоге отряд с включенной рацией.

– «Тропа»! Я – «Скала». Слышу вас хорошо. Какие будут указания. Прием.

– Подъезжайте к Чертовой лестнице и выходите нам на встречу, мы на носилках несем девушку, у нее перелом ноги.

– Сигнал принят. Выходим на помощь. Рацию не выключайте.

…Прошло полгода со времени спасательных работ у Барсучьей поляны. Время излечило Лену. Она снова стала улыбаться. Громов пригласил ее в спасотряд, как медицинскую сестру. А Трапизон стал опекать Лену.

Смерть на Синем канте

О таких историях стараются умалчивать, слишком уж много здесь трагичного и горького. Но смерть должна послужить нам уроком во избежание подобных жестоких ошибок. …Обливаясь кровью, парни еще жили на этом прекрасном свете. Сидели рядом, точнее висели на веревке, захлестнувшейся за маленький сучок бронзоствольной сосны. Что со Светланой, ребята не знали. Сегодня у нее день рождения. Они захотели провести праздник на отвесной скале, врезавшейся синим кантом в бирюзовое небо. Стояла чудная осень. Девушке исполнялось девятнадцать лет. Светлана с Юрой приехали к Василию в субботу. Он трудился в студенческой бригаде Днепропетровского университета на строительстве базы отдыха на южной стороне Скалистого плато у моря. А группа Светы и Юры работала в степном районе.