Белая Роза

— Роза! — в помещение вбежала шумная компания, любопытно осматривая пыхтящие посуды. — Помощь нужна?

Адель, словно ангелок спустившийся с небес по моему печальному зову, с улыбкой смотрела на меня, а за ее спиной мялись в ожидании Двейн и Бруно.

Я была готова рухнуть на колени и благодарить богов, а заодно расцеловать маленьких помощников, которые так вовремя попались мне.

— Посуда, — махнула рукой на раковину, куда направился Бруно, ибо остальные попросту не доставали ростом до мойки.

Оставшиеся двое помогали по мелочи — помешать, почистить, подать и потише сделать. Адель даже пару раз полы протирала.

— Идут, — Двейн вбежал в кухню, с готовностью смотря на меня.

Плов еще не настоялся — рис был слегка жесткий. Суп уже выключила.

— Тарелки на стойке не готовы! — я подскочила к полкам, где горками стояла белая посуда, и схватила одну из них, с опаской вынося, молясь не поскользнуться на гладком полу и не разбить все.

Ребятня схватила приборы и тоже стала заполнять ящички на стойке.

— Ва! — удивленный и одновременно радостный голос Адель застал меня врасплох, когда я вернулась на кухню, а она осталась в зале. — Господин капитан пришел с семьей!

И девочка счастливо вбежала в помещение, прыгая на месте около меня.

За что мне это?..

Раздача прошла опять же на ногах. Хоть мне и помогали детки, но они все равно были не так аккуратны, и им было тяжело. Лица рабочих сменяли друг друга, и их благодарности слились в один гул, я только успевала улыбаться и кивать. Мне даже показалось, что народу было куда больше заявленных двадцати восьми человек. К концу я устало облокотилась руками о стойку, слегка морщась и встряхивая гудящие ноги. Хотелось просто упасть и не двигаться, желательно в воду, чтобы она сняла слабость и убаюкала.

Команду нашу пришлось тоже кормить. Они нагло влезли в очередь, ожидая своих порций, а после заняли ближайший столик. Будто и не пираты спокойно сидели среди людей и кушали.

Не знаю, о чем они там договорились с мэром, но все проходило мирно.

К концу я оставила детей принимать посуду и складывать ее в мойке, чтобы потом убрать. Чай они же наливали, а я, умывшись, уползла на улицу через второй выход из кухни и села там на табуретку, вытягивая ноги и прикрывая глаза. Откинула голову на теплую стену.

Хорошо так. Сидеть с теневой стороны, слушать шум моря недалеко.

— Ну, и как тебе? — раздался сверху голос с издевательскими нотками.

— Еще пара минут, и я упаду от усталости, — не открывая глаза, пробормотала. — Но надо прибраться на кухне, дети не справятся. И так их тоже порядком погоняла.

— Ты свою часть уже выполнила, а то уже проблемы хозяев столовой, — сквозь слегка приоткрытые глаза я заметила усмешку на губах.

А после Виктор потянул за болтающуюся от ветра лямку фартука, развязывая его и стаскивая через голову. Повесил на ручку двери и резко подхватил меня на руки, заставив уткнуться лицом в плечо с белоснежной накидкой. Приятно пахло вином и специями, с каплей апельсина.

Сопротивления я решила не оказывать — не разумно. Своими силами я могла сейчас только рухнуть лицом на землю и что-то проныть. Все.

Вскоре по телу ударил поток воздуха, заставляя сильнее прижаться к горячей груди мужчины. Глаза же плотней закрыла, вообще повернувшись в сторону перьев. А после, убаюканная легкими движениями прыжков, уснула…

Проснулась я от мысли, что что-то явно было не так.

Затылком ощущала горячее дыхание, а на талии лежала чужая рука. Я осторожно осмотрелась, отмечая, что комната утопала в полумраке из-за задернутых штор, но все равно оставалась узнаваема.

Осознание ситуации заставило окончательно проснуться, растеряно вздрогнув.

Моя возня не осталась незамеченной.

— Выспалась? — шепот.

— Что я тут делаю? — так же тихо спросила, боясь оборачиваться.

— Ты уснула, а лезть в твою комнату не хотел. Моя ближе, — Виктор крепче обнял за талию, прижимая к себе, и легко коснулся губами шеи, заставив сглотнуть.

Что делать?

Мысли панически пронеслись в голове и исчезли где-то за краем сознания.

Я попыталась было подняться, но меня мягко и настойчиво остановили, повалив обратно на кровать на спину. Виктор смотрел на меня сверху, а его глаза блестели от предвкушения. Руки сжали мои плечи и плавно опустились до кистей, переплетая пальцы.

Мужчина склонился, поцеловал шею, затем в губы, снова несильно кусая за нижнюю, словно от обиды, что нет ответа.

Как только он слегка отстранился, я закрыла глаза и сказала:

— Не надо.

Он замер над ухом.

— Почему? — спросил шепотом и прикусил мочку.

— Не хочу, — попыталась высвободить руки, но он держал крепко.

— Хм? Почему? — вернулся к шее.

— Да ты ж меня убьешь своими габаритами! — наехала на него, широко открыв глаза.

Виктор отстранился и засмеялся, смотря на меня, как на неразумное дитя, сверху.

Они с братом явно в детстве переели «Растишки», отчего и выросли более двух метров, пугая своим ростом по очереди.

— Поверь, есть разные способы доставить удовольствие партнеру.

Я запоздало понадеялась, что мое смущение в полумраке не было заметным. Отвела взгляд в сторону, упрямо глядя в пол.

— И все равно я не хочу, — пробормотала, оставив попытки расцепить пальцы.

Мужчина внимательно, испытующе, смотрел на меня, будто я могла передумать в любую минуту и наброситься ему на шею. И вообще казалось, что он удивлен отказу.

— Злая ты, ящерка, — прошептал Виктор и отпустил, падая на соседнее место, закладывая руки за голову и изучая потолок с недовольным лицом. — Есть в тебе что-то… что-то чужое. А понять не могу, что, — он повернулся, слегка сощурившись, и посмотрел на меня.

Я вздрогнула и подскочила, быстро ретируясь с кровати и по пути поправляя одежду и волосы.

Чужое… еще немного, и он легко разгадает. Его подтолкни — и он перескачет на нужную нить мыслей.

Я снова сглотнула и вышла за дверь, тихо прикрыв за собой. В прошлый вечер успела ее порядком намучить. Сделала шаг в сторону лестницы и остановилась, услышав разговор, который явно не предназначался для меня. Превратилась в ящерку, чтобы без шума подобраться ближе, не показываясь на глаза, но лучше слыша беседу.

— Роза плохо влияет на него, отвлекает от дел, — узнала голос Блейна, который чем-то чавкал.

Ага, я ж их ужином не покормила, видимо, из остатков прошлого чем-то перебились.

— Он начал меняться после ее появления, это не хорошо, — согласился Дюк.

— Я сколько раз говорил, что молодые девушки в команде излишни. Ему надо сосредоточиться на цели! Зачем ты ее вообще привел?

Тишина.

Почуяла запах табака. Ворон? Он там тоже?

— Пока мы не отплыли, надо избавиться от нее, — продолжил Дюк, пропустив мимо ушей колкость, что сам и привел меня.

— Лучше сбросить в море, во время шторма, — предложил слизняк и засмеялся, вместе со вторым офицером.

Вот же черт…

Тупицы. Вот никогда их не любила. Никогда!

Мозгов у них нет, а так удачно промывают их Виктору своими длинными языками. Он уже взрослый человек, и я никак не в силах повлиять или изменить уже то, что его приближенные заложили в нем с малых лет, давая зернам злости и мести прорасти, когда вбивали в его голову, что он избранный и обязан управлять этим миром.

Сволочи.

Это их надо сбросить в море.

Я крепко сжала зубы и скользнула в сторону кухни, не желая дальше слушать эту отвратительную беседу.

Выжить захотели меня, да? А вот попробуйте! Весь яд из себя выжму, но вы еще попляшете!

Глава 13. Море

Последующие отработки прошли в прежнем режиме до изнеможения, поэтому последнему дню я радовалась, как дите Новому Году. Да и подарок в тот день был хороший — я так и не узнала, кто оставил его, лишь догадки.

Когда утром вышла на кухню, то на столе застала книгу в белой обложке, где красивым шрифтом было выведено «Саламандры», и синий контур, изображающий ящерицу с высунутым тонким языком, раздвоенным на кончике. Маленькая закладка на первой странице привлекла внимание, заставляя взять в руки книжку и открыть. Сложенный темный лист я раскрыла с недоумением, а после выпала из реальности на добрую пару минут. Фотография ящерицы, когда я была на корабле Легиона, и цена — 10 000 000 мон. «Саламандра». Имени моего не было указано, видимо, Альянс так и не узнал его, хотя Вард мог бы и подсказать.