Страница 21 из 46
С нее поспешно стянули майку, прервав восхитительные фантазии, следом джинсы, белье. Она лишь успевала изворачиваться, помогая ему раздеть себя. Сергей не собирался больше ждать, слишком красноречиво она провела кончиком языка по зубам, выдав свои мысли.
Нина, выгнулась, проведя ногтями по стеклу над своей головой, всхлипнула и зажмурилась. Никогда еще мужчина не был ее богом, ее вселенной, он двигался, и все, что она могла, — умирать. Никогда еще волны наслаждения не накрывали ее одна за другой, смывая, убивая. Никогда еще она не терялась в пространстве, забыв все, кроме одного только имени.
— Сергей, — услышала она словно издалека собственный стон…
***
Нина повернулась на бок, поерзала, устраиваясь поудобнее на теплом плече, Сергей прижал ее сильнее. Она тихо выдохнула и удержалась, чтоб не подсказать, что слишком сильно. Положила руку ему на грудь и принялась выводить ногтем узоры. Чем больше она шевелилась, тем крепче становилось его объятие. Он будто боялся, что она вдруг передумает, а может и вовсе уйдет. Первый вариант в их случае явно слишком глупый, второй — просто неуместный, она далеко не девочка, чтоб не осознавать последствий принятого решения. И потом, ей понравилось, как бы это банально не звучало, ей по-настоящему было хорошо и в первый раз, и во второй. Она снова глупо хихикнула, и в третий раз тоже было обалденно. Укорила сама себя. Взрослая женщина, а смеется как дурочка.
Волна дрожи прокатилась по обнаженному телу. Лежать на полу было немного холодновато.
— Замерзла?
Она кивнула. Сергей, не выпуская ее из рук, стянул с дивана покрывало, закутал. Женщина снова поерзала, стараясь обернуть чуть лучше ступни, чем укрепила объятия. Нет. Ну так уже никуда не годилось.
— Сереж, я не уйду и не собираюсь.
Он ослабил хватку, дав ей чуть больше свободы.
— Так заметно?
Нине понравилась тоска, прозвучавшая в его голосе. Определенно никто и никогда не боялся настолько потерять ее.
— Ну, может быть чуть-чуть, — она лукаво прищурилась.
Мужчина зачарованно смотрел в обожаемые глаза. Откуда ему знать, что творится в ее красивой головке? Вопрос “почему” уже не единожды был готов сорваться с языка, он сдерживал глупый порыв. Она не ответит сейчас даже самой себе почему занималась с ним любовью, не сможет, а об ответе ему и речи вести не стоит.
— Ладно, сдаюсь. Не знаю, что будет завтра и совсем не хочу этого знать, потому как у меня есть потрясающее сегодня.
Нина улыбнулась, перебралась ему на грудь полностью. Теперь их лица разделяла пара сантиметров.
— Думаю, завтра будет ничуть не хуже, чем сегодня.
— А как же твой Дима? — Сергей поморщился, сообразив, что не поймал глупый вопрос до того, как он успел вырваться.
— Он — не мой, и я не собиралась заводить с ним иных отношений кроме дружеских. Ты напрасно ревновал.
Женщина, затаив дыхание, ждала реакции на провокационное заявление. Ей безумно хотелось услышать подтверждение своих догадок.
— Я не… — он приподнял голову, собираясь соврать, и отчего-то стал сам себе противен. Снова притворяться? Откинулся на пол обратно, ощутимо ударившись затылком. — Да, черт со всем этим. Ревновал! Какого хрена ты тащила его сюда? Кто он вообще такой? Он же на тебя глазами влюбленного щенка смотрел!
Она засмеялась.
— Ты преувеличиваешь, — в душе у Нины все пело. Угадала.
— Ничего подобного.
— То есть, мне теперь с Димкой общаться нельзя, — ей понравилось дразнить.
— Да! То есть, нет. Не знаю, — Сергей провел ладонью по лицу. — Ведьма.
— Страшная и с носом загнутым к потолку?
Он грустно улыбнулся.
— Если бы так. Самая красивая, желанная, умная.
— Только ты так и думаешь, — Нина сообразила, что, сама того не желая, воскресила образ бывшего мужа. В глазах мужчины под ней отразилась бездонная боль. Она впервые в полной мере увидела насколько сильными были мучения ее друга. Сейчас он не пытался что-либо скрыть. Не хотел.
— К черту Игоря, не вспоминай о нем, — склонилась и поцеловала, нежно, настойчиво. Сергей подчинился, провел ладонями по гибкому телу. Действительно, к черту! Теперь, пусть даже и на короткаое время, она его женщина.
***
— Ну, покажи!
— Нет.
— Саш!
— Нет.
— Пожалуйста, — Наталка принялась конючить. — Сашенька! Чего такого-то?
— Нет, — зеленые глаза уперто смотрели на дорогу вперепди.
— Я хочу увидеть!
— Нет.
— Сашка!
— Зачем?!
— Потому что даже Айзя знает, где это, а я — нет!
— И хорошо, что не знаешь.
— Но ты-то знаешь, и думаю, не раз.
— Бог мой, Наташ.
— Говоришь прям как папа.
— Вот верно. Расскажу Сергею, чего ты требуешь.
— Не-а. Не расскажешь, — она победно улыбнулась. — Потому как иначе я расскажу, что ты мне говоришь, когда мы наедине.
— Не посмеешь.
— Проверим?
— Козявка мелкая!
— Опять? — она слегка расстроилась, что не помешало ей однако продолжить требовать свое. — Ну, Саш.
— Нет. Вопрос закрыт.
Наталка насупилась, скрестила руки на груди. Непробиваемый! Подумала немного, хитро прищурилась, взглянув на обожаемый профиль. А если так? Разулась, залезла с ногами на сиденье, потянулась к его уху и тихо начала шептать.
— Ты ведь ждешь конца установленного папой срока. Хочешь получить больше, чем просто целовать меня, хочешь ласкать мое тело, — девушка подавила приступ смущения, — не через ткань футболки, хочешь… — она на мгновение остановилась, вспоминая его же слова. — Как ты говорил? Хочешь чувствовать меня всем телом, двигаться во мне.
Восьмерка слишком резко затормозила перед перекреском.
— Наташенька, тебе мало того, что я сам себя мучаю? — так же тихо прошептал парень.
Она опустила руку ему на талию, на ощупь нашла ремень джинс, провела пальцами по молнии, он непроизвольно раздвинул ноги.
— Так сильно хочешь? — невинно протянула она. — Я буду продолжать. Знаю, тебе нравится. Попробуешь запретить или остановить?
Санька дернулся. Иногда она его просто пугала. Ее пальчики продолжали гладить его между ног, он выгнулся. Позади засигналили.
— Покажи, — шепнула в очередной раз шантажистка.
— Ладно, сдаюсь, — машина тронулась с места. — Поехали.
Наталка чмокнула его в щеку.
— Я знала, что ты не откажешь.
Полчаса спустя парень остановил восьмерку возле большого заброшенного стадиона.
— Вот тут, а теперь поехали.
Выжал сцепление, включая заднюю скорость.
— Стоп! А туда? Мы так не договаривались. Я хотела увидеть, где именно.
Он устало выдохнул.
— На всей территории, там народ и сейчас, в любом случае, есть.
— Айзя уверяла, что у всех свои места. Где твое?
— Да, нет у меня места! — Саша начал злиться. Глупая, любопытная девчонка.
— Хотя бы внутрь просто завези, а?
Парень, стиснув зубы, подчинился. Сергей узнает, без вопросов исполнит угрозу. Ни за что в здравом уме не подумал бы, что привезет Наталку на городской “траходром”, как называли его местные. Убираться отсюда быстрее. Приткнулся в ближайший угол, благо такие, как впрочем и самые отдаленные, занимали в последнюю очередь.
— Вот. Теперь поехали?
— И часто ты здесь был?
— Нет.
— Сколько?
— Нет.
— Что “нет”? А если бы я не была с тобой знакома с детства, ты бы сам меня сюда привез, правда?
Черные глаза с живым любопытством и желанием изучали его. Саша устало покачал головой, подумал, улыбнулся.
— Нет, Наташ.
Она растерялась и, кажется, немного расстроилась.
— Почему?
Он отстегнул оба ремня, наклонился и нежно коснулся в поцелуе ее губ.
— Так понятно?
Девушка тихо выдохнула. Да, так и вправду было яснее, но только…
— Почему?
Саша с улыбкой встретил новый вопрос. Провел указательным пальцем по ее носу. Как много значит простая интонация, теперь она спрашивала чем исключительная для него.
— Я люблю тебя.
Наташа прикрыла глаза, вновь ощутив прикосновение его губ к своим. Грудь будто тисками сдавило. Так много значит для него, и так много он значит для нее.