Страница 41 из 84
4
Следователь НКВД, старший лейтенант войск НКВД Татьяна Яковлевна Метелина, сидела за столом в одной из допросных комнат внутренней тюрьмы Лубянки. Она с интересом присматривалась к арестанту N 128897. Перед ней сидел здоровый, кровь с молоком, деревенский парень, он сидел на табурете, ножки которого были вмурованы в бетонный пол допросной комнаты, чтобы этот табурет арестованный не мог бы использовать в качестве оружия против следователя. Можно было бы сказать, что этот парень ей понравился с первого взгляда. Ее девичье сердце сладко затрепетало, когда она себя представляла в его объятиях! Перешагивая порог комнаты для допросов, арестованный N 128879 ей улыбнулся. Эта добрая мужская улыбка мгновенно растопила ее девичье сердце.
Никогда прежде Татьяна Метелина не испытывала подобных нежных чувств к какому-либо мужчине или к парню. Хотя со школьной парты лет она была окружена друзьями-приятелями по пионерской организации или по комсомолу. По окончанию школы Татьяна легко сдала вступительные экзамены, восемнадцати лет начала учиться в Центральном заочном институте советского права. Днем она работала в Московской милиции секретаршей начальника районного отделения, а по вечерам училась в институте. Вскоре ее заочный институт был преобразован во Всесоюзный юридический заочный институт. В том же году Татьяна Метелина перешла на четвертом курсе вечернего отделения этого института.
В тот же год ей исполнилось двадцать один год. Она не бросила своей работы в Московской милиции, но начальник отделения ее из своих секретарей перевел на работу референтом отдела, занимавшегося разбоем и убийствами.
В том же году по комсомольской путевке Татьяна Метелина была мобилизована, получила направление на службу в охрану одного из женских лагерей НКВД, расположенных под Москвой. Начальник этого лагеря пошел навстречу молодому бойцу конвойных войск НКВД, первую половину дня он разрешил ей проводить на службе, а вечерами по понедельникам, средам, пятницам и субботам она училась советскому праву в Москве. Ей повезло, в том лагере, в охране которого она служила, свои сроки в основном отбывали женщины, осужденные за политические убеждения. Они были миролюбивыми женщинами, своим конвоирам они не угрожали ни ножами, ни заточками, не помышляли о побегах!
Этот год службы одновременно с учебой в вузе, Татьяне показался самым тяжелым годом в ее жизни. В тот год она забыла о личной жизни, зато научилась безукоризненно владеть всеми видами оружия, от пистолета "Наган" до станкового пулемета "Максим". Может быть, поэтому Татьяна Метелина так и не познала, что же это такое настоящая любовь женщины к мужчине?! Так пару раз она переспала с начальником лагеря, со своим командиром роты, но никаких особых чувств эти ночи ей не принесли.
В тот года Татьяна Метелина впервые за свою молодую жизнь вспомнила о существовании бога, она тайком сходила в церковь, чтобы его отблагодарить за то, что он дал ей силы превозмочь все жизненные испытания, окончить учебу в вузе. Получив институтский диплом, он стала дипломированным советским юристом. Казалось бы, что перед ней открылась широкая дорога в жизнь, но в кадрах наркомата НКВД СССР было принято решение не терять такого ценного, перспективного кадра. Ей предложили перейти на работу в Главную следственную часть наркомата НКВД. К этому времени Татьяна Метелина стала достаточно взрослой, чтобы понять, что от подобного предложения не отказываются. Одним словом, ей присвоили звание младшего лейтенанта охранных войск НКВД, направили на работу в Следственную часть центрального аппарата НКВД СССР.
К сегодняшнему времени она проработала следователем в этой Следственной части вот уже четыре года, от младшего лейтенанта выросла до старшего лейтенанта охранных войск НКВД
- Ну, так что ты хочешь мне рассказать, арестованный N 128879? - Задала свой первый вопрос следователь Татьяна Метелина, как только арестант устроился на табурете. - Ты уж, давай, мне признавайся во всех грехах, совершенных за свою жизнь! Я сегодня добрая женщина, смогу тебе простить!
- А что именно вас интересует, товарищ следователь? Если я не ошибаюсь, то вас зовут Татьяна Яковлевна! - В ответ поинтересовался Васька.
Ответ подследственного крайне удивил, сильно озадачил и очень насторожил Татьяну Метелину! Откуда этот подследственный N 128879 мог узнать ее имя и отчество? А главное в его голосе она не услышала ни малейшего страха или испуга?! Опыт четырех лет работы следователем, ей подсказывал, если хочешь расколоть своего подследственного на допросах, получить от него требуемую информацию, то его нужно было бы первоначально сильно запугать! Только страх может заставить человека, рассказать о том, что он хранит глубоко в своей памяти! Только страх может заставить любого человека рассказать о том, чего в его жизни никогда не было! Поэтому Татьяна порой пользовалась услугами тюремных надзирателей, в частности, услугами Иван Ивановича! Обратившись к нему с просьбой, чтобы он перед допросом немного бы поработал с ее подследственными или сокамерником заключенного с тем, чтобы того запугать до смерти предстоящими допросами!
В своей карьере следователя НКВД Метелиной еще не приходилось встречать человека, который не боялся бы НКВД, допросов в этой организации1 Не боялся бы ее, как следователя этого страшного-престрашного НКВД! Многие подследственные так и горели желанием на первом же допросе выложить следователю все, что они знали или не знали! Другие же порой сопротивлялись, отказывались отвечать на ее вопросы! Но после соответствующей обработки, проведенной тюремными надзирателями, они подписывали любые протоколы допросов. Следователь Татьяна Метелина на долю секунды задумалась, размышляя над тем, как бы ей стоило бы отреагировать на это слишком уж вольное поведение арестанта N 128879?!
Посматривая на этого симпатичного парня, Татьяна Яковлевна раздумывала, не подойти ли к нему, не ударить ли кулаком в его лицо?! Но, как женщина, она хорошо знала и понимала, что, как бы она не старалась, этим своим кулаком она не сможет нанести сильный удар по лицу этого парня! Вряд ли этот удар у нее получится таким уж сильным?! Вряд ли она сможет кулаками сломить силу воли этого симпатичного парня?! Вряд ли она сможет поставить его на колени, заставить его признаваться в том, чего он не делал! Да и к тому же ей самой почему-то не очень хотелось бить по лицу этого парнишку!
Видимо, ей придется, думала Метелина, еще раз обратиться к Иван Ивановичу, тюремному надзирателю, большому любителю поработать кулаками с арестантами. Нехотя, сквозь силу следователь Метелина рукой потянулась к кнопке звонка, установленного под столом. Этим звонком она хотела вызвать конвойных, одновременно она сказала, обращаясь к подследственному N 128879.
- Во время допроса ко мне ты должен обращаться только, как к "гражданке следователю"!
- Да, вы особо не стесняйтесь, Татьяна Яковлевна! Если уж так хотите, то вызывайте своего палача, Ивана Ивановича! Только вчера он умер, ударившись головой о бетонный пол моей камеры! Но не могли бы вы в таком случае мне прежде объяснить, чего от меня хотите? Я же простой парень из уральского села Подкаменки, в конце октября наш эшелон призывников прибыл в Тулу. Там нас распределили по различным частям и подразделениям Красной Армии. Месяц провел в окопах, защищая славный русский город Тулу. Стал сержантом, затем меня назначили взводным командиром. В моем взводе насчитывалось всего лишь шесть бойцов, но мы сражались с немцем, как полнокровный взвод! Подбили шесть немецких танков, двенадцать бронетранспортеров "Ганомаг". До роты немцев положили на землю. Вот и вся моя жизненная биография, мне больше нечего о себе рассказывать.
- А за что тебя наградили медалью "За отвагу"? Насколько я знаю, сегодня не так уж много красноармейцев награждается этой медалью?!
- Во время перехода нашей дивизии с одного рубежа обороны на другой, на развилке дорог нашу разведроту остановил патруль НКВД для проверки документов. Меня лично насторожило то обстоятельство, что эти патрульные были одеты в слишком уж чистую, отглаженную красноармейскую форму. Такого, да еще в нашу распутицу, попросту не могло бы случится. Но эти патрульные были одеты так, словно они собрались принять участие в параде. Ну, мы их всех положили на землю огнем из автоматов и винтовок! Но должен вам честно признаться, гражданка следователь, что это был не я, кто в этих патрульных опознал немцев, приказал по ним открыть огонь на поражение!