Страница 10 из 84
- Хорошо, Вася, ты только перед своим уходом на передовую любого писаря из канцелярии попроси, чтобы он тебе обязательно выписал бы красноармейскую книжку! Не то при первой же проверке документов энкеведешники, обнаружив, что у тебя нет красноармейской книжки, могут тебя расстрелять! Да, и у нас на передовой, солдаты придерживаются примерно такого же правила, расстреливать на месте всех красноармейцев, попавшие к нам в плен без этой книжки красноармейца. Таких красноармейцев мы рассматриваем, как вражеских разведчики, попавших в плен во время выполнения боевого задания! А разведчиков, как и ваших комиссаров, мы расстреливаем прямо на месте пленения.
Словом, это общение с Альфредом Нетцке сильно подняло дух Васьки, теперь он был не одинок, в трудную минуту ему будет на кого положиться! К этому времени Альфред стал его настоящим другом, соратником в борьбе добра против зла! Следуя его совету, Васька отправился в канцелярию Александровских казарм выправлять свои документы. У первого же писаря в канцелярии он вежливо поинтересовался, как бы можно было бы сделать так, чтобы ему поскорей выписали бы книжку красноармейца.
- Нет никаких проблем, парень! Ты только принеси мне справку из райвоенкомата, в котором призывался, прими присягу красноармейца и тогда, пожалуйста, я тут же выпишу тебе красноармейскую книжку.
Ситуация складывалась не очень хорошая, справка из Долгодеревенского райвоенкомата осталась в кармане лейтенанта НКВД железнодорожной военной комендатуры. Сейчас снова соваться на вокзал, искать этого энкеведешника, а у него свою справке, было бы себе дороже! Существовала большая вероятность того, что это энкеведешник мог бы Ваську бросить за решетку!
- А ты, Василий, постарайся вспомнить те свои навыки, - тут в эти его раздумья вмешался симбионт Альфред Нетцке, - которым тебя, наверняка, учили на курсах спецназа дивизии "Аннербе". Тебя ж на них, наверняка, учили, как в полевых условиях изготовлять или подделывать вражеские документы!
Ваське тут же вспомнился полковник-орангутанг, читавшего им лекции и проводившего практические занятия по данной тематике. Он пониже наклонился к уху писаря, тихим шепотом его попросил:
- Ты мне разрешишь, воспользоваться пишущей машинкой. Она, кажется, стоит в комнате начальника канцелярии, капитана Лавриненко!
- А что мне за это будет? Ведь, если капитан Лавриненко, начальник нашей канцелярии, узнает о твоей просьбе, а также о том, что именно я помог тебе ее выполнить, то в этом случае мне не сносить своей бедной головы?!
- Он не узнает! Сегодня его дочке исполняется пять лет, так что на данный момент его голова занята тем, где бы ей найти тортик под свечи. Эти свечи его доченька будет погасить своим дуновением?!
- Хорошо, тогда приходи в полночь, когда вся казарма будет спать! Мы вместе пройдем в кабинет капитана!
- Ну, вот, Василий, теперь ты сам хорошо видишь, что, если существует какая-либо проблема, то ее нужно сразу же решать, а не переносить ее решение на завтра, как вы, русские, любите это делать! - Тут же Альфред Нетцке со смехом прокомментировал достигнутую Васькой договоренность.
Глава 2
1
Капитан Виталий Лавриненко был вечным, незаменимым комендантом Александровских казарм Тулы! Он пришел сюда еще в незапамятные времена, начал служить младшим командиром комендантской роты, со временем вырос до капитана. Служба в комендантской роте Александровских казарм помогла ему без особых потрясений пережить времена больших армейских чисток, перестановок и расстрелов середины тридцатых годов. Виталий Лавриненко оказался отличным служакой, хорошим семьянином. Умел вовремя подсуетиться, помочь своим товарищам пережить мрачные времена, они в свою очередь ему помогали держаться наплаву!!
Когда началась война капитан Лавриненко несколько раз подавал рапорта с просьбой его отправить на фронт, но начальство никак не могло ему найти замену на посту коменданта Александровских казарм, постоянно ему отказывало в этих просьбах. Сегодняшним ноябрьским утром, он, как никогда, появился на работе рано до восхода солнца, до сигнала общего подъема.
Через некоторое время к нему подъехал корреспондент тульской газеты "Молодой коммунар". Вместе с ним он покинул жарко натопленную канцелярию. Они вдвоем вышли на главное крыльцо Александровских казарм, чтобы проводить будущих разведчиков 217-й стрелковой дивизии в путь-дорогу. Капитан Лавриненко выглядел очень довольным человеком, его канцелярия получила и быстро обработала запрос на пополнение, поступивший из 217-й стрелковой дивизии. Шесть молодых уральцев, правда, пока еще не принявших красноармейской присяги, но под командованием опытного сержанта, должны были пополнить ряды этой разведроты. Но по сию пору из дивизии не прибыл командир, который должен был бы забрать, сопроводить это уральское пополнение в расположение штаба своей дивизии. Последние дни 217-я дивизия вела ожесточенные оборонительные бои в Одоевском районе Тульской области. Видимо, по этой причине штаб дивизии, расположившийся в поселке Одоев, пока еще не мог найти свободного от дел командира, чтобы его отправить в Тулу за пополнением.
Капитан Лавриненко привык без задержек выполнять любые, казалось бы, даже самые невыполнимые, просьбы и требования, поступившие сверху или из частей и подразделений Красной армии. Может быть, именно поэтому он так долго занимал должность коменданта Александровских казарм. Вот и запрос из 217-й стрелковой дивизии на пополнение дивизионной разведроты капитан Лавриненко, его канцелярия выполнили без промедления. Капитан сам отобрал кандидатов в разведчики. Своим приказом он произвел в сержанты бывалого солдата, случайно оказавшегося среди уральских молокососов.
Словом, сразу же после получения запроса из 217-й дивизии пополнение в тот же день было готово к отправке в Одоев. Виталий Петрович, принимая во внимание тот факт, что из дивизии за пополнение пока еще не прибыл командир, распорядился это пополнение самоходом отправить в Одоев, в штаб дивизии. Капитан Лавриненко хорошо знал о том, что от Тулы до Одоева семьдесят пять километров пути. И он не раз слышал о том, что во время немецкого наступления немецкие разведчики-мотоциклисты и танки порой свободно разгуливают по тылам советских войск. Но, тем не менее, этого своего приказа не отменил!
Еще вчера вечером Васька по совету своего симбионта Альфреда Нетцке пошептался со старшиной из каптерки за небольшую мзду в виде консервной банки говяжьей тушенки, бутылки водки "Московская горькая" , он с ним договорился о том, чтобы шестерых своих товарищей переодеть в зимнее обмундирование красноармейца. Он также попытался у старшины, своего нового друга, выпросить пару винтовок, Уж очень ему не хотелось отправляться без оружия в столь дальнюю путь дорогу, уж очень неспокойными были сегодняшние времена! С началом немецкого наступления на Москву и над Тулой сгустились грозовые тучи. Но старшина категорически ему отказал, заявив:
- Ты уж меня извини, паренек! Никакого оружие я не могу выдать ни тебе, ни твоим парням! Вы же не принимали присяги значит не имеете права держать в руках какое-либо оружие! Первый же патруль НКВД вас остановит и, проверив документы, установит, что вы не красноармейцы, то за незаконное ношение оружия, да еще в военное время, вас сразу же расстреляют! Меня же отправят под трибунал, а там разговор короткий, трудовой лагерь или также расстрел! Вы уж без оружия отправляйтесь в дивизию. Там пройдете военную подготовку, примете присягу красноармейца и только тогда вам выдадут винтовки!
Василий не стал спорить со старшиной по этому вопросу, понимая его полную правоту. Он, молча, покинул казарменную каптерку, в душе надеясь на то, что они без проблем и приключений смогут пройти эти семьдесят километров до Одоева. Теперь ему оставалось надеяться только на свой "Вальтер Пк38", но после недавней перестрелки на Московском вокзале в его пистолете осталось всего лишь три патрона!