Страница 14 из 226
Эльф встряхнул головой, отгоняя липкий страх, и выхватил последнюю стрелу. Так вот на кого предназначались ужасные копья мятежников… Только кто это? Оборотень? Нет, те совсем другие. Это же гротескное создание походило на отвратительную ошибку природы, а не на таинственное племя оборотней, некогда, по преданиям, жившее в лесах близ Эребора.
Тварь снова скакнула вперед и издала утробный вой, эльф прицелился и спустил тетиву. Сухо свистнув, стрела вонзилась в левый глаз существа, то выгнулось, яростно взвыв, и рухнуло наземь.
Леголас перевел дыхание, огляделся. Тварь была не одна, вокруг бушевала паника, ржали перепуганные лошади, где-то неподалеку громыхали отрывистые эльфийские ругательства – судя по ритму брани, сквернослов остервенело тыкал в противника мечом.
- Эти нежити почти неуязвимы! – крикнул Леголас, в надежде, что прочие услышат его, – цельтесь в глаза!
Он отчаянно осматривался – там, в двух шагах, кипел бой, там нужна была его помощь, но он боялся оставить свой пост. Кто знает, не прятались ли в чаще новые чудовища? Но в этот миг шум на просеке достиг апогея, и общий хаос разорвал оглушительный вопль боли. Одна из тварей пробилась в кольцо. Больше не было времени на размышления. Леголас выхватил меч и рванулся на шум. Там, среди толпы, бился на земле живой клубок тел. Среди взметающейся хвои и мокрых комьев земли мелькала то косматая спина, то эльфийская кираса, то еще что-то, окровавленное и растерзанное. Не разбираясь, Леголас вклинился в свалку, нанося слепой удар в массу черной шерсти. Тварь щелкнула зубами, вскидываясь на задние лапы, а на земле остался лучник Рималл, с мечом в разодранной руке, прикрывающий собой неподвижно лежащую женщину.
Леголас не дал твари опомниться и снова замахнулся мечом. Сейчас важно было отвлечь существо от людей. А нежить рявкнула, разметывая кровавые брызги, и вдруг бросилась наутек. Принц не рассуждал. Он знал лишь, что это создание нельзя отпускать живьем, что оно вернется, и кто знает, не приведет ли с собой других.
Молниеносно взлетев на коня, он обернулся, крикнув:
- Продолжайте путь, не теряйте времени! Дорога свободна!
А затем хлопнул коня по взмокшей шее и понесся вскачь вглубь леса.
Существо неслось вперед, прошивая землю длинными кровавыми стежками, и Леголас был уверен, что оно не убежит далеко. Любое живое существо, потеряв кровь, неминуемо ослабеет. Лес мелькал мимо, и эльф благодарил судьбу, что это не его родное Лихолесье, в густых чащобах которого не всегда продерется и пеший. Он уже не знал, куда завела его странная тварь, но эльф никогда не заблудится в лесу, а потому Леголас без оглядки гнал коня.
Да, тварь устала бежать. Но, вместо того, чтоб остановиться, она резко развернулась, взметывая землю когтями, и грудь в грудь ринулась на скачущего коня, оскаливая клыки. Гнедой бешено захрипел, осаживаясь и вставая на дыбы, а тварь метнулась в сторону, с невероятной силой ударив гнедого грудью в бок, и конь упал. Вовремя соскочив с падающего скакуна, Леголас ринулся твари наперерез, не давая вцепиться в горло гнедому. Чудовище тоже встало на дыбы, на миг став невероятно похожим на безобразного, клыкастого человека, и бросилось на эльфа. Тот отпрянул в сторону, по самую рукоять топя меч в плоти полузверя. Кровь брызнула на траву, выплюнутая прошедшим насквозь лезвием, а тварь, яростно взвыв, обрушилась на эльфа, подминая под себя. Леголас выпустил из руки застрявший в теле хищника меч, подставил жадным клыкам прикрытое кожаной кирасой плечо. В правом сапоге был кинжал, добраться бы до него… Тварь остервенело рычала, щелкая зубами у самого лица, лапы с дьявольской силой рыли землю, пытаясь поразить бьющегося, уворачивающегося эльфа. Вот сейчас…
Леголас улучил момент и резко ударил полузверя в нос левой наручью, украшенной чеканным королевским гербом из серебра. Тварь опешила на миг, а эльф извернулся, и пальцы нырнули за голенище. Всего секунды хватило, что вырвать из сапога узкий клинок. Чудовище снова оскалило клыки, лихолесец же замахнулся, вкладывая в удар всю силу и гибкость искушенного в боях тела, и вонзил кинжал под левую лапу. Тварь взметнулась над лежащим эльфом, обливая кровью кирасу и камзол, снова обрушилась на обидчика, терзая когтями, пытаясь добраться до живой плоти. Леголас метался под обезумевшим хищником, уворачиваясь от когтей и клыков. Эру милосердный, неужели у них нет даже сердца? С треском лопнули два ремешка на кирасе, и Леголас почувствовал, как когти впиваются в живот. «Выходит, это конец?» – мелькнула никчемная мыслишка, и эльф с яростью отчаяния вцепился твари в нос, пригибая безобразную морду к себе, и из последних сил погрузил лезвие кинжала в желтый, налитый кровью глаз…
Сознание вернулось уже на закате. В подлеске сгустились тени, верхушки сосен багровели в последних солнечных лучах. Леголас разомкнул глаза, чувствуя, как у самого уха встревоженно фыркает конь. Тяжелая туша по-прежнему придавливала эльфа к земле, и лихолесец стиснул зубы, пытаясь столкнуть с себя труп полузверя. Голова вибрировала густой болью, а в живот, казалось, вогнали разом несколько гвоздей.
- Мелькорову душу… – пробормотал принц. Превозмогая адскую боль, он медленно сдвинул тело твари, с усилием вытаскивая из-под нее ноги, и, пошатываясь, встал на колени. Превосходно, господа… Дело к ночи, а он даже не знает, где сейчас находится. Однако Леголас умел быстро восстанавливать присутствие духа. Он остался жив, а значит, все прочее уже преодолимо. Сейчас необходимо найти воды, перевязать раны, а верный скакун непременно отыщет дорогу в Тон-Гарт. Потянувшись к трупу страшного создания, эльф с трудом выдернул меч, брезгливо обтер лезвие о шкуру твари. Обхватив гнедого за шею, Леголас медленно поднялся на ноги. Поморщился от боли, прикасаясь к ранам на животе. Похоже, прилипшее сукно камзола остановило кровь.
- Вода, дружище, – прошептал он коню, – нам нужна вода.
Медленно взгромоздившись на гнедого, эльф принюхался. Здесь непременно должен быть ручей, даже человек, выросший в лесу, не ошибся бы в таком вопросе. Тронув конские бока коленями, Леголас двинулся сквозь лес, полагаясь на собственное чутье и инстинкт коня. Много разъезжая по Ирин-Тауру в последние недели, он не бывал в этой части леса. Отчего-то, она не была заселена.
Уже скрылось солнце, и воздух налился синевой. Леголас чувствовал, что силы стремительно покидают его. В голове шумело от кровопотери, мысли путались, и эльф опасался потерять сознание снова. Но Эру спохватился, вспомнив о лихолесце. Сорок минут спустя, гнедой вышел на поляну, где в россыпи камней бормотал прозрачный ручей, струящийся из причудливо нагроможденных, замшелых валунов в углубление, выбитое в камне усердными водяными струями. Леголас тяжело соскользнул с конской спины и опустился на колени, зачерпывая воду.
Уже через двадцать минут эльф воспрянул духом. Жажда была утолена, в голове немного прояснилось, да и с грехом пополам перевязанные разорванной туникой уродливые следы когтей уже не перехлестывали дыхание раскаленной болью. Леголас поднялся с земли, впервые оглядев поляну. Несколько приземистых деревьев, там и сям украшенных поздними ярко-алыми цветами, склонялись над ручьем. Дно его было усыпано круглыми камешками, покрытыми темным налетом скупой водяной растительности. Отчего-то Леголас не помнил этого ручья на карте. Хотя незаселенные участки леса, признаться, мало его интересовали в Ирин-Тауре.
- Ну, приятель, пора искать обратный путь. – Леголас потрепал коня по холке, и снова, мучительно закусывая губы, сел верхом, проводя пальцами по рукояти меча.
На лес спускалась ночь, волки пробовали голоса, где-то ухнул филин. Одинокий всадник покинул поляну, снова углубляясь в негостеприимную темноту.
***
Эрсилия не находила себе места. Прибывший в Тон-Гарт час тому назад караван принес ужасающие новости, и город, после прибытия эльфов, вздохнувший, было, свободнее, снова затрепетал. Весть о неизвестных прежде страшных обитателях лесов всколыхнула множество домыслов, породивших еще больший ужас. И, хоть благодаря самоотверженной отваге лихолесцев, происшествие в лесу обошлось без жертв, принц Леголас так и не вернулся…