Страница 4 из 67
Фрэнка притащили в вонючую комнатушку, привязали к столбу, поддерживающему свод. Он содрогнулся, ощутив, как просвистевшая в воздухе плеть, опустилась на обнажённые плечи. От боли и унижения перехватило дыхание. Он даже не смог вскрикнуть.
Его втолкнули в камеру. Фрэнк, с трудом дотащившись до койки, попытался улечься так, чтобы не было так больно. Кто-то бесцеремонно стащил его вниз. Сверху нависла небритая рожа, перекошенная злобой.
-- Ты, сука, куда улёгся?! Нужно было меня спросить, где твоя койка! Я главный здесь! Дэвид Фергюсон! Слушаться будешь меня или получишь так, что мало не покажется, -- добавил он, показывая здоровенный, волосатый кулак. -- Понял, ублюдок?
Фрэнк присев на койку, взглянул на него и хотел послать куда подальше. Но тут же представил, что с ним сделают сокамерники и слабо кивнул.
-- Не слышу, -- злобно прошипел Фергюсон. -- Громко и отчётливо скажи: "я понял, мистер Фергюсон".
-- Я понял, Фергюсон, -- проговорил сквозь зубы Фрэнк.
-- То-то, -- самодовольно, проговорил бугай, похлопав Фрэнка по щеке грязной лапищей. -- Пит, покажи новенькому его место.
На следующее утро Фрэнк очнулся от ужасающего воя сирены. Резко подскочил, грязно выругался, стукнувшись головой. Следующая койка нависала над ним в паре дюймах. Сокамерники ссыпались с коек и выстроились в узком проходе. Подошли охранники, отцепив кандалы от стены, нанизали их на общую цепь.
-- А ты чего, сука, расселся? -- прохрипел Фергюсон.
-- Да, мне и так хорошо, -- отозвался Фрэнк и вновь улёгся на койку, заложив руки за голову.
И в то же мгновение ощутил, как его грубо стаскивают вниз. Физиономия надзирателя не предвещала ничего хорошего. Но Фрэнк решил идти до конца.
-- Это ещё что такое? -- поинтересовался мрачно амбал. -- Саботаж? Плетей захотел?
Фрэнк упрямо молчал.
-- Дональд, -- крикнул он. -- Иди сюда.
-- Чего? -- отозвался тот лениво.
-- Через плечо. Иди сюда, говорю. Новенький решил устроить цирк.
Через минуту рядом нарисовался второй детина. Здоровенная башка с бобриком волос на короткой, толстой шее, мощные надбровные дуги, широкий нос, и почти отсутствующий подбородок. Кажется, эволюция остановилась для этого субъекта на неандертальце. Смерив презрительным взглядом противника, Фрэнк встал в защитную боксёрскую стойку, решив, что погибать будет с музыкой. И постарается ответить хотя бы парочкой точных ударов, как учил его отец.
Но "неандерталец" не стал его бить.
Фрэнк ощутил, как охранник бесцеремонно притянул к себе и, развернув спиной, крепко схватил сзади под руки. Второй охранник резким движением стащил с Фрэнка брюки и приложил свою дубинку к паху. Адский разряд тока пронзил снизу доверху, заставив задохнуться от нестерпимой, мучительной боли. В глазах закрутился калейдоскоп искр. Фрэнк словно издалека услышал сдавленный крик, больше похожий на звериный вой.
-- Ты понял, сука, что тебя ждёт? Будешь фордыбачить. Твои яйца поджарим на обед, -- угрюмо процедил сквозь зубы первый охранник.
Фрэнка с силой толкнули в спину и прицепили в общую сеть. Фергюсон с гадливостью смерил его и смачно харкнул. Потянулись мрачные стены, выкрашенные в ядовито-зелёный цвет, с тусклыми светильниками через каждые пару футов. Они вышли в огромный зал без окон. Стены из серого, необработанного камня, с которых стекали струйки грязной воды. Тусклые, убогие лампочки на шнурах свисали с потолка. Жутко унылое место.
Здесь располагались столы, на которых были разложены кучами детали. Все рабочие разбрелись по своим местам. Только Фрэнк остался стоять без дела.
-- Жди здесь, -- буркнул Дональд.
Через пару минут рядом с Фрэнком оказался пожилой мужчина в очках в чёрной, пластиковой оправе.
-- Пошли, Фолькленд, я тебе покажу, что ты будешь делать, -- произнёс он тихо.
Они прошли в угол, где стоял стол с разложенными промасленными деталями.
-- Я мастер цеха, зовут меня Томас Беннет. Если что не будет получаться, будешь у меня спрашивать. Понимаю, трудно тебе придётся поначалу, -- вздохнул он. -- Привыкнешь, надеюсь. Ты парень молодой. Освоишь. Вот смотри, этот узел попроще, чем в первый раз я показывал. Попробуй собрать его, ну хотя бы минут за пять что ли.
Он медленно начал складывать детали, одну за другой, брал медленно то одну отвёртку, то другую, показывая, для какого винта она нужна. Потом повторил чуть быстрее. На пятый раз Фрэнк начал терять терпение.
-- Ну, попробуй, -- предложил Беннет мягко. -- Не торопись, не сразу получится.
Фрэнк бросил на него снисходительный взгляд, его пальцы ловко засновали в кучке деталей и через пару секунд он выложил готовый узел перед Томасом. Тот сдавлено пробормотал:
-- Ты кем раньше работал?
-- Автомехаником, -- ответил Фрэнк коротко, расслабленно откидываясь на спинку стула.
-- Саммерс говорил, ты -- инженер-конструктор. Это, правда, может?
Фрэнк промолчал, только пристально вглядывался в лицо собеседника, наклонив чуть набок голову, словно изучая.
-- Ладно, если я тебе посложней работу дам. Не будешь возражать? -- поинтересовался через паузу Беннет. -- Ты постарайся не нарываться. Тогда проще тебе будет. Ты, я вижу, сильно гордый. Но раз сюда попал, уже деться тебе некуда. Такая уж, понимаешь, загогулина.
Беннет провёл Фрэнка к полусобранному агрегату и спросил:
-- Знаешь, что это такое?
Фрэнк лишь презрительно усмехнулся.
-- Ну, отлично. Попробуй собрать, а узлы тебе будут другие подвозить. Чем больше сделаешь...
-- Тем что? Больше зарплату получу? -- поинтересовался с издёвкой Фрэнк. -- И в чем у вас тут платят? В баксах или евро? Или может золотом? Я как-то не совсем понял. Или я выбрать могу? Я бы тогда золото выбрал. Всемирный эквивалент денег. Где угодно принимают, в любой точке мира.
Беннет удивлено воззрился на него, поморгал глазами. Потом коротко рассмеялся, хотя это звучало совсем невесело.
-- Ладно, -- похлопав его по плечу, проронил он и ушёл, опустив голову.
Потянулись серые будни. Каждое утро -- вой сирены, одна и та же каменная коробка с грязными стенами, с агрегатом и узлами, которые подвозили Фрэнку на тележке. Нельзя сказать, что работа кипела. Кто-то работал быстрей, кто-то более медленно. Между тем, как ему подвозили собранные узлы, проходило много времени. В конце концов, это до смерти надоело.
Пытливый ум требовал пищи больше, чем голодный желудок. Чтобы хоть как-то отвлечься от пустоты бытия, Фрэнк начал замерять, сколько в среднем нужно каждому сборщику на узел, который потом подвезут ему, и сколько пройдёт времени, когда будет готов следующий. Быстро подсчитал в уме время. Довольно усмехнувшись выводам, уселся на подножку ещё не собранного агрегата и сложил руки на груди.
-- Ты, сука, чего расселся?! -- услышал он злобный вопль охранника. -- Работай давай! Или сейчас по рёбрам получишь!
Фрэнк слез с подножки, мгновенно установил уже готовые узлы в агрегат. И вновь демонстративно уселся перед носом разъярённого орангутанга.
-- Все. Я все собрал. Понял? -- сузив зло глаза, выпалил Фрэнк.
Верзила задохнулся от злобы, но оглядевшись, понял, что Фрэнк прав. Тележка с готовыми узлами была пуста.
-- Ну, ты, это самое... -- Фрэнк будто услышал, как скрипят шестерёнки в мозгах детины, который никак не мог решить проблему -- бить или не бить строптивого работника.
Он постоял пару минут, тяжело дыша. Резко развернулся, куда-то ушёл.
-- Ты уже все сделал? -- услышал Фрэнк растерянный голос Беннета. -- Когда же ты успел?
-- Ну, у вас тут и организация производства. Какой-то прямо пещерный век, -- проворчал нахально Фрэнк. -- Вы б хоть конвейер что ли ввели.
-- Конвейер? А это как? -- поинтересовался Беннет. В его голосе Фрэнк услышал явные отзвуки уважения.
-- Очень просто. Поставить ленту, чтобы она передвигалась, к другому сборщику, как только часть узла собрана. Производительность труда увеличивается раз в пять. Может больше. У Форда на заводах машина собиралась за 93 минуты, а на других -- два-три дня.