Сказка о подменыше

Фэйри, сидевшая по-турецки прямо на полу сего храма мудрости, отложила в сторону очередной свиток и обернулась. Судя по всему, уже свыкшийся со «стеклянностью» башни Инис Гвид-Ринн Киэнн сейчас поднимался по лестнице, ведущей из зала в библиотеку. Дверь действительно распахнулась, явив его довольную рожу:

– Этт, с нижнего этажа на тебя открывается такой восхитительный вид, что не будь Шони мак Грайн пьян так, как он пьян сейчас – я уверен, что число твоих посетителей увеличилось бы по меньшей мере на одного!

Фэйри закрыла лицо ладонью:

– Киэнн, сколько тебе лет?

– Эээммм, – несколько смущенно протянул эльфийский король, – много, но знаешь...

– Не верится, – отрезала Фэйри, снисходительно улыбаясь. – Ведешь себя как мальчишка!

Киэнн прикрыл дверь, небрежно прислонился к «стеклянной» стене, пожал плечами, по-прежнему поглядывая на нее с некой странной смесью лукавства и смущения:

– Ну, я же все-таки полуэльф... и потом, видимо, Нэмайна была в некоторой степени права... и когда заняться мне нечем – а заняться мне в данный момент исключительно нечем...

– Кстати, о Нэмайне, – вновь оборвала его Фэйри. Она решительным движением смела в сторону разбросанные вокруг свитки манускриптов и кивком пригласила короля присесть: – Не хочешь посвятить меня в ваш с нею «заговор»?

Киэнн как-то сдавленно застонал и, утратив игривую самоуверенность, сполз вниз по стене, опустившись на корточки:

– Черт, нет!

Пока Фэйри озадаченно смотрела на него, подыскивая нужный вопрос, он точно переступил какую-то внутреннюю преграду и продолжил:

– Забудь! Я не имею права. Она – моя дочь.

Фэйри скривилась:

 – Слушай, не начинай! Или с тобой вдруг случился приступ отцовской любви?

Киэнн глянул на нее с откровенным упреком:

– Издеваешься? – Ты смогла бы любить топор палача, занесенный над твоей головой? Нет, Этти, у Дэ Данаанов это чувство ампутировано напрочь.  Дело не в этом... В общем, это была исключительно дурная идея. К счастью, теперь она неосуществима.

– Что такое? – она наградила его насмешливым взглядом. – Ты уже не хочешь вернуть себе заветную королевскую власть над всем Маг Мэллом и вздорными девицами, вроде меня? Или же ты просто боишься?

Киэнн равнодушно кивнул:

– Скорей второе. Да, готов признать себя трусом, если пожелаешь.

Фэйри прикусила губу, недоверчиво прищурившись:

– Что-то не верится. Ты вернулся в Маг Мэлл, хотя и знал, что идешь навстречу верной смерти. Вышел живым из костяной темницы. Рискуя собственной шкурой, вырвал нас троих из лап своей милой дочурки. Прогулялся со мной по миру мертвых и вошел в логово заклятого врага. И что же, после всего этого, могло тебя испугать?

Киэнн криво усмехнулся:

– По-моему, ты сильно преувеличиваешь мою роль во всех перечисленных событиях. Но…

Он еще на какое-то время замолчал, потом, похоже, решился:

– Что ж, я расскажу тебя.

И вновь притих, точно соображая, с чего начать. Судя по всему, так и было, ибо начал он довольно сбивчиво и непоследовательно:

– Тебе никогда не приходило в голову, что правление Дэ Данаанов висит на волоске?

– На волоске из некой чудовищной стали? – довольно холодно сыронизировала она.

Он кивнул и вновь как-то бессистемно перескочил:

– Глейп-ниэр – это не Кольцо Всевластья, детка. Его нельзя потерять, выбросить или уничтожить. Пока он при тебе – ты сам точно прикован к нему. Ты его пленник. До тех пор, пока кто-то другой не согласится принять его из твоих рук.

– Боже, какая жертва! Прямо весло паромщика из сказки про…– не сдержала было ехидства Фэйри, но тут же осеклась, увидев, что лицо короля исказилось гримасой неподдельной боли.

– Помолчи, Эйтлинн! – почти простонал он. – Я все тебе расскажу. И почти наверняка поплачусь за излишнюю откровенность. Ну да черт с ним...

Он опять сделал паузу, собираясь с мыслями:

– Так вот, фишка в том, что при смене владельца Глейп-ниэра добровольное согласие его прежнего хозяина не так уж необходимо. Важна только воля и согласие того, кто принимает этот дар. Конечно, владелец может воспротивиться таковому изъятию – о, еще как может! в конце концов в руках у него огромная сила! – если бы не одно «но»... – он опять покосился на нее с шаловливой веселостью: – Ты же, наверняка, в курсе, что такое «сингл-таргет»?

Фэйри опешила, пытаясь сообразить разыгрывает он ее как обычно или спрашивает всерьез.

- Нуууу, – нетерпеливо протянул он. – Не может быть, чтобы ты ни разу не играла хоть в какие-нибудь РПГ-шки!

Фэйри изумленно качнула головой:

– А ты многому выучился за девять лет! Иногда я даже опять перестаю верить, что ты не вырос среди людей!

Киэнн иронично усмехнулся:

– Я способный. Обучаюсь мгновенно. Особенно всему вздорному и бесполезному.

Фэйри на мгновение сосредоточилась:

– Ты хочешь сказать, что у этой твоей игрушки нет способности массового поражения?

– Я знал, что ты – геймер! – подмигнул он, сложив пальцы в виде пистолета, направленного в нее. Потом вновь посерьезнел: – Да, и в этом ее слабость. Ее владелец должен очень быстро переключать свое внимание, и, если количество одновременных целей превысит способности его мозга... – Киэнн цокнул языком, –  он беспомощен.

– Это и есть твой страшный секрет? – Фэйри кусала губу.

– Да нет, это, вроде, все знают! – развел руками он и посмотрел на нее внимательней. – Ты наверняка хочешь спросить, почему же тогда до сих пор никто не воспользовался этим, не поднял восстание и не скинул династию Дэ Данаан с престола? (Кстати, это, практически, именно то, чего хотела от меня Нэмайна).

Он ждал ответа. Фэйри сглотнула и несмело предположила:

– Глейп-ниэр слушает только вас?

Киэнн удовлетворенно кивнул:

– А любого другого – убивает. – Так здесь все считают.

Он с нажимом подчеркнул последнее слово.

– Боже! – Фэйри скривилась. – Очередная чудовищная ложь?

Теперь губы кусал он, глаза блуждали по углам:

– Она самая, – казалось, ему хочется оборвать этот диалог на полуслове и сбежать. – Глейп-ниэр повинуется любому. И убивает... любого, – он точно перевел дыхание и закончил: – Нас тоже. Только медленно.

Он отвернулся, продолжая чувствовать на себе ее взгляд. Потом не выдержал:

– Вот только не смотри на меня такими отвратительно-сочувствующими глазами! Или я тебя ударю!

Фэйри вспыхнула:

– Предпочитаешь, чтобы тебя ненавидели?

– Да, – на этот раз его тон был спокоен, точно это было само собой разумеющимся. Она же сорвалась:

– Проклятое отродье Дэ Данаан!

– И не обидно ни капельки, – он парировал почти с гордостью.

– Но почему, Киэнн? Почему?.. – Фэйри чуть не ревела.

– Почему – что? – он был явно раздражен.

– Я не знаю... Зачем он вам вообще? Почему нельзя избавиться от него? Или это тоже как наркотик?

– Да, есть такое дело... – мрачно хмыкнул король Маг Мэлла. – Но загвоздка еще и в другом... Если Глейп-ниэр лишится владельца прежде, чем тот успеет передать его другому...

Она дернулась, заранее боясь ответа:

– И что тогда?

Он насмешливо развел руками:

– Рагнарёк10? – и каким-то вполне обыденным тоном продолжил, читая недоверие в ее взгляде. – Ну, вроде бы, не совсем конец мира и великая битва богов, просто смерть, предназначенная владельцу Глейп-ниэра точно срывается с цепи и начинает косить всех подряд, тысячами, десятками тысяч. Для нас это – астрономические числа, поверь. Ну вот, по слухам, после такого вот Великого Мора (кажется, уже не первого) Глейп-ниэр и попал в руки первого Дэ Данаана. А что было до того – уже, наверное, мало кто не помнит. Я так точно не знаю.

– Но почему вы тогда все это скрываете? И отвираетесь байками о своей исключительности? – ее трясло.

– Ха. Ха. Ха. – холодно отчеканил он в ответ.

– Что угодно, только бы не чувствовать себя добровольной жертвой?

– Вроде того, детка, – в его голосе по-прежнему звенел металл. – Дело народа – повиноваться, а не жалеть своего правителя. Здесь это не в чести. И распятым – не молятся.