Страница 158 из 163
— Значит, уже тогда, когда мы варили зелье… — неуверенно проговорил я, нарушив тишину.
— Получается, что да, только я даже не догадывалась о чувствах к тебе. Хотя нет, наверное, я просто игнорировала их, — сказала она.
— Но как любовь может быть ингредиентом зелья? Это все-таки нематериальное понятие.
— Не знаю, — пожала она плечами. — Возможно, важен какой-то из гормонов, который вырабатывается в организме человека в момент влюбленности. В средние века вряд ли мыслили такими категориями, вот и получилось, что у них среди компонентов есть просто любовь.
— Я даже не задумывался о таком. Ты столько всего знаешь. Как о магии, так и магловских технологиях и открытиях.
— Просто мне это все интересно. Я поделюсь с тобой информацией, если захочешь.
— Обязательно, — улыбнулся я. Мне сейчас было так легко и спокойно. — Гермиона, потанцуем?
— Что? — удивилась она.
— Я думал, что уже никогда не узнаю, что значит танцевать. Пожалуйста! — я поднялся с места и протянул ей руку, и она вложила свою ладошку в мою.
Странный это был танец: около озера, без музыки, с тростью в левой руке, но мы медленно кружились под свою собственную, только нам ведомую музыку. И это было здорово.
— Получается, что твоя любовь меня исцелила, — сказал я, остановившись.
— Общая, — покачала она головой. — Правда, ты сопротивлялся. Как вспомню ту жуткую неделю, когда ты был без сознания…
— Я уже просил прощения, — нахмурился я. — Обещаю больше так не делать.
— Договорились, — ответила Гермиона с улыбкой. — Нам, наверное, пора возвращаться в замок.
— Пожалуй, — я вздохнул. — Завтра последний день в Хогвартсе.
— Какие планы на послезавтра и последующие дни? — спросила она. Я взял ее за руку, и мы не спеша направились в сторону замка. Пока нас скрывали деревья, можно было спокойно держаться за руки, не боясь, что кто-то нас заметит.
— Не знаю. На экзамене по зельеварению я понял, что хочу заниматься зельями. Это то, что мне действительно интересно. Только я не знаю, как реализоваться. А твои планы? Теперь тебе не надо уезжать в Швецию.
— Я останусь преподавать в Хогвартсе. Но я все равно поступлю в Академию зельеваров. Пусть в следующем году, но это обязательно произойдет, — в ее голосе слышалось столько упрямства, что я усмехнулся. — А может быть, — сказала она после небольшой паузы, — ты тоже попробуешь поступать туда? Будем учиться вместе.
— Ты забываешь одну маленькую деталь: нам нужно будет создать зелье или что-то вроде того, а это не так просто.
— Ну и что? Один раз мы уже попробовали и были почти у цели. Попробуем еще раз, хочешь? Может, нам попытаться создать зелье для твоего отца, колдомедики же утверждали, что небольшие улучшения возможны при надлежащем лечении. Займемся этим вопросом и попробуем что-то придумать! — увлеченно проговорила она.
— Не знаю, — с сомнением протянул я.
— Поверь в себя! — сказала Гермиона, остановившись, и посмотрела мне в глаза.
— Постараюсь, — ответил я, слегка смутившись под ее пристальным взглядом.
— Так, значит, с ближайшими планами ты теперь определился?
— Да, я буду рядом с тобой, — прошептал я и снова поцеловал ее в мягкие губы.
========== Эпилог: Важный день ==========
Нам любовь подарила счастье.
И с собой я окончил бой.
Поцелую твое запястье:
Слышишь, милая, я с тобой.
Если вдруг нас судьба попросит
Зашагать по тропе другой,
Мы ответим на все вопросы,
И беду обойдем дугой.
Мы пройдем через все преграды,
Пережить сможем шторм любой,
Только верь, что всегда я рядом,
Только помни, что я с тобой.
Я открыл глаза и сонно потянулся, уставившись в знакомый до малейшего завитка изящно расписанного узора потолок. Солнце светило в окна, пробиваясь сквозь размашистые ветви деревьев. Пора было вставать, и я подхватился, заранее предвкушая, какой сегодня будет особый день.
Наспех одевшись, я поспешил вниз завтракать. Осторожно, но быстро ступая по ступенькам, я вспоминал, как мечтал, что буду ходить без боли, и лестницы перестанут быть для меня кошмарным препятствием. Теперь эта мечта стала реальностью.
— Доброе утро, мама, — поздоровался я, войдя в столовую.
Мама сегодня выглядела гораздо моложе, чем обычно. Светлая мантия была ей к лицу, а блеск в глазах говорил о том, что она немного, по-хорошему нервничает.
— Как спалось? — спросила она.
— Хорошо. Ты переживаешь?
— Слегка, — улыбнулась она. — Не каждый день такое событие случается. Ты бы на моем месте тоже волновался.
— Я и на своем не особо спокоен, — пожал я плечами. — Гермиона должна приехать через полчаса.
— Время еще есть. Пойду, пожалуй, срежу для нее три красивые розы из оранжереи, — она поднялась и поспешила к выходу.
— Мама, не стоит, — я закатил глаза. — Уверен, Гермиона больше обрадуется, если ты отведешь ее туда и дашь полюбоваться живыми цветами.
— Да? — серьезно спросила мама, нахмурив брови. — Ладно, тебе виднее, сынок.
Я наспех выпил чашку чая, подумав о том, что не отказался бы сейчас и от любимого кофе Гермионы, и вышел на улицу, решив, что немного прогуляюсь перед встречей. Пройдясь по саду, который так и не удалось привести в былой порядок, я уселся на старую скамью и, прикрыв глаза, вслушивался в шум листьев, которые еще крепко держались на ветвях деревьев, однако уже кое-где начали менять свой цвет с зеленого на золотой и багровый.
Гермиона появилась перед воротами Малфой-мэнора ровно в назначенное время. Увидев ее, такую невероятно красивую в синем магловском платье, я поднялся и поспешил навстречу, улыбаясь, как последний идиот.
— Здравствуй, Драко, — она крепко прижалась ко мне и подарила быстрый поцелуй, от которого уже привычно сердце забилось в ускоренном ритме.
— Ты прекрасна, — улыбаясь, заявил я.
— Спасибо, — она смутилась, словно я впервые говорил ей такие слова.
— Идем?
— Да, — вздохнула она, посерьезнев.
Это был первый визит Гермионы в Малфой-мэнор со времен войны. Сколько раз я ни приглашал ее, она всегда отказывалась приходить, и я понимал ее. Но сегодня она решилась, и для меня это было просто настоящим подарком.
Пока мы шли к дому, Гермиона, не умолкая, рассказывала мне обо всех цветах, растущих по бокам от дорожки, которые мы встречали по пути, словно это она их сажала и выращивала здесь. Я подумал про себя, что им с мамой точно будет о чем поговорить.
Около входа мы остановились, и я снова бережно обнял ее, чтобы поддержать, передать ей всю свою силу и тепло.
В гостиной нас уже ждала мама. Гермиона с силой сжала мою руку и стремительно зашла в помещение.
— Миссис Малфой, я рада вас видеть, — сказала она искренне.
— И я вас, мисс Грейнджер, — улыбнулась мама.
— Можно просто Гермиона, — сказала она и посмотрела на меня.
— Хорошо, — кивнула мама, снова улыбнувшись, и продолжила: — Сейчас Тинки нам принесет чай, а потом предлагаю пройти в нашу оранжерею, Драко уверял, что вам понравятся цветы, которые я выращиваю.
— Я уже заметила те, что растут вдоль дорожки к дому, они прекрасны.
— Тогда я уверена, что вы должны посетить и оранжерею, поверьте, там у меня растут самые красивые растения.
— Только не забывайте, что через час нам нужно выезжать в Лондон, — с усмешкой напомнил я.
— Разумеется, — кивнула мама.
— Как мистер Малфой? — поинтересовалась Гермиона.
— Сегодня сами увидите, — немного печально улыбнулась мама. — Вы с Драко сотворили просто настоящее чудо. Я не знаю даже, как вас отблагодарить.
— Что вы, миссис Малфой, — ответила Гермиона смущенно, — я бы хотела сделать гораздо больше, но, увы, это не в моих силах.
— Ничего, вы и так сделали то, о чем я вообще боялась даже мечтать.
Они еще много говорили, а я в основном молчал, с радостью наблюдая за их ненавязчивой легкой беседой.
*
Спустя полтора часа на Ночном Рыцаре мы прибыли Лондон к больнице Святого Мунго. Я уже нормально переносил почти любые нагрузки на ноги и спину, но вот аппарация для меня все равно оставалась очень неприятной, так что я старался обходиться без нее.