Страница 179 из 202
– Да,– улыбка Дафны стала загадочной.– Теперь ты– моя девочка. Моя маленькая сладенькая девочка, готовая поласкать меня, когда мне угодно. Взамен я буду нежной ласковой с тобой, буду заботиться о тебе… ты ведь этого так страстно хочешь? Чтобы о тебе заботились…
– Да,– Гермиона покраснела пуще прежнего.– Я твоя девочка. Только можно это… не афишировать?
– Можно, но только зачем?– удивилась Дафна.– Гарри итак знает, что мы вчера отлично потрахались, и он явно не против…
– Гарри… знает?– Гермиона спрятала лицо на груди Дафны.– О боже, что же теперь делать…
– Ничего,– Дафна поцеловала темя Гермионы.– У тебя такие приятные волосы… жаль, что я не могу убедить Гарри носить длинные волосы, вечно стрижется…
Несколько минут Дафна тихонько баюкала Гермиону, шепча ей разные глупости и время от времени целуя, куда попадет. А Гермиона тихо льнула к ней, чувствуя себя… непонятно. Непонятно, но хорошо.
– Девочки, просыпайтесь уже,– донесся из-за двери голос Гарри. Гермиона пискнула, натягивая на себя и Дафну одеяло.
– Гермиона, тебе письмо от Виктора.
Эта реплика подействовала на Гермиону двояко. С одной стороны девочка обрадовалась, что ее парень ей написал, а с другой стороны… она теперь не знала, что делать. Она изменила Виктору с девушкой, и как теперь ей смотреть ему в глаза?
– Просто сходи с ним на свидание, и там разберетесь,– промурлыкала Дафна ей в ушко и скользнула шаловливым язычком по чувствительному месту за ним, заставив Миону затрепетать.
К десяти часам Гермиона наконец выбралась из постели и предстала пред очи брата. Девочка отчаянно краснела, опустив глаза в пол, и пыталась скрыть засосы, оставленные Дафной.
– Значит, вчера ты спала с моей невестой,– не спросил, а утвердил Гарри.– Ладно, я не против.
– Правда?– обрадовалась Гермиона и тут же испугалась: она обрадовалась тому, что Гарри не против, что она… не значит ли это, что она…
– Именно,– улыбнулся Гарри.– Добро пожаловать в женский гарем Дафны. Только не беспокойся, рано или поздно ты бы там все равно оказалась. Тебя твой ненаглядный приглашает на свидание.
– Откуда ты знаешь?– Гермиона мертвой хваткой вцепилась в конверт и обнаружила, что он закрыт и запечатан.
– Догадываюсь,– улыбнулся ей брат. Гермиона с удивлением отметила, что эта улыбка получилось какой-то… не такой. Она не поняла, что изменилось, но Гарри обычно улыбается чуть по-другому. А потом ее глаза пробежали по долгожданным строчкам, и все мысли плавно улетели из головы девушки. А потом Миона взвизгнула и полетела готовиться к свиданию, назначенному сегодня в шесть в Лондоне. Отпустит ли ее брат? Что за глупый вопрос.
В шесть десять Гермиона в сопровождении Миднайта появилась в уютном ресторанчике напротив Тауэра. Виктор тут же поднялся и преподнес ей букет алых роз чуть поменьше Гермионы. Девочка тут же растаяла, и Виктор получил поцелуй. Миднайт хмыкнул и растворился в Тенях, оставляя парочку наедине, а Виктор проводил Гермиону в вип-комнату.
В уютной комнатке царил полумрак. На столе горели свечи, в свете которых вино в бокалах играло завораживающими бликами, а рядом с бокалами расположилась ваза с фруктами.
– Присаживайся,– улыбнулся Виктор, доставая палочку. Гермиона села и приготовилась к сюрпризу, предвкушая то, что может сделать ее любимый человек. И получила сюрприз неожиданный, и…
– Петрификус Тоталус! Силенцио! Инкарцеро!
Весьма неприятный. Девушку парализовало, связало и обеззвучило весьма надежно, бросая ее на пол. Гермиона больно ударилась головой, а в мозгу билась одна-единственная мысль: «Почему?»
Плечо отозвалось болью на грубый пинок, перевернувший Гермиону на спину, а от взгляда Виктора ее сердце просто разорвалось на части, перемалываемое раскаленными тупыми зубами. Холодный, жестокий, безразличный взгляд. Хлопнула дверь, и судя по звуку шагов, вошли трое.
– Ты взял ее?– говорили по-болгарски, но Гермиона отлично понимает этот язык.
– Да,– ответил Виктор.– Гермиона Лили Поттер, драгоценная девочка этого недомерка-лорда. Я уже трахал эту шлюшку много раз, так что делайте с ней все, что хотите, не забудьте только накачать, чтобы не сопротивлялась.
– Хм,– над Гермионой нависли трое мужчин неопределенной наружности. Один из них был белым, двое других– мулаты. Эти мулаты оторвали ее от пола и начали внаглую лапать. По щекам покатились запоздалые слезы обиды, боли и унижения. «За что, Виктор?»– хотела крикнуть Гермиона, но не могла. Ее тошнило от отвращения, что ее тело мнут жесткие грубые ладони, но даже освободить желудок на дорогие смокинги и хоть так насолить похитителям не получалось. Только и оставалось, что тихо рыдать от боли и унижения.
– Ты так говоришь о высокородной девочке?– удивился белый.– Она не похожа на шлюху.
– Но тем не менее она шлюха, высокородная эта мразь или нет,– пренебрежительно отозвался Крам.– Что там с моим гонораром?
– Все переведено на счет. Орден Гессен не забудет твоей услуги,– усмехнулся белый. Виктор самодовольно улыбнулся и вдруг напрягся. Белый взглянул на него, замирая на месте. Неужели этот сопляк, готовый топтать ногами ту, которую минуту назад целовал, что-то замышляет? Ему не нравятся такие люди, но порой приходится прибегать к услугам подобным Виктору мразей и отбросов. Ну ничего, этот ублюдок, посмевший предать ту, кто его полюбила, не доживет до завтрашнего дня.
– Готовьте портал,– проговорил Виктор.– Быстрее.
– Спокойнее, это пространство отрезано от внешнего мира,– усмехнулся белый.– Ее никто не услышит и не почувствует…
«Гарри, помоги!!!»– мысленно закричала Гермиона, вкладывая все силы в этот отчаянный, полный боли и надежды зов.
– Отрезано от внешнего мира?– тихий голос брата раздался за ней, приблизительно за спинами всех четверых мужчин, и заставил сердце девочки радостно забиться. Брат здесь, она спасена, все будет хорошо.– Верно. Никто не услышит и не почувствует? Вот это сомнительно.
Мулаты швырнули ее в руки белому, тут же прижавшему кинжал к нежной коже, и бросились на Гарри. Ее брат слегка усмехнулся, и похитители просто упали, корчась и царапая пальцами грудь. Виктор выбросил в брата смертельное проклятие. Гермиона не могла зажмуриться, не могла отвести взгляда. Она видела, как изумрудная молния касается одежды Гарри и пронзает… пустоту. А Виктор страшно закричал, подхватывая левой рукой правую, выглядящую так, словно ее раз пять завернули вокруг своей оси с невероятной скоростью, от которой кости предплечья расщепились и разошлись во все стороны, уродуя плоть и непоправимо калеча Виктора. Удар коленом в подбородок, и голова Виктора с противным хрустом отошла назад, глаза закатились, а тяжелое тело мешком рухнуло на пол.
– Только дернись, и я…– начал белый. Гарри исчез на середине фразы, а Гермиона услышала невнятный хрип, и начала валиться на пол, а сверху на нее давило невероятно тяжелое тело, обещая неприятную стыковку с полом. Но она не упала, ее подхватили такие нежные, бережные и ласковые руки брата. Краем глаза девочка увидела появившихся в вип-комнате вампиров, деловито пакующих четырех волшебников и отбывающих в Поттер-мэнор.
– Прости, милая,– шептал Гарри, срывая с нее все три заклятия. Гермиона всхлипнула и разрыдалась в голос, прижимаясь к нему всем телом.
– Прости, малыш,– шептал Гарри.– Это я виноват… я виноват в том, что тебе сделали больно, прости меня, прошу тебя…
– Гарри, я так перепугалась,– шептала Гермиона.– Я его люблю, а он… Гарри, за что?
– Милая моя девочка,– шептал Гарри, и от этого голоса, этого ласкового бережного тона, этих рук, прижимающих ее к груди, как хрупкое и дорогое сокровище, Гермионе сразу стало тепло и уютно. Истерика быстро сходила на нет, оставались лишь страшные воспоминания и рвущееся на части от боли сердце.
– Я тебя никому не отдам,– Гарри зарылся лицом в встрепанные волосы Гермионы.– Никому-никому. Обещаю…
– Гарри…– Гермиона обняла его.– Ты ведь знал, что так будет?
Гарри тяжело вздохнул. Не раз и не два ему говорили, что он окружает себя слишком умными девушками.