Страница 2 из 10
- Конечно. Случай весьма необычен, - замялся Печёнкин. - Одна из клиенток получила повреждения ммм... внутренних органов.
- Ах, вот вы про что... - улыбнулся Кицум, понимая, о чем идет речь. - Мы не имеем права обыскивать наших гостей. Порой они тайно проносят в капсулы кустарные или не сертифицированные приспособления. Они могут добавить особые ощущения, даже если куплен самый дешевый билет. Это как прийти в дорогой ресторан со своим коньяком. Если гость им отравится, то виноват ли бармен?
- Но вы несете ответственность, раз такие устройства можно подключить к интерфейсу!
- Если подходящий разъем, то подключить можно даже утюг. Обратитесь к производителю. Некоторые умудряются навредить себе даже вилкой. Но это не повод их запрещать! - горячо возразил Кицум. - К тому же, мы пускаем только совершеннолетних. Страховка и пятьдесят страниц персонального договора! Наши юристы знают свое дело.
- Значит, знают не всё, - поднял бровь статс-советник. - С апреля вступили в силу поправки в Закон Трансплантации...
- А при чем тут ваш чертов закон? - возмутился Кицум, презирая всех киборгов.
- Один из важных органов вашей клиентки не достиг совершеннолетия. А по этим поправкам официальный возраст отсчитывается по самому молодому...
- Да я помню эту дуру! - взорвался директор. - Вы бы видели, что за агрегат она с собой притащила!
- Я прекрасно всё понимаю, - согласно кивнул Печёнкин. - Но есть правила, регламент и социальная ответственность. Ваша, несомненно, щедрая компенсация эту женщину не устроила.
- Так у нее ведь еще есть и страховка!
- Нет. Это явно не страховой случай, - озабоченно покачал головой статс-советник. - Бедняжке смеялись в лицо. Она включила в исковое заявление еще и моральный вред на астрономическую сумму.
- Ладно. Раз вы пришли без ордера, значит, есть возможность замять дело, - тяжело вздохнул Кицум. - Сколько нам это будет стоить?
- Взятка при исполнении? - поиграл бровями Печёнкин. - Согласен! Но не деньгами.
- А чем же тогда?
- Билетами. На "Годзиллу". И обязательно на двух главных героев.
- Но всё же занято! Если даже устроить вам внеплановый персональный сеанс, то где взять остальных? Фильм ровно на тридцать пять человек. Я не могу набрать людей в обход очереди! - сжал кулаки Кицум.
- Не беспокойтесь, нам хватит и финальной сцены, - заверил его статс-советник. - Там где он, она и чудовище. Триумф заслуженной победы, поцелуй на фоне ванильного неба и всё такое...
- Ах вот как... - задумчиво потер подбородок директор. - И какой же билет вы возьмете?
- "Осознанное сновидение", конечно же! У меня слабое сердце, знаете ли... На первый раз хватит и этого.
- Ну, тогда всё в порядке, - пожал плечами Кицум, отметив про себя его последнюю фразу. Они просто так не отвяжутся. Эти кровосососы наверняка собрались его шантажировать. - Подпишите стандартный договор и заходите.
- Куда? - деловито спросила блондинка, поправляя прическу.
- Комнаты тринадцать и сорок пять. Надеюсь, у вас-то все органы совершеннолетние? - зловеще улыбнулся директор.
- Вполне! - подмигнув, подтвердил Печёнкин, обнимая ее за талию.
Кицум не смог не заметить, как брезгливо отстранилась она от "наставника". Седина в бороду, бес в ребро! А что ты хотела? Видимо карьера того стоила...
Внутренне закипая, директор отправился в личную комнату без номера, где проводил каждый сеанс. Там за шторкой пряталось "гнездо", как называл он свою персональную капсулу. На таинственно мерцавшей огнями панели висел красный стикер: "Годзилла".
2
- Вы хорошо поняли, в чем вас обвиняют? - медленно и четко произнес яркий свет. Из-за направленной в лицо лампы самого следователя Кицум не видел.
- Нет. Не понял... - признался директор, не в силах поверить в этот кошмар. Оперативники из "Надзора" вытащили его из "гнезда" прямо во время сеанса.
- Что конкретно вам непонятно? - холодно спросил голос.
- Ничего не понятно. Ваши инспекторы выбрались из капсул живыми и самостоятельно, - развел руками Кицум.
- Вырвав крепления и сломав защелки замков изнутри? На пластике глубокие царапины от ногтей! Вы представляете, как должен быть напуган человек, чтобы проделать подобное?
- Так иногда бывает. Подобные риски указаны в типовом договоре. Пятый раздел, пункт тринадцатый и сорок четвертый. Клиенты очень настаивали. Это был их выбор.
- Что именно они выбрали?
- Самый жесткий и дорогой вариант - "Забвение". Непревзойденная яркость ощущений, максимальный болевой порог. А ведь как я их отговаривал... - покачал головой Кицум, выражая искреннее сожаление. - В "Годзилле" очень натуралистичные сцены. Бедняги действительно верили, что там всё по-настоящему.
- Вы лжете! - реостат подкрутили, и свет стал ярче. - У следствия есть запись вашего последнего разговора. Статс-советник Печенкин ясно и четко попросил вас об "Осознанном сновидении". Кроме того, он упомянул о проблемах с сердцем.
- Но как... - Кицум зажмурил глаза. Казалось, безжалостный свет испепелял мозг и через веки.
- Один из глаз Агафоновой заменен имплантатом. Камера в нем записывала круглосуточно. Там нашлись очень любопытные съемки... - мерзко хихикнул следователь.
- Вы не имели права! Это приватная информация! - возмутился директор, понимая безвыходность ситуации. - Вы же сами сказали, что девушка лежит в психиатрической больнице и никаких показаний не дает?
- Вот поэтому мы и смогли извлечь эти файлы. Агафонова признана недееспособной. Скорее всего, она поправится. Но не ее психическая инвалидность ваша основная проблема. Статс-советник Печенкин умер в больнице от сердечного приступа. Записи доказывают, что вы могли вызвать его преднамеренно.
- Как? Залезть в Годзиллу самому? Она не моего размера! - нервно отшутился Кицум.
- Именно. Так вы и сделали! - ему сунули под нос красный стикер с капсулы.
- Я? Таких технологий не существует! - яростно запротестовал директор.
- Значит, существуют. И судья разрешил их исследовать. Этим сейчас занимается целая армия наших ученых, - злорадно ухмыльнулись за лампой. - Кое-что мы уже поняли. Вы гений, господин Кицум. Злой гений и псих.
- Спасибо за признание. Очень лестно, - скривился Кицум. - Только не думаю, что ваши яйцеголовые во всем разберутся...
- Вот поэтому, я с вами еще разговариваю, - неожиданно мягко произнес голос. - Знаете, "Непредумышленное убийство" легко заменить на более тяжкую статью. Но если будете сотрудничать, мы всё оставим как есть.
- Адвокат сказал, что по ней грозит пятнадцать лет тюрьмы. А за умышленное убийство тот же срок, но на каторге. Разница не такая большая, - хмыкнул Кицум.
- Поверьте, она хорошо чувствуется. Кроме того, мы добьемся, чтобы провели весь срок в стазисе. Несколько лет беспамятства лучше рабства на урановых рудниках. Думаю, наслышаны о том, что там происходит?
- Не было причин интересоваться... - буркнул директор, нервно барабаня по столу пальцами.
- Теперь они есть, - многозначительно заявил следователь и, наконец, выключил лампу.
Огненные всполохи всё еще плясали в глазах, но Кицум оценил его жест по достоинству. В комфортной полутьме думалось намного яснее.
- Заключенным там перерезают ахиллово сухожилие. Они гниют заживо и возят тележки с рудой на карачках. Вечная тьма, скудный паек и сексуальное насилие среди таких же отбросов. Вы ведь не хотите столь незавидной участи, верно? - зловеще рассмеялся следователь.
- Хорошо, что от меня надо? - сдался директор.
- Ключи шифрования. Полный доступ к документации. Мы устроим несколько встреч-консультаций с нашими инженерами, - с облегчением выдохнул тот. - Но для начала, хотелось бы кое-что уточнить.