Страница 41 из 43
Ловчий осторожно взял волшебный волос и согласно кивнул.
— Только на этот раз не ешь его, — Петер усмехнулся.
Львёнок хихикнул, а Ловчий сконфуженно отвёл взгляд:
— Не буду я его есть, от прошлого ещё изжога, — попытался отшутиться он.
— А потом, когда помиритесь, — Петер перевёл лукавый взгляд на львёнка Арчи, стоящего тут же рядом у штурвала, — отдай волос тёзке моего учителя!
Арчи польщёно улыбнулся, но тут же поспешил вновь напустить на себя серьёзный вид:
— Спасибо, дружище! — кивнул он, не замечая меж тем, что продолжает довольно улыбаться себе в усы.
Гондола медленно поднялась и устремилась за львами, Ловчий, оседлав своего колибри, двинулся в сторону долины тысячи туманов и ста одной радуги.
Придворные, король Год и Хранитель Судеб ещё долго махали руками им вслед с балкона, пока силуэты путешественников не скрылись в сверкающем небе над рождественским лесом. Петер и Фрост то и дело оборачивались, отвечая такими же взмахами ладоней, им было немного жаль покидать это удивительное и прекрасное место… Но ведь они смогут вернуться сюда на будущие Рождества!
* * *
Они летели через сияющее небо, а под ними разноцветными огнями вспыхивали ряды рождественских елей. Вскоре показалось то самое ледяное озеро, где ещё в самом начале путешествия снежинки танцевали свой странный и завораживающий танец.
— Так, а что же ты написал себе? — наконец, не сдержав любопытства, поинтересовался учитель Фрост.
— Я написал, что «он становится самим собой, а не лентяем и неучем», — хитро улыбаясь, отозвался Петер.
— Не хитри, хитрец! — воскликнул Фрост. — Это-то ладно, я говорю о конкретных вещах, тем более, что ты меня прекрасно понял. Я не первый раз бываю здесь, каждый, кто прилетал со мной, просил что-то конкретное. Вот, например, у одного моего студента была мечта иметь сына…
— Сбылась? — поспешил уточнить Петер.
— Не совсем, у него были только дочери…
Петер заулыбался. Он сразу подумал про свою маму и множество её сестёр, уже догадываясь, чем закончится эта история.
— Верно, — учитель Фрост многозначительно улыбнулся, — зато у него есть замечательный внук…
— Я почему-то так и подумал, — признался Петер.
— Ну, так как насчёт моего вопроса? — не хотел отступать учитель.
— Ну-у-у… — протянул Петер уклончиво. — Ничего такого особенного.
— Не темни! — Арчи Фрост был умным волшебником и, конечно же, не поверил своему протеже. — Признавайся, что выбрал?
— А разве вы не догадываетесь, мистер Фрост? — Петер расплылся в довольной улыбке и взглянул на учителя многозначительно.
— Молодец, ты хороший ученик! — учитель Фрост одобрительно покивал и похлопал Петера по плечу.
— Просто у меня очень хороший учитель! — в ответ произнёс Петер, который уже давно переменил отношение к строгому преподавателю Фросту. — Теперь я могу, как и мой дедушка, сказать, что у меня есть любимый учитель по имени Арчи Фрост!
Вскоре львы и золотистая гондола с таким же золотистым парусом добрались до того места на окраине замёрзшего озера, где в снегу стояла волшебная грифельная доска. Кораблик приземлился как раз возле неё. Петер крепко пожал львёнку лапу, и они было собрались разойтись, но вдруг, не сдержав и на этот раз «телячьих нежностей», крепко обнялись.
— Только не говори никому об этих нюнях, тёзка! — произнёс львёнок серьёзно и погрозил Фросту когтистым пальчиком. Тот согласно кивнул и разулыбался.
— Пока, Петер! Ещё непременно увидимся, прилетай! — сказал львёнок Арчи.
— Обязательно, дружище, прилечу непременно! — пообещал Петер.
— Пока, тёзка! — Фрост склонился, потрепал львёнка по гриве и легонько ущипнул за нос.
— Без фамильярностей! — возмутился Арчи, отряхивая нос от глупой шутки приятеля. — Пока, тёзка, прилетайте ещё!
— До встречи, друзья! — хором воскликнули Фрост и Петер, подходя к нарисованной двери.
Львы проурчали в ответ что-то напутственное и взмахнули крыльями, как бы поддавая попутного ветра. Фрост с Петером забрались в нарисованную дверь и закрыли её за собой при помощи длинной трости Фроста.
* * *
Когда дверь закрылась, её очертания, нарисованные словно инеем, вскоре тоже исчезли. В этот момент сверху раздалось жужжание, и рядом с львёнком на гладь ледяного озера приземлилась огромная розовая колибри с Ловчим на спине.
— Ну что, помирился? — уточнил львёнок.
— Да, — подтвердил Ловчий, протягивая крылатому гондольеру остаток голубого волоска, — правда, пришлось проявить чудеса галантности и даже опуститься на колено… Но единорожки на меня больше не в обиде.
— И как это ты успел слетать в долину и вернуться сюда так быстро? — львёнок недоверчиво прищурился. — Твоя же птичка летает как сонная муха!
— Это моя-то? — возмутился Ловчий. — Да мы с ней быстрее вас всех!
— Спорим? — обрадовался львёнок, запрыгивая в свою новую гондолу. — Кто первый до Воздушной Венеции и обратно — тот и самый быстрый, годится?
— По рукам! — Ловчий расплылся в радостной улыбке, и они с Арчи тотчас понеслись наперегонки.
Как всё-таки странно бывает, сколько времени Ловчий пытался уничтожить тех, кто в конце концов вернул ему собственное я и подлинную радость жизни!
Сапфир проводил гонщиков философским взором и повернулся к Розе, в ответ львица только пожала плечами, затем и они вспорхнули ввысь и унеслись в сторону волшебных долин…
* * *
Тем временем Ян и директор Паркер вновь встретились возле двери кабинета номер семьдесят семь. Сойдясь, они оба только руками развели. Сие означало, что никому из них найти странную парочку не удалось. И вроде бы обошли весь университет… Не могли же они прошмыгнуть незамеченными! На всякий случай Паркер снова заглянул в приоткрытую дверь лекционной аудитории номер семьдесят семь и тщательным образом ещё раз оглядел весь кабинет. Взгляд директора вдруг упал на размалёванную мелом доску.
— И всё-таки они где-то здесь, раз мистер Фрост не вытер доску, — заключил директор, назидательно поднимая вверх указательный палец.
— А что на ней нарисовано? — Ян склонил голову набок и приподнял одну бровь, силясь понять, что же там накалякал этот странный субъект Фрост.
— Вроде, дверь! — сам удивился своей же догадке Паркер. — Зачем им дверь рисовать, или это очередная аллегория Фроста? Он мастер на такие штучки, бритва Оккама, единство и борьба противоположностей, софизмы там всякие…
— Ну в самом деле, не вышли же они в эту дверь! — засмеялся Ян.
— Скажу уборщику, чтобы стёр это, — произнёс директор деловито, прикрывая дверь в кабинет, — доска должна быть чистой к началу каждого занятия!
Тут из-за двери вспыхнул яркий свет, но ни Ян, ни Паркер этого не заметили.
— А я пойду в раздевалку, может быть, они там, — предложил Ян.
И только они уже собирались разойтись, как дверь в лекционную аудиторию распахнулась, и на пороге показались Петер и Арчи Фрост. Одежда их была запорошена свежим снежком, а изо рта шёл пар, словно бы они только что зашли с морозной улицы, а не вышли из уютного и весьма тёплого кабинета.
Ян с Паркером остановились и с изумлением, читаемым на лицах, обернулись к ним. Лица же Петера и Фроста выражали некое недоумение и замешательство, как будто бы их застукали за каким-то очень секретным занятием. Несколько секунд они молча смотрели попеременно друг на друга, пока стук каблуков в конце коридора не заставил их обернуться к дверям: у входа в Университет показалась фигура проверяющего инспектора министерства образования по фамилии Дрейк.
Дрейк быстро преодолел недлинное расстояние коридора и, приблизившись к Паркеру, раскрыл рот, собираясь что-то сказать, лицо его выглядело свирепо и раздражённо. Петер лукаво улыбнулся и подбоченился, ожидая продолжения. Вдруг лицо Дрейка переменилось: он смущённо отвёл взгляд и заговорил как-то неуверенно и даже немножко робко: