Страница 33 из 44
Юноша не заставил дракона долго ждать: быстро схватив свои пожитки, Эзраэль уселся на спину дракона, и наши отважные герои, оставив позади уютное место привала, снова отправились в путь, летя навстречу пробудившейся от крепкого дневного сна спутнице Луны. И снова понеслись вереницы минут и часов по неумолимому отрезку временного пространства, и снова под нашими героями замелькали перистые караваны облаков, в чьих пушистых жилах текли холодные струйки дождевой воды. Под ними мелькали реки, равнины, огромные стаи валунов и скал, недвижимо пялившихся своими незримыми обычным смертным глазами на объятый пламенем сотен угольков-звезд небесный ковер. И вот, наконец, когда утренний свет колесницы Гелиоса стал еле-еле проливаться на живописные холмы и поля давно забытых земель, глазам наших героев открылся огромный горный пик, издали напоминавший скорее величественный город, нежели чудесное творение природы. У основания этого объятого мраком тайны места зияла огромная черная дыра, по всей видимости, являвшейся входом в Элберскую пещеру.
–Похоже, мы нашли то, что искали,—сказал дракон Эзраэлю, постепенно снижаясь.—Как думаешь—это действительно она?
–Вряд ли поблизости есть нечто похожее,—ответил его друг, всматриваясь в великолепные скалы-фасады нерушимого горного массива.—Думаю, мы на месте.
–Тогда снижаемся?—спросил дракон.
–Да, пожалуй,—ответил Эзраэль, приникнув к спине своего чешуйчатого друга.—Только прошу тебя, по-аккура-а-а-а!—из глотки нашего героя вырвался испуганный крик, как только его переполненные страхом руки ухватились за шею резко спикировавшего вниз, словно ястреб, дракона. Холодный поток ветра, который так и норовил сбросить ошарашенного наездника со спины, повинуясь воле Стрибога, всеми силами впивался своими жгучими морозными иглами в лицо отважного героя Эльдорасской битвы. Эзраэль был не в силах думать о чем-то другом—страх завладел им с головы до ног и отчаянно призывал прыгать вниз, чтобы поскорее избавиться от гнетущего кошмара. Но, к счастью, влияние мозга было куда более серьезным. Не прошло и нескольких минут, как наши герои, чуть задевая кончики зеленых трав, мягко спланировали прямо рядом с непроглядным входом в пещеру.
Из гнетущего темного безмолвия, вставшего на пути наших героев, веяло каким-то странным и пугающим холодом. Молчаливые фасады этого природного творения напоминали арки склепа, в котором много лет тому назад были захоронены непокорные творения Зевса, чтобы впредь никто и никогда не смел перечить могущественным владыкам мира. Неподалеку от этого места были хаотично разбросаны осколки горных пород, за которыми тянулись поросшие высокой ярко-зеленой травой следы-борозды. По всей вероятности, кто-то или что-то много лет тому назад оставил эти следы после великих сражений или отчаянных попыток борьбы за власть и вселенское могущество. Наши герои стояли, как вкопанные, не в силах оторвать глаз от пугающей тьмы, заполонившей эти отчужденные места. Тем не менее, дракон смог обуздать свой страх и, сложив свои могучие крылья, тихо сказал: "Пойдем!"—и с еле различимой неуверенностью пошел в вязкий мрак покрытого камнями-бородавками прохода. Не зная, где находится конец, дракон чувствовал, будто медленно идет в вечность, будто у этого пути нет конца, будто сам Аид, бог подземного царства, прибегнув к помощи Фобоса и Деймоса, решил поиграть с ними в веселую детскую забаву. Еще большее напряжение добавляла жуткая гробовая тишина—только изредка звуки капающей влаги эхом раздавались в покрытом мраком ночного неба огромном проходе. Чем дальше наши герои отдалялись от спасительного света, тем меньше и меньше лучей Гелиоса проникали в эти проклятые богами места. В этой обители ужаса господствовали две неразлучных спутницы Фобоса—тьма и тишина. Непроглядная тьма и ее верная сестрица плели в душах Эзраэля и дракона толстые нити страха, все сильнее и сильнее раскручивая маховики своих темных прялок.
–Послушай, дружище,—робко спросил Эзраэль,—ты что-нибудь видишь?
–Я вижу все,—ответил дракон, уверенно ступая на скалистую почву пещеры.—Держись за мой хвост.
–Хорошо,—пробормотал Эзраэль и, нащупав в темноте хвост своего чешуйчатого приятеля, мелкими шагами продолжил путь.—Скажешь, когда мы придем?
–А как же,—усмехнулся дракон.—Хотя, наверное, было бы намного проще оставить тебя здесь.
–Иди ты в Тартар, зубастая башка!—ответил на смех дракона раздраженный Эзраэль.—Мало того, что ничего не видно, так еще и шуток твоих не хватало.
–Я просто пытаюсь разрядить обстановку,—успокоил своего друга дракон, продолжая идти по узкому проходу.
–Как-то у тебя это не очень получается,—сказал Эзраэль.
–С тобой не поспоришь,—согласился дракон.—У Гилроя бы это… Мать честная!—к удивлению Эзраэля, голос его хвостатого напарника неожиданно прервался. Стукнувшись о спину чешуйчатого проводника, наш герой с негодованием и некоторым любопытством спросил:
–Эй, зубастая башка, чего встал-то? Опять пошутить решил что ли?
–Потрясающе…—пробормотал дракон, оставив вопросы Эзраэля без ответа. Начав что-то подозревать, юноша, аккуратно выглянув из-за спины дракона, с настороженностью спросил:
–Мы на месте?
–Похоже на то,—радостно ответил дракон и потянул какой-то рычаг. В этот момент в темных углах пещеры зажглись ярко-желтым светом широкие полосы отполированных алмазов, и перед Эзраэлем предстал огромный зал, в котором находились гигантские каменные големы, по-видимому спавшие в этом огромном горном склепе непробудным сном. Они стояли неподвижно, словно исполинские статуи, свесив вниз каменные головы и массивные руки-булыжники. Их ряды простирались далеко вперед, исчезая где-то в непроглядной глубине выдолбленной молниями Зевса пещеры. Сотни, а то и тысячи нерушимых каменных исполинов, окруженных гнетущим горным безмолвием, приветствовали двух одиноких путников.
–Вот оно—легендарное войско Хенгерда!—с дрожью в голосе пробормотал дракон, восхищенно осматривая проклятую армию.—Подумать только… Мы первые в этой эпохе, кто когда-либо видел его.
–Дома бы никто не поверил,—усмехнулся Эзрэаль, осматривая просторный зал-склеп.—Но как мы теперь разбудим этих парней? Ни библиотекарь, ни Луминель, ни друид ничего не сказали про это.
–А я подозревал, что мы что-то пропустили,—задумчиво сказал дракон, всматриваясь в каждую щель богом забытого места.—Может быть здесь есть какая-то дверь, может быть рычаг. Я не знаю.
–Эй! У меня кажется есть идея!—Эзраэля вдруг осенило.—Видишь на том конце зала дверь?
Дракон бросил взгляд в сторону указанного товарищем места. Действительно—в противоположной стороне помещения еле-еле просматривалась трухлявая дубовая дверь, висевшая на проржавевших петлях.
–Да, вижу,—ответил дракон.—Любопытно…
–Надо узнать что за ней—вдруг это вход куда-то?
–Хорошая идея,—ответил дракон, расправив крылья.—Я проверю, а ты оставайся здесь. Если вдруг что—беги со всех ног отсюда, ясно?
–Ясно,—кивнул в ответ Эзраэль, с неописуемым восторгом продолжая осматривать обездвиженное каменное войско. Дракон, не мешкая ни секунды, расправил крылья и полетел в другой конец зала.
Достигнув намеченной цели, наш чешуйчатый герой, слегка отодвинув в сторону потрепанную временем и сыростью пещер дверь, попытался протиснуться в крошечное каменное помещение. Сделать это было не так-то просто, как казалось на первый взгляд: по всей видимости, зодчие гномов были очень недальновидными, поэтому к визиту наших героев не были подготовлены—проход в помещение был очень узким, поэтому дракону потребовалось применить колоссальное количество сил и сноровки, чтобы проникнуть в этот крошечный домик, не иначе как построенный для лесной эльфийской феи. Но внутри его ждало еще большее разочарование: в этой каменной будке хитрые бородатые карлики припасли очень неприятный сюрприз—глазам ошарашенного дракона предстали десять рычагов, сцепленных друг с другом в причудливом переплетении. По всей видимости, каждый из них отвечал за определенную операцию, о чем свидетельствовали многочисленные руны, но эта информация не делала особой погоды: выбрать было нужно только один—единственно правильный. Беспорядочные мысли дракона, в смятении пытавшегося понять функцию каждого из устройств, прервало громкое эхо голоса Эзраэля: