Страница 75 из 78
Ебанную вечность.
Один момент. Длиною в секунду. Именно когда Аса отстранился и смотрел на меня, умоляя ответить на поцелуй. Момент отчаяния. Я воспользовалась им.
Я понимала, что если начну бороться сейчас, то проиграю. Моя душа требует дать отпор с того момента, как Аса вошел в квартиру. Бороться, защищаться. Я потеряла счет времени, и мне кажется, что все это длится целую вечность. Чувствую, как моя душа рвется на свободу из этого жалкого тела, в котором она застряла с моего рождения.
Но сейчас мне с моей душой нужно стать одним целым. Моему телу нужно полностью подчиниться мне, чтобы я могла успокоиться, защитить себя и ребенка. Я смогу сделать это, только отдав свое тело Аса.
И это все, что я делаю. Это просто тело. Моя душа все равно сильная. Борется, как может. Но тело должно сдаться… на время… чтобы спасти мне жизнь.
Я произношу то, что он хочет слышать. Прикасаюсь к нему так, как ему нравится. Издаю звуки, которым приучила себя для него. Говорю ложь, которую привыкла произносить.
Я притворялась, что люблю его в течение двух лет. Неужели мне трудно потерпеть всего лишь один день?
Когда Аса наконец кончает - в очередной раз - я чувствую это. Умиротворение. Спокойствие. Мои душа, тело, разум и сила воли находятся в гармонии. Мы собираемся вступить в борьбу с Аса с помощью оружия, которое сильнее его - с помощью любви.
Он падает возле меня и притягивает к себе так, чтобы я находилась к нему лицом. Я улыбаюсь и дотрагиваюсь рукой до его щеки.
- Что теперь? - спрашиваю, нежно поглаживая его лицо пальцами, в которых мне с трудом удалось унять дрожь. - Как мы выберемся из этой передряги, Аса? Я не хочу снова терять тебя.
Он берет мою руку и целует ее.
- Мы оденемся и уйдем через дверь, Слоан. Все просто. А потом уйдем куда-нибудь… куда угодно. Далеко отсюда.
Я киваю, обдумывая его слова.
Аса такой безмозглый, но при этом он один из самых умных людей, которых я когда-либо встречала. Я всегда старалась быть на шаг впереди него. Этот раз не исключение. Сейчас он проверяет меня. Я вдумываюсь в то, что он сказал, снова и снова прокручивая их в голове.
Аса знает, что мы не можем выйти через входную дверь. Знает о том, что нас увидят. Именно поэтому он пролез в квартиру через окно.
Я качаю головой.
- Ты не можешь выйти через дверь, Аса, - не соглашаюсь я, стараясь выглядеть обеспокоенно. - Дом под наблюдением. Они увидят нас и позвонят Люку.
Аса ухмыляется.
Это была проверка.
Он тянется и целует меня в лоб
- Тогда мы вылезем через окно.
- Сначала мне нужно собрать вещи.
Я начала подниматься, но Аса отдергивает меня обратно на кровать.
- Это сделаю я, - говорит он. - Не вставай с этой гребаной кровати.
Он поднимается и обводит глазами комнату. Вены на его шее вздуваются, когда он замечает вещи Люка. Я пытаюсь отвлечь его.
- Сумка лежит на шкафу, - указываю рукой на гардеробную и замечаю, как он переводит взгляд от кровати в гостиную. Аса идет к гардеробной и по пути захлопывает дверь в комнату. Так он дает мне понять, чтобы я даже не думала о побеге.
Тут я понимаю, что сижу в такой позе, будто в любую минуту готова рвануться с места. Я не достаточно убедительно притворяюсь.
Откидываюсь на подушку, стараясь принять расслабленный вид. Аса подходит ко мне и внимательно смотрит, ухмыляясь. Ему понравилось то, что я не пыталась сбежать. Аса теряет бдительность.
- Любимая, ты так чертовски красива, - говорит он, кидая сумку на кровать. - Что мне положить? - он осматривает комнату. Его взгляд падает на комод, на нашу с Люком фотографию. Я распечатала ее неделю назад и поставила в рамку. Вижу как Аса сглатывает.
- Вернусь через минуту, - говорит он, направляясь к выходу из спальни.
- Ты куда? - спрашиваю, садясь на кровати. Он открывает дверь и выходит в гостиную.
- Я оставил Иисуса на полочке около окна. Он мне нужен.
В чем, блядь, дело?
Аса возвращается быстрее, чем я успеваю осознать, что он сказал, и он держит что-то в руке.
- Это что, распятие?
Какого хрена?
Аса улыбается, кивая, и замахнувшись распятием, которое он держит двумя руками, бьет им прямо по фотографии. Я морщусь, а он продолжает раз за разом бить по рамке до тех пор, пока она не осыпается на множество осколков.
Теперь я абсо-блять-лютно напугана. Но заставляю себя засмеяться. Не знаю как это удалось. Мне хочется кричать от страха, но я понимаю, что мне ни в коем случае не стоит этого делать. Я играю роль, и моей героине нужно смеяться над тем, что делает Аса, чтобы он понял, что для меня ничего не значит эта фотография.
Он смотрит на меня, и балдеет от моей улыбки. Аса широко улыбается, и я указываю на прикроватную тумбочку.
- И эту тоже.
Он смотрит на другую фотографию, и подходит к ней. Замахивается распятием, как битой, отшвыривая рамку в стену. Хоть я и ожидала этого, все равно морщусь. Меня передергивает, когда я понимаю, насколько он ненавидит Люка.
Все это время я молила Бога, чтобы Люк вернулся домой раньше. Но сейчас я молюсь, чтобы Люк не приходил, потому что я сомневаюсь, что кто-то может справиться с Аса, когда он в таком состоянии. Он абсолютно невменяемый. Он не способен ни на милосердие, ни на сострадание. Он безумен. Опасен. Лучше пусть я уйду с Аса, чем вариант, что они с Люком встретятся тут.
Аса окидывает комнату взглядом. Не найдя того, что можно разбить, он кидает распятие на кровать.
- Когда возвращается Люк?
Он и сам знает.
Я могу соврать и сказать, что он будет дома в любую минуту, но если Аса знает наш адрес, то и вся остальная информация о нас для него не является секретом. Он знает, что Люк всегда приходит домой в шесть.
- В шесть часов, - отвечаю я.
Аса кивает. Достает из кармана телефон и смотрит на время.
- Ждать еще долго. У нас есть несколько часов. Что будем делать?
Подождите… что?
- Мы будем ждать его?
Аса ложится рядом со мной.
- Конечно, Слоан. Я не могу просто так забрать свою девушку, не отомстив ублюдку, который украл ее у меня.
Он говорит все это с улыбкой на лице.
Я снова проглатываю свой страх.
- Мы можем поесть лазанью. Но если я не выну ее из духовки, через две минуты ее уже нельзя будет есть.
Аса наклоняется ко мне и целует, отстраняясь чмокающим звуком.
- Чертовски гениально, детка, - он встает с кровати и помогает подняться мне. - Я голоден. Можешь одеться, если хочешь.
Он отпускает меня и идет в ванную. Аса оставляет дверь открытой и смотрит на меня все время, пока стоит над туалетом. Я одеваюсь, надеясь, что он не заметит, как трясутся мои руки. Он смывает воду и возвращается в комнату.
- Я пошутил, когда сказал, что ненавижу твою лазанью. Извини за это, просто был очень расстроен.
Я подхожу к нему и целую в щеку, вставая на носочки.
- Я знаю, милый. Мы все иногда говорим лишнее, когда злимся.
Захожу на кухню. Лазанья печется уже лишнее время, но я думаю, что она еще не сгорела. Просто красивых фотографий для моей книги уже не выйдет.
Тут же смеюсь над этой мыслью.
Серьезно? Моя жизнь в опасности, а я думаю о какой-то идиотской книге?
Аса заходит следом за мной. Он не настолько мне доверяет, чтобы быть уверенным, что я не возьму нож. Аса умен, потому что я бы, конечно, взяла нож, если бы он не ходил за мной по пятам. Собираю пустые коробки со стола, и выкидываю их в мусорное ведро. И тогда я замечаю, что в ведре нет пакета.
Потому что я вынула его.
Смотрю на мешок с мусором, стоящий рядом с пустым ведром.
Потом на пустое мусорное ведро.
Мое сердце начинает биться сильнее, и я изо всех сил стараюсь скрыть это.
Я забыла вынести гребаный мусор!
Успокойся, успокойся, успокойся.
Надев прихватку, я открываю духовку. Вынимаю лазанью и перекладываю на плиту. Аса тянется через мое плечо и открывает шкаф, чтобы достать тарелки. Целует меня в макушку. Вместо ножа, намеренно берет лопатку и разрезает лазанью. Я не отрываясь смотрю на мусорное ведро.