Страница 74 из 78
- Я так хочу обнимать тебя ночью во сне. Ты знаешь, как, блядь, мне одиноко в нашем доме без тебя? Так чертовски одиноко. Я ненавижу это.
Она снова закрывает глаза. Я улыбаюсь, потому что знаю, как непросто Слоан лежать с открытыми глазами, когда мои руки делают свое дело. Мне нравилось смотреть, как она достигает разрядки, зажмуривая глазами и выкрикивая моя имя. Я вставляю в нее палец и, как я и ожидал, она зажмуривается.
Нежно целую ее в губы.
- Я думал, что разлюбил тебя, - признаюсь, вспоминая вчерашний день. Как мы с моим Иисусом на палочке впали в неистовство. - Я ненавидел тебя, Слоан. Мне не нравится ненавидеть тебя, малышка.
Она делает глубокий вдыхает, но мои губы в сантиметре от ее, и она вдыхает мой кислород. Я целую Слоан, заполняя ее своим языком, но она не отвечает на поцелуй, как и на предыдущие.
- Слоан, - шепчу, проводя губами по ее губам. - Детка, я хочу, чтобы ты поцеловала меня. Мне нужно знать, значу ли я для тебя что-то.
Я терпеливо жду, целуя ее, наблюдая за ней. Слоан наконец открывает глаза. Огромная слеза скатывается по ее щеке.
Она вспоминает. Поднимает голову и приоткрывает губы.
Слоан помнит, как до хрена я сделал для нее. Как чертовски сильно любил ее. Когда ее язык скользит по моему, мне хочется плакать. Огонь разгорается в груди, и если я не войду в нее снова, я, блядь, взорвусь.
- Детка, я так скучал по тебе, - говорю ей и замолкаю, потому что она целует меня так, как раньше. До того, как Люк запачкал ее. Слоан целует меня так, как той ночью в переулке, когда со мной был первый ее поцелуй.
Она поднимает руки, гладит мою шею. Запускает пальцы в мои волосы. Мне так этого не хватало. Ради этого стоило снимать браслет и подвергаться риску. Точно стоило. Я, конечно, пришел сюда с другими намерениями, но только потому, что был зол. Я так ненавижу Люка, что не могу различить чувства, которые испытываю к нему и к Слоан. Из-за этого моя ненависть к Люку переносится на Слоан, но так не должно быть. Я думал Слоан дьявол, но это не так.
Она жертва.
Жертва Люка, и ей просто надо было напомнить, какого это быть со мной. Нужно было, чтобы она почувствовала меня в себе и поняла, что Люк заморочил ей голову и хотел заставить забыть меня. Но у него ничего не вышло.
Она помнила меня.
- Аса, - шепчет она с желанием в голосе. - Аса, прости.
Я отодвигаюсь от нее, как-то умудряясь говорить, хотя хочу ее так сильно, что не могу дышать.
- Не надо, малышка, - говорю, убирая с ее лица волосы. - Все хорошо. Мы справимся с этим. Он заставил тебя ненавидеть меня, и на какое-то время я тоже тебя возненавидел. Но это не мы, Слоан. Ты не ненавидишь меня.
Она качает головой.
- Нет, Аса. Я не ненавижу тебя.
Лицо Слоан приобретает извиняющееся выражение. В ее голосе слышно сожаление, а слезы все еще текут по ее щекам. - Я люблю тебя, - и эти три слова полностью уничтожают меня. - Прости меня за все. Я так сильно соскучилась по тебе.
Я целую ее и нависаю над ней, потому что услышав эти три слова, мой член стал таким твердым, что я ничего не соображаю. Я вхожу в Слоан, она хватает ртом воздух. Я двигаюсь медленно в этот раз. Я не трахаю ее, как несколько минут назад, когда думал, что ненавижу ее.
Целую Слоан. Я нежен с ней, потому что она и так многого натерпелась. Занимаюсь с ней любовью, не отрывая глаз от ее лица, потому что люблю ее. Она - все хорошее, что случалось со мной за всю жизнь, а я почти забыл об этом.
- Я был не прав, детка, - говорю ей. - Ничего не изменилось. Ощущение такие же, как и раньше. Потрясающие.
Слоан улыбается, но улыбка вышла усталой, потому что чувства, которые мы испытываем, слишком сильные. Наше воссоединение, ее руки на моем теле, то, как ее ноги сжимают меня, желая принять меня глубже, - все это дарит мне невероятные ощущения. Стоило пройти через все это за последние несколько месяцев, чтобы сейчас быть со Слоан.
Мы в раю. Словно сам Бог извиняется перед нами.
- Я прощаю тебя, - шепчу, но сам не знаю кого, Бога или Слоан. Наверное, их обоих, потому что сейчас я готов простить всех. Мне так хорошо с ней сейчас, что, кажется, я могу простить и Люка.
Ну ладно, это не правда. Я никогда не прощу этот кусок дерьма. Подумаю об этом позже. Сейчас я занят любовью всей моей жизни, вспоминаю каждый изгиб ее тела, снаружи и изнутри.
Мне хочется продержаться подольше, заняться с ней любовью так, как она этого заслуживает, но я так соскучился по сексу с ней, что и второй раз длится не больше первого. Я прижимаюсь лицом к ее шее и жду, когда она начнет стонать. Она всегда так делает, когда я кончаю в нее.
Когда я слышу этот потрясающий звук, теряю контроль над своим телом.
- Блядь, - восклицаю, сильнее толкаясь в нее. И еще раз. - Блядь, я так люблю тебя, Слоан. Я так люблю тебя, малышка, черт!
Это лучшие тридцать секунд моей жизни.
Слоан продолжает держаться за меня. Ее трясет. Мне нравится, что все ее тело дрожит вместе с моим. Я люблю это. Люблю ее.
- Никогда, блядь, больше не оставляй меня, Слоан, - говорю тихо.
Я откатываюсь на другую сторону и притягиваю ее к себе. У меня просто не хватает слов, чтобы описать, что я чувствую. Раньше мне казалось, что я просто любил, но то чувство не сравнится с тем, что я испытываю сейчас. Мое сердце бьется для нее. Она причина, по которой оно бьется вообще, и я не осознавал это раньше.
- Никогда не оставляй меня, Слоан. Если ты снова нарушишь свое обещание, сомневаюсь, что смогу снова простить тебя.
Может быть, в этот раз все по-другому, потому что сейчас я люблю не только Слоан. А еще и ребенка, которого она вынашивает. Я не думал, что могу испытывать что-то подобное, пока был в ней. Не осознавал это до этого момента, что ребенок - причина, по которой я люблю Слоан еще больше. Ее и маленький кусочек рая, который мы создали вместе, который растет в ней. И к чертям Люка. Он бы не смог подарить жизнь ребенку, который выйдет на свет на Рождество.
Я уверен, что малыш мой, потому что иначе я бы не испытывал таких чувств к нему. Бог дает мне знать, что частичка меня находится внутри Слоан, и я должен сделать все, что в моих силах, чтобы защитить их от Люка.
Я прижимаюсь щекой к животу Слоан. Прижимаю ладонь к нежной коже и зажмуриваюсь, но слезы все равно жгут глаза. Не могу поверить, что я, блядь, прямо сейчас плачу. Что за хуйня? Неужели каждый мужчина, когда узнают что будет отцом, сразу становится такой размазней?
Крепче сжимаю Слоан и целую своего ребенка. Снова и снова целую ее живот. Он такой красивый, и я знаю, что наш малыш тоже будет красивым, как Слоан. Она запускает руку в мои волосы и шепчет слова, которые я никогда не забуду. Никогда.
- Ты будешь папой, Аса.
Я смеюсь сквозь слезы, и снова нависаю над ней, целуя. Не могу насытиться ею.
- Ты такая красивая, малышка. Такая красивая. Если бы я знал, какой красивой тебя сделает беременность, я бы еще раньше подменил твои противозачаточные таблетки.
Ее тело на секунду застывает, и мне от этого смешно. Я отстраняюсь от нее и смотрю в ее глаза. Слоан вяло улыбается мне.
- Что? - переспрашивает, запнувшись. Блядь, это так мило.
Я целую ее и смеюсь.
- Ты не можешь злиться на меня из-за этого, Слоан. - Я снова кладу руку на ее живот и смотрю на нее. - Я сделал это для нас. Чтобы ты не ушла от меня.
Почему-то она опять плачет. И я тоже. Я смеюсь, стирая слезы с ее лица.
- Посмотри на нас теперь. Мы прошли через гребаный ад. Но у нас будет ребенок.
Я снова нависаю над ней и целую ее. Медленно, глубоко, обещая. Когда я отстраняюсь, прижимаюсь губами к ее.
- Ты ведь не уйдешь от меня, Слоан. Не с моим ребенком. Да?
Она тут же качает головой.
- Нет, Аса. Обещаю. Я люблю тебя и никогда не оставлю тебя.
Не знаю, как так получилось, но ее слова сделали меня твердым снова. Я на ней, скольжу в нее плавным движением. Закрываю глаза. Целую слезы на ее щеках. Двигаюсь в ней, медленно, раз за разом, чтобы наверстать все упущенные ночи, на которые нам пришлось расстаться. С моего лба стекает капли пота, сердце яростно бьется в груди. Мое тело выдохлось, потому что в третий раз мы занимаемся любовью очень долго. Чувствую слабость. Но я могу заниматься любовью с ней вечность. И буду.