Страница 107 из 1406
— Это даже не обсуждается!
— Но почему? Потому, что они могут быть ранены или даже убиты? А что произойдет, если будешь убит ты, если погибнут все дракониды крепости, а они останутся одни, запертые в своей казарме, без оружия, не умея драться? — Хазат встала около Кэна и смотрела ему в глаза. — Что тогда?
Кэн промолчал.
— Я скажу тебе, — неумолимо продолжила она. — Тех, кому повезет, убьют сразу. Других гоблины будут сначала долго мучить, а потом все равно убьют, но и это не самое страшное. Они ведь самки драконидов — уникальный материал, вполне возможно, их отправят к какому-нибудь магу для экспериментов.
— Хватит! — взревел Кэн.
— А сам ты, Кэн, как предпочел бы погибнуть? С оружием в руках, сражаясь рядом с боевыми товарищами, или одному, в муках и безнадежности?
— Будь я проклят! Да, ты права. Считай, ты своего добилась.
— Таким образом, завтра с утра мы с Фонрар можем вывести драконидиц на плац для продолжения тренировок?
Кэн вспомнил счастливые прошлые дни. Как они все собирались вокруг костра, как маленькие драконидицы бегали, играли и смеялись. Он вспомнил свой ужас, когда пропала Тезик, а потом они нашли ее мирно спящей в волчьем логове в обнимку с волчатами. Вспомнил, как Фонрар засыпала у него на руках, вцепившись своими маленькими пальчиками в его большой палец…
— Передай… лейтенанту… Фонрар, — он сглотнул и продолжил: — Она вместе со своим подразделением должна быть готова к смотру завтра, через час после восхода, на плацу в полном составе и при оружии.
— Я передам, Кэн. Ты еще будешь гордиться ими, — добавила Хазат и оставила его одного.
Кэн без сил рухнул на койку. Он чувствовал себя абсолютно разбитым, даже хуже, чем после последнего сражения с гоблинами.
Цель. Опять это слово. Каждый имеет свое собственное предназначение, свою цель в жизни, сказала Хазат. И каждый имеет право стремиться к этой цели.
— Двадцать мечей, — пробормотал он. — Они утащили двадцать мечей прямо из пасти гвардейцев Владычицы! Врезали камнем по тупой башке. За это, что ли, я должен гордиться ими? — Кэн улыбнулся. — Да, будь я проклят! Гордиться!
Глава 15
Утром, придя в столовую, Кэн узнал, что рацион уменьшен. Гоблины, заполонившие окрестности, сделали недоступными обычные способы добычи продовольствия. Ни охотничьи партии, ни отряды, совершавшие набеги на близлежащие поселения, не могли покинуть крепость. Запасы пищи, естественно, стремительно сокращались.
— Что это? — спросил Кэн, глядя как помощник повара накладывает ему в тарелку тягучую, вязкую и липкую Коричневую субстанцию.
— Вы полагаете это смешно, да? — обиженно сказал драконид.
— Нет, я просто хотел бы узнать, что это такое? — спокойно возразил Кэн.
— Бифштекс из вырезки, — разозлился повар. — Седло барашка, копченый свиной окорок, жареный кендер! Хотите ешьте, хотите нет, бригадир, — добавил он.
Кэну приходилось месяцами питаться чем попало, в том числе, травой и крысами. Он спокойно съел коричневую смесь. Единственное, что он мог сказать по ее поводу, это то, что уж больно она клейкая — липла к зубам, и он пожалел мойщиков посуды. Пожалуй, если оставить ее на несколько часов, так ведь засохнет и будет не отодрать.
Надо отдать должное изобретательности поваров, подобное варево позволит серьезно сэкономить продукты — ибо начисто отбивает аппетит. Чувствуя себя так, как будто съел небольшой булыжник, Кэн направился на плац. Он приказал построиться всей бригаде, не только драконидицам.
Сегодня впервые самки стояли в одном строю с драконидами. Это был час их триумфа. Всю ночь драконидицы чистили и полировали мечи, шлемы и щиты, которые им удалось достать. В лучах утреннего солнца все сверкало, включая чешуйки на их шкурах, как будто они тоже были отполированы.
Кэн прошел вдоль строя. Он придирчиво осмотрел внешний вид солдат, в том числе и драконидиц. Отметив новые блестящие мечи, он обратил внимание и на их обмундирование, явно украденное или подобранное из выброшенного. Кэн узнал свой собственный старый ремень, который гордо носила Фонрар. Кэн не стал ничего говорить и отправил всех, кроме драконидиц, по делам. Сам же остался понаблюдать за их учебным боем. Он смотрел на происходящее с показным спокойствием, даже безразличием, хотя ему при каждом взмахе меча казалось, что они себе что-нибудь отрубят. Вон та баазка, к примеру, так неловко держит меч, что быть ей без крыла!
Не в силах больше на это смотреть, Кэн ретировался к себе в комнату, где попытался успокоить расшатанные нервы кружкой кактусовки. Потом он обратился к принесенным Слитом чертежам. Он должен был просмотреть их перед тем, как показать генералу. Что же до украденных мечей, Кэн сначала собирался написать подробный рапорт, но потом решил этого не делать. В конце концов, то, что генералу не известно, обидеть его не может.
Кэн еще работал с чертежами, когда Гранак доложил, что его хочет видеть Прокел.
— Гоблины выступили, — сообщил Прокел. — Генерал собирает старших офицеров в штабном шатре через час.
Оставшееся время Кэн нервно мерил шагами комнату. Каждый раз, проходя мимо стола, он бросал взгляд на чертежи дракона и с каждым разом эта затея представлялась ему все более безумной. Как ему убедить генерала? Кэн боялся, что в ответ на его предложение генерал просто рассмеется, и его сложно будет за это винить.
Когда пришло время выходить, Кэн еще не принял решения. Он был неуверен в себе, и ему вовсе не хотелось спорить с генералом. Но он хорошо себя знал. Если он возьмет чертежи, то будет отстаивать свою идею, несмотря ни на какие насмешки и даже оскорбления со стороны Маранты. Ему не хотелось попадать в ситуацию, когда приходится выбирать между мнением вышестоящего начальника и убежденностью в собственной правоте. Кэн подошел к двери, но не смог переступить порог.
Он вспомнил слова Хазат. Генерал Маранта никогда не участвовал в сражениях. Он вместе с гвардейцами Владычицы провел всю Войну Копья в Нераке как почетный страж Храма, ручной драконид Повелителей Драконов. Но дело даже не в этом. Кэн представил, как бы он сам вел себя на месте генерала. Он бы сражался! Участвовал в боях, а не только инспектировал драконидские части. Генерал поступил иначе, а когда, наконец, надо было сражаться — он бежал.
Конечно, генерал Маранта не был трусом. Среди драконидов трусы вообще не встречались. Но он не привык брать ответственность на себя, рисковать собственной головой! Это видно хотя бы по бастиону, который он соорудил для себя лично внутри крепости. Более того, он не доверяет своим солдатам. Он типичный аурак, которому нет дела ни до кого, кроме собственной персоны. Кэн подумал, что если бы Маранте предложили сохранить его жизнь в обмен на всех драконидов крепости, он, пожалуй, легко пошел бы на эту сделку. Генерал построил эту крепость не как последнее прибежище для расы, а как памятник себе самому.
Кэн решительно взял чертежи и отправился на совещание. Он прибыл с опозданием, но теперь это было уже не важно.
— Мы рады, что вы сочли возможным почтить нас своим присутствием, — саркастически обратился к нему генерал, когда Кэн вошел в шатер.
— Виноват, генерал. Прошу меня извинить.
— Я как раз говорил, — великодушно продолжил генерал, — что ваши саперы уже проделали большую работу по ремонту и укреплению крепости.
— Спасибо, генерал! — поблагодарил Кэн, чувствуя себя все хуже, а генерал между тем продолжил:
— По донесениям разведки, гоблины выступили. Они двигаются медленно, вы знаете этих бестолковых тварей, кроме того, их задерживает огромный обоз. У нас есть, по крайней мере, сорок восемь часов на подготовку к обороне. Я нарисовал план обороны. Господа офицеры, прошу подойти к карте.
Маранта говорил быстро и четко.
На стенах будет находиться Двенадцатый пехотный полк. Они прекрасные лучники и смогут нанести существенный урон гоблинам, пока те будут готовиться к приступу.