Страница 24 из 72
— Вы оба вели себя, как беззаботные дети, не смотря на мое пожелание об осторожности. — Резкий переход от образа старшего друга к резкой отповеди меня чуть было не смутил, но я прекрасно понимал, что грозный для Питерской тусовки Инквизитор, для меня не начальник. — Пока вы развлекались, на вас было совершена еще одна попытка нападения с применением магии. В вашу квартиру некто попытался призвать следь. К счастью, знак, начертанный на вашем почтовом ящике, успели заметить во время, и его немного изменили на безобидный детский рисунок. Вот такие пироги. У меня нет точных данных, кто из вас все-таки является целью, но опасность грозит вам обоим. Опыт же подсказывает, что состоится еще одна попытка, и, скорее всего она произойдет здесь, в Накки-ярви. Надеюсь, что с вашей помощью я смогу выявить и предать суду ордена этого злостного нарушителя принятых в нашем обществе правил. Вот только будьте сами поосторожнее, пока мы не нашли злодея. Вы мне симпатичны, и не хотелось бы горевать по поводу вашей смерти.
Потрясающе. Начал за здравие, кончил за упокой, и дал понять, что наживкой для охоты на неуправляемого колдуна стали мы. Почти как в анекдоте про червяка, который с мужиками на рыбалку уехал. Инквизитор — еще та штучка, манипулирующая окружающими людьми в интересах своих, завуалированных целей, а люди — простой расходный материал.
По-видимому, что-то в моем лице отразило ход нелицеприятных мыслей. Взгляд Инквизитора тяжело прошелся по мне, но затем перешел на Светку и расслабился.
— Кстати, попробуйте коньяк. Настоящий армянский, пятьдесят лет выдержки, а не какой-нибудь поддельный крашеный спирт. — Жестом радушного сибарита Урманский провел рукой в сторону сервированного столика, который стоял сбоку от большого письменного стола. — Правда, на закуску только «николашки» и фрукты, но стоит оценить качество благородного напитка.
Коньяк и в самом деле оказался хорош, а посыпанные кофе и сахаром дольки лимона прекрасно гармонировали с очаровательным букетом напитка. Благосклонно улыбаясь, Инквизитор поставил свой бокал на стол и чуть заметно шевельнул пальцами. Из его руки выскользнул черный шарик и с шорохом описал полукруг по столешнице, замерев между нами и благодушно улыбающимся Урманским.
— Ведьмин Глаз. — Пояснил Инквизитор, убрав руки со стола. — Незаменимое средство при общении с ведьмами и колдуньями. Жаль, что не эффективно против лиц мужского пола, но в нынешнем случае это не обязательно. Просто нам необходимо поговорить с глазу на глаз, а отправить варить кофе я вашу спутницу не хочу. Уж больно странная традиция получается — при каждой встрече оправлять Светлану готовить кофе.
Светка действительно представляла странное зрелище. Держа в одной руке пустой бокал, а в другой — надкусанную дольку лимона, она застыла неподвижной статуей, чуть склонившись над столом.
— Стоит мне взять эту штучку в руку, как она очнется опять, вот только все, что происходило за это время, не коснется ее слуха и зрения. Не волнуйтесь, процедура безопасная и совершенно не оскорбляющая личность. Для вашей подруги как бы остановилось время, а когда мы закончим наш разговор, она к его содержанию не прикоснется ни как.
— Странные меры предосторожности. — Осторожно заметил я, одновременно прикидывая, какие козыри могут выпасть еще из рукава собеседника. — Конспирация на уровне шпионских спецслужб.
— Да бросьте вы. — Примиряющим тоном произнес Инквизитор. — Насколько я понимаю, ваша дама еще не в курсе вашей основной работы? Так зачем ей слышать из чужих уст то, о чем вы не говорите сами.
— Серьезный разговор?
— Да. Очень серьезный. Потому что он касается не только вас обоих, но и в большой степени меня лично. Разговор мог бы и не состояться, но вы сами понимаете, я не сидел сложа руки все эти дни и получил много информации о вас и вашем отделе. Да не делайте такое лицо, ваши мелкие шпионские игры в родной стране, а также за ее рубежами, навевают у меня уныние. Я в нашу прошлую встречу высказал свое мнение о вашей конторе, а после более подробных консультаций это мнение, если не укрепилось, то изменилось мало. Хотя могу отметить, что ряд операций и разработок заслуживают уважения. Но хватит о работе. Вы же находитесь в отпуске?
— Я на службе у государства круглосуточно, с момента принятия присяги и пока меня не уволят из рядов Вооруженных Сил.
— Правильно, но… — На пальце Урманского сверкнул перстень с масонской монограммой. — Обратили внимание? Есть организации, которые существуют вне государства, во всяком случае, до тех пор, пока их деятельность не начинает идти в разрез с государственными интересами. Масоны, гномы, уфологи, религиозные общины и прочие клубы по интересам. У каждой свои цели и способы их достижения. Мы ж — совершенно другое. Я объяснял вам при прошлой встрече. Так вот, мои предложения абсолютно не касаются вашей службы и государства. Конечно, я смог бы попросить ваше руководство предоставить некоего майора Рябова в распоряжение, к примеру, отдела службы войск гарнизона, с дальнейшим откомандированием в распоряжение определенного лица, но не хочу. Давайте рассуждать логически. За все время руководства отделом вашим генералом ни разу не проводились акции и не ставились задачи по Северо-Западному региону. Хотя здесь различных странных мест навалом, да и населения достаточно много, а значит и интересующих вас людей. Почему? Существует соглашение, где четко разграничены сферы влияния и интересов деятельности между различными организациями. Мы — Инквизиция, наряду со своими привычными функциями, строго следим, чтобы это соглашение выполнялось. Только мы имеем право на разрешение спорных вопросов и, при необходимости, взаимодействие при решении некоторых проблем, затрагивающих все наше сообщество. Было время, когда на себя эту ношу пытались взвалить государство или церковь, но слишком различные методы и подходы к решению этих проблем приводили к непредсказуемым последствиям. Если необходимо, мы можем использовать государственный аппарат или церковь для решения своих задач, но чаще это делается в темную или на уровне частных и временных соглашений.
«А государственный аппарат в темную использует вас», — подумалось мне. Даже в нашем разгильдяйском государстве такой рычаг воздействия на часть населения не может не контролироваться со стороны власть предержащих.
Урманский пригубил бокал, кинул настороженный взгляд в сторону двери и продолжил:
— Но, перейдем к делам нынешним. В последнее время меня не оставляет впечатление, что ситуация в магическом сообществе быстро и неуклонно выходит из-под контроля. Словно что-то мешает нам, и делает это чаще и с большими нежелательными последствиями для ордена. Да, что там для ордена — для всего человечества, как бы напыщенно это не звучало. К сожалению, мы вынуждены вести свою деятельность негласно, ни в коей мере не информируя людей и органы власти, завуалировано, иначе различные государственные или криминальные структуры возьмут нашу деятельность под свой контроль, а это — крах на нынешнем историческом этапе. Я уже говорил, что такие попытки были и что они закончились печально.
Нет самостоятельности у таких контор, это понятно и ежику. Как бы Сильвер не пыжился бросая красивые слова, есть в его рассуждениях прорехи, видимые невооруженным взглядом. Религиозный орден, независимый от церкви, — тогда это не орден, а совершенно левая организация, просто прикрывающаяся звучным названием.
— Иннокентий Константинович, не будем повторяться. — Пришлось прервать словоохотливого Инквизитора, чтобы вновь не прослушать лекцию о значении и роли инквизиции. — Давайте, говорите конкретно, что вам от меня нужно, но предупреждаю, что в ваших интригах и закулисных играх я участия не приму. Я не наемник, а русский офицер, у которого есть свой кодекс чести. Я слушаю вас.
— Хорошо. Моя проблема заключается в следующем. — Урманский заговорил тише. — Кто-то из моих помощников — предатель, двурушник. Чтобы выявить его, мне необходимо время, а вот именно его у меня и нет. Точнее, на два-три дня, необходимых для восстановления здоровья, нужен человек, который не связан в этом регионе ни с кем и, в то же время, человек знакомый с нашей кухней не по художественным и псевдо-оккультным книжкам, а по своим делам и владеющий какой-нибудь силой.