Страница 22 из 72
— Извините, господа, но комплекс закрыт до шестнадцати часов на ежедневную профилактику. — Вышедшая из бокового коридора зеленоглазая красавица выжидающе посмотрела на нас. — С шестнадцати до двадцати четырех часов и с восьми до двенадцати комплекс работает в общем режиме, если хотите зарезервировать персональный заказ, обращайтесь к дежурному администратору, а если хотите освежиться после дороги — в каждом коттедже имеется душевая комната. Прошу вас.
Немного разочарованно мы переглянулись, и Светка двинулась к выходу. Идя за ней, краем глаза я заметил, как колыхнулись ветви зарослей с другой стороны бассейна и охранники, резво подскочив, скрылись за зеленым пологом листьев.
На территории базы стало многолюднее. Несколько служащих-хийси в ярко-оранжевой рабочей униформе устанавливали на расчищенной площадке перед административным корпусом здоровенную ель, а на стоянке прибавилось автомобилей. Внимание привлек черный «Караван», не уступавший габаритами отечественным «Газелям». Блестя многочисленными стеклами, он высился среди легковых машин, словно лев среди волков.
— Машина Инквизитора. — Светка заметила мой интерес к монстру зарубежного автомобилестроения. — А чуть дальше «Мерседес» нашего директора. Значит, к вечеру съедутся все остальные гости.
В шестнадцать часов на улице стемнело, но вспыхнувшие фонари перед входом в каждый домик, гирлянды лампочек вдоль дорожек и два прожектора, скрестивших лучи на новогодней елке, не давали зимней темноте опуститься на базу отдыха. Наряженные снегурочками и дедами морозами служащие деловито сновали между коттеджами и приглашали гостей на вечеринку в столовую. На мое пожелание посетить аквапарк Светка ответила таким взглядом, что больше, ну, хотя бы на несколько часов, желания проявлять инициативу не захотелось.
— Мы здесь гости, — пояснила она, почувствовав мое разочарование, — но существуют определенные традиции и корпоративные правила, ведь база ведомственная. Есть программа проведения новогодних празднеств и мероприятий, которые выполнять не обязательно, но в двух случаях они совпадают с традициями и правилами. Первое, это — сбор приехавших и встреча с руководством.
— Лекция по технике безопасности и первичный инструктаж по охране труда на месте отдыха?
— Нет, просто-напросто — знакомство друг с другом.
— А второй случай — прощание?
— Не-а, собственно встреча Нового года.
— Ты говоришь с такой уверенностью, как будто ездишь сюда каждый год.
— Другие ездили и рассказывали. Эльвира, например. Год назад был у нас один мэнээс, он несколько месяцев пробивал себе путевку в Накки-ярви, а приехал сюда и забил большой болт на все мероприятия. Говорят, что чуть ли не сутками плескался в бассейне. После этого ему пришлось уволиться из института. Говорят, его недавно видели, совсем опустился мужик, натурально бичует. А ведь такой мужчина был — половина институтских дам сохла по нему — галантен, остроумен, обаятелен, и внешне даже очень ничего. Хотя, на мой взгляд, прятать под светлой бородкой шрам не обязательно, все равно не скроешь. Говорят же, что шрамы украшают настоящего мужчину.
— И ты по нему сохла тоже?
— Нет. Ленарт больше уделял внимания нашим старушкам, это они от него без ума были.
— Тогда что о нем говорить, давай лучше собираться на вечеринку.
Шутливо выпроводив Светку в душевую комнату, в раздумье присел на кровать. Ленарта я знал лично, если, конечно, моя подруга говорила о нем. Два года назад его перевели в подчинение Паука, и потом следы затерялись. Скорее всего, он и являлся тем «кротом», о котором мне говорил Прошкин. Значит, здесь, в Накки-ярви, он что-то нашел и при этом прокололся, а связано все с аквапарком. Идти по стопам засветившегося агента мне что-то не хотелось. У меня отпуск, а не служебное задание, к тому же, я — обычный оперативник-силовик, но ни в коей мере не агент под прикрытием. Влезать игры Прошкинской службы, резона нет, ну, разве только Свиягова или Дядю Арчила проинформировать при личной встрече, но не более. Что ж, первое впечатление о базе отдыха не подвело — место здесь очень странное, даже по меркам нашего отдела, а выболтанный Светкой рассказ о непутевом мэнээсе добавил еще один штришок в складывающуюся картинку. Знать бы, насколько правильно я оцениваю складывающуюся обстановку, но поживем — увидим, возможно, я переоцениваю риски, имеющиеся здесь.
Стараниями персонала столовая за пару часов преобразилась. Маленькие искусственные елочки на каждом столе, гирлянды разноцветных фонариков под потолком, запотевшие бутылки шампанского и освобожденная от мебели площадка перед стойкой бара создавали праздничный колорит, создавая новогоднее настроение. Вежливая зеленоглазая красавица проводила нас к столику у окна, откуда открывался вид на сверкающую электрическими огнями ель.
Как только часы показали шестнадцать часов, из-за одного из столиков поднялся представительный мужчина в расшитой золотыми узорами бардовой мантии и, подняв бокал, объявил вечеринку открытой. Он что-то еще говорил, но меня отвлекла Светка, которая шепотом стала называть имена присутствующих здесь людей. Для меня они ни чего не значили, я их не знал и не имел представления об их положении в странной для нашего времени иерархии, хотя, несколько знакомых лиц промелькнуло. Через столик от нас сидел господин Урманский со своей очаровательной байкершей. В дальнем углу блеснул линзами ведьмак Гершвиц, а в баре, одетый в строгий белый смокинг, стоял за стойкой управитель из клуба.
Вечеринка началась немного вяло. Вроде бы большинство находящихся в зале людей друг друга знали и знали хорошо, но почти сразу становилось заметным разделение на несколько групп, которые постепенно концентрировались вокруг своих лидеров. К счастью, нас не приглашали присоединиться к одной из них, но ни меня, ни Светку такой расклад не обижал. Нам хорошо и вдвоем.
Алкоголь уже начал ударять в головы некоторым гостям и в зале становилось немного шумно, но в пределах норм вежливости. В пол уха слушая Светкину болтовню и рассматривая посетителей, чтобы потом попробовать вычислить кто из них кто, я не заметил, как за моей спиной возник молодой человек из свиты Инквизитора. Лишь в последний миг я ощутил движение воздуха из-за плеча, но внутренний звонок об опасности молчал, по этому присевшему без спроса за наш столик молодому человеку достался только мой недовольно-вопрошающий взгляд.
Бесстрастно выдержав небольшую паузу, он тихим голосом произнес:
— Иннокентий Константинович передает вам поздравления и приглашает вас через три часа в шестой коттедж на чашку кофе с коньяком.
— А он знает, какой коньяк я предпочитаю? — Хамоватым вопросом я попробовал вывести этого чересчур спокойного и вежливого юношу из себя.
— «Хеннеси», «Мартель» или настоящий «Арарат» оценит каждый любитель благородных напитков, а если вы предпочитаете что-нибудь попроще, в баре у шефа есть практически все, даже — портвейн, но, к сожалению, только португальский. — Так же невозмутимо произнес Вячеслав и поинтересовался. — Что передать главе Ордена?
— Ответ положительный.
Утвердительно кивнув, молодой человек освободил стул и вдоль стены прошел к столику Инквизитора. Проводив его взглядом, я отметил, что двигался он интересно: плавно, но быстро, и, в то же время, используя светотени от слегка колышущихся фонариков, что позволяло совершенно не выделяться среди пока еще не особо активизировавшихся посетителей.
— Ты подначил не слугу, а хозяина. — Светка уяснила грань моего хамства по отношению к Вячеславу. — Он исполнитель и делает то, что ему приказали.
— Любой человек, имеющий даже зачатки воспитания, сперва спросит разрешения у мужчины, беседующего с дамой, и, только получив согласие, сядет за их стол. В ином случае, такое поведение можно рассматривать, как пренебрежение общепринятыми правилами поведения, либо — провокацию. Ведь насколько я понял вашего Инквизитора, он человек умный, воспитанный и в то же время очень жестко относится к ошибкам поведения подчиненных. Не думаю, что этот Вячеслав так разболтан, чтобы по собственной инициативе допустить неуважение к людям, которые заинтересовали его шефа… хотя, ни кто не застрахован от кадровых ошибок. Думаю, что через два с половиной часа все станет на свои места. Надеюсь, за это время горячее успеют подать, а то без нормальной еды только одно шампанское не несет достаточного интереса.