Страница 5 из 10
Весенней былью веют наконец.
ОСЕННИЕ БЛУЖДАНИЯ
О, кто бы поверил сейчас, что он был,
Тот август, которым дышал я на полную грудь,
Тот август, целительный, благоухающий август,
который я, в снах утопая,
Еще и сейчас иногда, словно зелья букет исцеляющий,
Пытаюсь прикладывать к ранам, зияющим бездной
Зловещих предчувствий...
О август и губы!
О август -- бокал плодородья земного,
Пригубленный в сладостном сне поцелуя --
К иссохшим устам, словно влаги спасенье, уста --
О, сладость вина буйства плоти,
О, август и губы, которым нет равных,
И тот поцелуй, тот последний, прощальный,
Что в сердце застыл замиранием слов ледяных --
"ПОЗАБУДЬ НАВСЕГДА"...
О, терпкость вина буйства плоти в предчувствии
Похмелья холодных октябрьских невзгод,
Когда с угасающей лета свечи
Последние теплые дни, словно воск обжигающий каплют,
Как слезы из глаз, не смежавшихся с ночи прощальной,
О, слезы, которые даже сочувственный бабьего лета
Ласкающий взмах утирать, утешать не пытался
Ладонями теплых...
Ладони?..
Ладони!..
О да! Я их помню,
Ладони сентябрьские -- нежности ложь на глазах у меня,
словно бельма,
И я среди собственных сердца ударов,
как средь отголосков
Того поцелуя, вводящего эхом измен и утрат
В бесплодные прошлого нетри,
Огнями обманной, напрасной надежды
Манящего в топи бесплодного "завтра"...
Блужданья...
Я помню распутье и ворох дорог,
Которые, не начинаясь нигде, никогда никуда не
Приводят...
Блужданья... Блужданья...
То были те дни, когда школьников пестрые стайки,
Подобно вздымаемой ветром феерии пестрой листвы,
Кружат по проселкам ликующим, и голоса их
Так медленно, медленно тают
в густеющем к вечеру воздухе, так же,
Как их о прошедших каникулах жалость
Уйти не спешит в отголосках звонка,
их зовущего к партам, --
Вот так же и я не спешил расставаться с умиротвореньем
Течения памяти в водовороте, густеющих к вечеру, теней
Прощания с летом... Блужданья...
А дни все короче,
Те дни, что подобны ступеням,
Теряющимся в перспективах
заоблачных далей, --
Белеет зимы эшафот там, -- по этим ступеням
И я восходил с онемевшим от ужаса летом,
И млел, и немел вместе с летом
В холодном поту предрассветных туманов,
Читая в каленом,
с падением лезвия схожем,
блистании зорь
Всевластной зимы приговор:
Как жалко оно, напряженье последнее сил --
Увядшие мышцы последней теплыни
В звенящих цепях кандалов предрассветных морозов.
Какая везде безнадежность...
Вот разве что клен
краснолистым бушующим факелом
Пытался поднять возмущенье,
Восстанье в покорно поникшей под гнетом прихода зимы
Юдоли безмолвья лесов и полей -- но ведь зря:
Покорно роняли деревья и травы наряд свой последний
В баскакские жадные длани холодного ветра,
Я тоже покорно с последней надеждой любви расставался.
Блужданья...
И все ж неожиданным был он, приход холодов.
Набросился яростно, с остервененьем октябрь
Расправу с остатками лета вершить,
Прогорклыми дымом гнилыми зубами
дождливых и слякотных дней
Вгрызаясь в бессильную осени плоть, как
В незрелость хрустяще-зеленую кислого яблока --
Оскомина так ностальгией, печалью такой резанула,
Пространства пронзив обнаженность,
Что уж невозможно не видеть,
С какой безысходной тоскою
В, открытом навстречу обидам вселенной,
Небес стекленеющем оке
Блестит быстротечного солнца слезинка хрустальная;
Уже невозможно не слышать,
Как в черных сплетениях леса, как будто
В груди, пораженной чахоткой,
В зияньях пробелов, полынно-прогорклых и жгучих,
Надсадного ветра болезненным кашлем
Утробу осенних невзгод разрывает
отчаянья крик, что
Вот-вот из, прикрытых платком окровавленным тучи,
Бледнеющих уст горизонта прорваться готов
Раскатистым воплем последней зловещей грозы...
Блужданья...
Скорби! -- Остротой журавлиного клина
Отточен сей скорби призывный полет --
С высот этой скорби так явственно видно,
как всякий,
К кому прикоснулись осенней распутицы губы,
Глаза опустив, умеряя свой шаг,
Как будто прислушаться хочет к чему-то:
Попробуй, прислушайся -- этот сплошной унисон раз-
вороченных бурей трущоб и
сиротских кликушеств, --
Попробуй! Прислушайся!..
Прислушался? Видишь? -- Угодий
Распаханных чернь,
словно черное клавиш,
А глянец белесого облака,
словно бы белое клавиш
мелькание -- фортепиано:
Холодными пальцами бледных рассветов
Поникшая осень-вдова
безутешно из вихря
Кружащей опавшей
листвы исторгает
Мелодию вальса,
в которой мельканье:
Наивные радости детства из рук материнских,
И первый твой шаг, твое первое слово,
И гул перемен, что осколки, зовущего к парт прилежанью,
звонка поглощает,
О школьные годы, и невероятное чудо --
Веснущатый облик твоей синеглазой любви,
и бал выпускной,
И школьного вальса круженье
В преддверии жизненных драм.
О юность, -- зигзаг -- перечеркнутое бескорыстье --
Извивы любви в похотливых расчетов когтях --
Ведут поцелуям подсчет, как купюрам,
Слюнявые губы жиреющих выгод --
Не верилось в это
в кружении школьного вальса...
Смотри:
-раз-два-три-
-раз-два-три-
-раз-два-три-...
А что, если правда, что жизнь -- лишь
купюрное
лет мельтешенье
В тучнеющей плоти тугом кошельке? -- Неужели? --
Но лет, как купюр, запасание впрок ведь нелепо
В преддверьи того пробужденья от хлопот мирских,
Где смерть уж сравняет нас всех перед тою Любовью,
Которой неведом накопленных выгод расчет.
Пускай тогда лучше скорбящая осень ввергает меня
Круженьем опавшей листвы в хоровод
Тех детских игрушек, которые я, карапуз несмышленый,
Друзьям раздавал, чтобы зависти блеск погасить
в их глазах,
Тех выгод, которые бросил под ноги
Безумной любви, пренебрегшей сей жертвой смешною --
О, сказка о рае в пустом шалаше.
Блужданья...
Уже вечереет? -- Уже...
Скрывая луну,
облаков наливаются гроздья
плодами печали --
Вот-вот виноградины зрелой тоски,
Бросаемы ветром горстями дождя,
В окно одиночества мерно,
Настойчиво так застучат, что...
Блужданья?..
Да, да, мне пора уж домой... Вечереет...
В мельканье темнеющих окон
(Все реже и реже проносятся автомобилей
Зажженные фары)
Расплывчатей все угасающий солнца закат
Выхватывает очертания лиц неизвестных --
Так память о лете все реже,
Расплывчатей все согревает меня...
Пора уж домой мне, в уют заоконный,
Ведь вот он, мой дом -- в нем, закат отражая,
В густеющей темени окна горят,
Как будто внутри кто-то есть,
Как будто, меня дожидаясь, зажег он все свечи --
Приход мой ему, словно праздник!..
Но пуст он, мой дом, и заперт снаружи,
А ключ у меня вот, в кармане звенит о брелок -- для
Меня его звон, словно звон над погостом,
Унылую весть разносящий о невозвратимости лет...
Пора уж домой мне, в пустынную глушь за окном,
Под шум, под прибойные бредни дождя
Упасть головой на подушку -- на верную грудь...
РАМПЫ ВИТРИН
Сплоченные нитями выгод, витрины,
маня манекенною тенью греха,
зеркал театральностью будни отринув,
роль марионеток цены нам сулят.
Глазами терзая пределы тарифов,