Страна воронов

Пока мужчина приготавливался к ритуалу, а Ева и Дайки пристально за ним следили, Руна вновь подошла к могиле подруги и обессилено опустилась на траву. Прикоснувшись ладонью к земле, она закрыла глаза и медленно дышала, пытаясь в последний раз ощутить присутствие Летты.

— Мы, наверное, больше не встретимся, — шепнула она, открывая глаза. — Но я честно обещаю быть сильной, чтобы ты мной гордилась. И я обязательно, слышишь, обязательно выполню своё обещание.

— Руна! — донёсся до девушки голос Дая, и она поднялась на ноги, отряхивая брюки.

Крепко сжав кулаки, она сделала шаг назад, не отводя взгляд от могилы, а затем развернулась и подбежала к друзьям. Взявшись за руки, они встали кругом, внимательно следя друг за другом.

— Надо закрыть глаза и почувствовать силу, объединяющую нас, — произнёс Хагами, зажмуриваясь первым.

Руна видела, как Ева и Дайки послушно последовали его приказу и, наконец, осмелилась повторить за ними. Внезапно наступившая темнота испугала её своей тишиной и неизвестностью, и, если бы не тёплые руки друзей, она явно бы вскрикнула и распахнула ресницы. Но нет, надо собраться с мыслями и попытаться почувствовать…

Вначале не было ничего, кроме пустоты. Она начала очень медленно наполняться звуками и движениями, сперва незаметными и еле ощутимыми, но усиливаясь с каждым мгновением. Неожиданно дыхание друзей стало слишком громким, словно к их приоткрытым ртам поднесли микрофоны, а всё тело стали покалывать невидимые иглы — не больно, но неприятно. Подул ветер, коснулся кожи, рассеивая мрак и неожиданно в глаза ударил яркий свет, заставивший всех одновременно вскрикнуть и ещё крепче сплести пальцы. Бешеный свист, тяжело дышать из-за порывов, летящих прямо в лицо, в воздухе летает пыль, а ты чувствуешь, как твоя оболочка тает, словно это не кожа, а сахарный сироп.

Всё стихло также неожиданно, как и началось. Медленно расцепив руки и открыв глаза, друзья взглянули друг на друга и удивлённо пожали плечами — они остались прежними.

— Ничего не вышло? — спросила Ева, обернувшись к Хагами.

Молча вытащив из кармана опешившей Руны зеркальце, мужчина приблизил его к носу блондинки, и она тут же взвизгнула, зажав рот ладонью — в отражении были видны лишь деревья и клочки серого неба.

— Забирайтесь на меня и полетели, у нас мало времени. — Хагами вернул зеркало и; отойдя на приличное расстояние, расправил руки.

Миг, и вместо человека на траве уже топчется ворон-мутант, размером со здоровую корову. Руна и Дайки, ранее видевшие Хагами в подобном образе, спокойно поплелись к нему на встречу, а вот Ева в состоянии глубокого шока ещё долго хлопала ресницами, не решаясь подойти.

— Ну же, смелее! Это спокойная лошадка, — захихикал Дайки, почесав пернатую голову. — Тихо, коняжка!

Больно клюнув Дая пониже спины, отчего парень по-женски взвизгнул, ворон нетерпеливо взмахнул крыльями, призывая землян к более активным действиям. Руна первой оседлала Хагами, вцепившись пальцами в шею, боясь причинить боль и пытаясь поудобнее устроиться. Решившись, Ева села за её спиной, крепко обняв за талию. Дайки попытался примоститься третьим, но Хагами бесцеремонно схватил его когтями за футболку и взлетел под общий визг.

Только спустя пару минут девушки перестали пищать, зажмурившись и крепко прижавшись друг к другу, а Дайки перестал материться, молча болтаясь где-то внизу и обиженно дуясь. Хагами пристально следил за лесом, над которым они скользили невидимой тенью. Внизу мелькали поляны, вековые деревья, ручьи… Вот только Летты там больше не будет никогда. И она никогда не узнает, смогли ли они победить королеву. И она уже не увидит, как закончится лето, пролетит осень и наступит её любимая зима…

От грустных мыслей отвлёк шум крыльев, и Хагами пришлось быстро менять направление, чтобы не столкнуться с огромной стаей воронов, летящих в их сторону. Притихшие девушки открыли глаза и со страхом смотрели за птицами, пролетавшими совсем близко — огромное чёрное полотно из перьев и стальных когтей. Вороны летели туда, на север, откуда они только что ушли. Их было так много, что стало действительно страшно — напади они всей стаей, вряд ли бы кто-то остался жив. Провожая их взглядом как чуму, стихийное бедствие, мировую войну, люди молились остаться незамеченными и скрыться как можно скорее и дальше.

Вот последние вороны пролетели мимо, скрываясь вдали. Шум крыльев стих, а в воздухе ещё парили чёрные перья, напоминавшие об их недавнем присутствии. Через некоторое время до слуха донеслось разочарованное карканье и в небо вновь поднялась огромная тёмная туча, рассеивающаяся по сторонам, чтобы продолжить поиски.

— Хватит любоваться, мы не в музее. Потикали, коняш, потикали, — шепнула Ева, осторожно стукнув ворона по спине.

====== Глава 19 ======

— За Таби! — воскликнул уже третий раз за вечер начальник бригады и с кряхтением опрокинул в себя стакан местной перцовки.

Остальные строители тут же поддержали его и практически одновременно с грохотом поставили опустевшую посуду на стол.

— Да, за меня, — робко согласилась Ниа, аккуратно пригубляя огненную жидкость, один лишь запах которой напрочь отключал мозг, ставя его на грани обморока.

— Да ты пей, не бойся! — Бригадир хлопнул широкой ладонью по спине девушки и только что взятая в рот перцовка тут же фонтаном вылетела наружу, забрызгав сидящего напротив мужчину.

— Эх ты, добро переводишь! — с укоризной произнёс он, отряхивая куртку.

— А ну замолкли! Таби наш спаситель, так что мы должны быть ему благодарны! — уверенно произнёс уже изрядно набравшийся бригадир и, громко икнув, направился в сторону хозяина кабака, который с остервенением тёр тарелки, исподлобья глядя на хмельных посетителей.

Несколько строителей тут же поплелись за ним следом, другие отвернулись, отвлечённые своей беседой, и Ниа почувствовала как на её ботинок наступила чья-то маленькая, но жутко тяжёлая ножка. Повернувшись и увидев рядом с собой возмущённого Лео, девушка притихла и отставила стакан подальше.

— Ты чего творишь, а? Захотела нас всех подставить? — шёпотом спросил малыш, косясь на сидящих за столами мужчин.

— О чём ты? — удивилась Ниара, пытаясь зажать нос — в воздухе витал спёртый запах перегара, пота и всё той же противной перцовки.

— Зачем ты полезла на крышу? — процедил мальчик, сложив руки на груди. — Ты знаешь, что они все уже мертвы и погибнуть в принципе не могут? Так вот, ты, как бы, одна из них. И если бы ты сорвалась с крыши, то разбилась бы насмерть! И тогда все поняли, что ты ненастоящий мертвец, и что я, Джинхей, Илий — все мы виновны! Так что прежде чем геройствовать, подумай о собственной безопасности и о тех, кто на твоей стороне!

— Если я вам в тягость, то могу уйти, — неожиданно обиделась Ниа, надув губы и отвернувшись.

Глаза предательски защипали слёзы, и она еле сдерживала себя от рыданий, пристально разглядывая незамысловатый интерьер кабака — деревянные стены, обитые тканью, широкие столы, заваленные выпивкой и закуской, молоденьких официанток, порхающих по залу и отбивающихся от потных ладоней посетителей, и тусклые люстры, горящие под потолком, но не спасающие от сумрака.

Ниара и сама не ожидала, что её поступок так кардинально изменит отношение строителей. Да они её чуть ли не с цветами встречали, когда она спускалась по лестнице. Расцеловали, пожали по очереди руки и тут же потащили в кабак праздновать столь важное событие, как очередное уклонение от строительства моря — пожалуй, для них это место было тем самым адом, которым пугают священники землян.

— Ну ладно, не сердись, — услышала Ниа извиняющийся голос Лео и с улыбкой обернулась.

— Это ты прости, не нужно было ввязываться в эту историю, — вздохнула она, положив руку на плечо ребёнка. — Уже поздно, пошли спать.

— Хорошо, что ты не напилась. Пьяной тебе было бы сложно себя контролировать, — почесал затылок Лео, с пренебрежением глядя на мужиков, глотающих перцовку и занюхивающих рукавом.