Немые колокольчики

— Мой сын любит тебя, какая жалость! — сухо произнесла она, сжимая в узловатых пальцах собранный веер. — К сожалению, любовь — это огромная слабость, а я не хочу, чтобы Сехун был хоть в чём-то уязвим.

— Что вы хотите этим сказать? — скомкав подол платья, нахмурилась Джиын.

— Было бы терпимо, если бы ты любила его в ответ. Но ты морочишь ему голову, девочка. А врать своему сыну я никому не позволю, — обманно мягко заметила миссис О и тут же резко добавила. — А теперь иди в свою комнату!

***

Пониже опустив на лицо капюшон кофты, Бэк вдавил до упора кнопку звонка и приготовился ждать. Спустя некоторое время за стенкой раздались шаркающие шаги и дверь со скрипом распахнулась, являя заспанное лицо Чондэ.

— Э-э-э, ты кто? — удивился он, тут же сдавленно охнув, когда чужие пальцы схватили его за глотку и толкнули обратно в квартиру.

— Привет, дружище! — сдёрнув с головы капюшон, прошипел Бён.

— Бэкхён? — испугался парень. — Что ты здесь делаешь?!

— Чондэ, кто там? — раздался из кухни звонкий голос матери.

— Ма, это ко мне! — крикнул в ответ Ким, тут же легко толкнув Бэка в плечо и шепнув ему на ухо. — Иди в мою комнату!

Запершись изнутри, они сели на кровать и смерили друг друга мрачными взглядами. Ни один не спешил заводить разговор, словно обдумывал слова, которые собирался произнести.

— И дорого тебе заплатили за то, чтобы ты закрыл дверь перед моим носом? — наконец с усмешкой поинтересовался Бэкхён.

— Это был приказ, я не мог ослушаться, — опустил взгляд Чондэ.

— Хорошую цену назначили за мою голову?

— Тысячу.

— М-м, да я ценный экземпляр, — фыркнул Бён, подложив под спину подушку и усевшись поудобнее.

— Кому ты перешёл дорогу, дружище? — нахмурился Чондэ.

— Дружище? Да если бы не удача, я бы давно стал обедом для какой-нибудь твари! Ты сукин сын, Ким!

— Ну прости меня! Ну что мне нужно было сделать? Ослушался бы и отправился за тобой следом! А я ведь не умею драться с мутантами! Я их и видел-то живыми не ближе, чем с расстояния в километр!

— Ладно, достаточно, — поморщился Бэкхён, устало потирая виски. — Я не за тем к тебе пришёл.

Чондэ весь подобрался и навострил уши, но брюнет не спешил начинать рассказ.

— Что не так?

— Не думаю, что могу тебе доверять после всего случившегося…

— Прекрати, Бэк! Не доверял бы — изначально не пришёл. Уж я-то тебя знаю, — виновато улыбнулся Ким.

Подавшись вперёд и понизив голос до минимума, Бён стал рассказывать о случившемся за пределами крепости. Упомянул и об Исине с Шинхо, и о чудесной стране, откуда они пришли. Рассказал о том, как пробрался обратно в крепость, о похищении сестры. К концу рассказа Чондэ выглядел настолько изумлённым и взволнованным, что Бэк едва сдержал улыбку.

— Ты не шутишь? — уточнил Ким, то и дело облизывая сухие губы. — Во дела! Это получается, что на нас со дня на день нападут мутанты под предводительством Чонина?

— Как ты понимаешь, с нашей крепостью он церемониться не будет.

— Дурдом, — парень растрепал пятернёй волнистые волосы и прикрыл ресницы. — Твари всех сожрут! Они даже поодиночке сильны, а уж если нападут целой армией…

— Рано отчаиваться! Мы должны им противостоять! — с жаром заверил его Бэк.

— Да тебе нельзя показываться на улице, а меня никто и слушать не станет! Это тупик, Бэкхён!

— Может, сообщить ядру? Ну, или командиру своему расскажи. Вдруг он заинтересуется последними сплетнями.

— То, что ты рассказал, мало похоже на сплетни! — возразил Чондэ, но тут же сдался. — Но ладно, с Минсоком я поговорю.

— Спасибо, — кивнул парень. — Но у меня к тебе ещё одна просьба. Точнее, вопрос. Ты не знаешь, как можно пробраться в ядро?

— Прости, но это невозможно, — развёл руками Ким. — Никаких тайных лазеек не существует, никто не занимается контрабандными перевозками. Да и что людям из трущоб делать в центре? Обворовывать богачей, а затем продавать награбленное на местном рынке? Ну так воришку без труда вычислят и казнят!

— Всё равно должна быть какая-то возможность, — стоял на своём Бэкхён.

Несколько минут он потирал лоб и напряжённо размышлял. Но когда на его лице расцвела победная улыбка, Чондэ невольно затих, ожидая от друга невероятно безумной идеи.

— Люди из ядра часто наведываются в трущобы на своих автомобилях. А что, если залезть к ним в багажник?

— А что дальше? Ты знаешь, куда едут эти машины? Может их будут осматривать на границе? Да и вообще, неизвестно, что творится в ядре!

— Это единственный шанс, и я им воспользуюсь! — гневно возразил Бён. — Когда твоя смена?

— Сегодня вечером.

— Отлично! Значит, когда стемнеет, откроешь ворота для Исина и Шинхо.

— Но…

— Друг ты мне или враг? — усмехнулся Бэкхён, и подавленный Чондэ лишь согласно мотнул головой.

***

Джиын вновь заперли в комнате, где она и просидела до позднего вечера, маясь от безделья и тоски. Устав от постоянных размышлений и беспокойств, девушка села на подоконник и внимательно смотрела в окно, ожидая, когда её позовут к ужину.

К сожалению, время шло, но шагов за дверью не раздавалось. Когда уже стемнело, во двор въехал хозяйский автомобиль, из которого, кроме мистера О, выбрался незнакомый седовласый мужчина и молодая хрупкая девушка с белоснежными волосами.

Растерявшись, Джиын прижалась носом к стеклу и с замиранием сердца следила за тем, как незнакомка, опираясь на руку второго мужчины, медленно подходит к крыльцу. Движения её были заторможены, а сама она больше напоминала деревянную куклу, словно любое лишнее движение было для неё невозможным.

Но даже несмотря на свою ригидность, девушка была очень красивой. В ней не было порывистости Джиын, присущей всем жителям трущоб. Она была статной, горделивой, с идеальной осанкой, идущей по жизни с высоко поднятой головой. Даже уродливое чёрное платье не портило ладной фигуры и выгодно оттеняло природную бледность.

Когда гости скрылись из виду, Джиын устало перебралась на кровать и свернулась клубком. Она старалась не думать о том, что увидела, не давать этому оценки, но глухое беспокойство тревожило измученное сердце.

Услышав скрежет ключа, девушка поспешно вскочила, но расслабилась, увидев на пороге знакомую служанку.

— Пройдёмте со мной, — отойдя в сторону, тихо произнесла она.

Джиын удивилась, когда вместо главной лестницы её повели к запасной. Они спускались в полной темноте, потому что свеча, которую служанка несла в руке, затухла уже на пятой ступеньке. Несколько раз запнувшись и едва не переломав кости, девушка наконец добралась до кухни, где на многочисленных плитах что-то варилось, парилось и жарилось.

— Я приготовила для вас ужин, — указав на оставленную на столе тарелку и приборы, заметила служанка.

Не дожидаясь приглашения, Джиын шустро наложила себе салата и тушёного картофеля и принялась жадно есть, то и дело подливая сока в высокий стакан.

Служанка вначале бросала на неё нечитаемые взгляды, но затем расслабилась и вернулась к готовке. Пару раз она выходила в смежную с кухней столовую с нагруженным тарелками подносом, а Джиын, пользуясь возможностью, поспешно осматривалась. К несчастью, кроме двери в столовую, на кухне оставалась лишь ещё одна — по всей видимости, ведущая в кладовку и закрытая на замок.

Как только с едой было покончено, девушка дождалась момента, когда служанка, сняв с шеи ключ, откроет кладовку, и на цыпочках подошла к двери, ведущей в столовую. Выглянув в узкую щёлку, она увидела сидевших за столом родителей Сехуна, самого О и уже замеченных ранее гостей. Девушка сидела рядом с парнем, смотрела прямо перед собой и нервно сжимала в тонких длинных пальцах салфетку.

— Что вы делаете? — недовольно прикрикнула вернувшаяся служанка.

Сгрузив на стол принесённые с собой брикеты с замороженными овощами, она отвела Джиын обратно наверх и заперла дверь.

Прошло ещё несколько часов, прежде чем гости уехали. Девушка даже успела задремать, но услышав громкие голоса, проснулась и подскочила к двери, жадно прикладывая ухо к замочной скважине. Было трудно разобрать слова, но ругались, по всей видимости, Сехун с отцом. Мать лишь изредка вставляла реплики и тут же умолкала.