Страница 93 из 145
В 1907 году Воейков уже генерал-майор, командир лейб-гвардии Гусарского Его Императорского Величества полка, стоявшего в Царском селе и охранявшего покой царской семьи. 24 декабря 1913 года он назначается дворцовым комендантом Его Императорского Величества. В сентябре 1918 года В. Н. Воейков бежал в Крым, откуда перебрался в Румынию, а затем в Финляндию. Позже жил в Швеции, где и умер в 1947 году. Написал книгу «С царем и без царя: Воспоминания последнего дворцового коменданта государя императора Николая II» (издана в 1936 году).
Интересно, что всеармейскую славу Воейков получил еще в 1905 году, когда… бросил пить. В офицерской среде потребление горячительных напитков в целом приветствовалось. Это считалось нормой настоящего мужского поведения, хотя спившиеся и алкоголики в армии тоже не задерживались. А в гвардии – тем более. Владимир Воейков бросил пить совсем. Известно, что на полковых застольях он требовал, чтобы ему в бокал наливали Говоровского кваса, цветом и игрой напоминавшего шампанское.
А что же связывало этого человека с российским спортом? Еще в 1906 году Воейков всерьез заинтересовался проблемой физического воспитания нижних чинов и вошел в комиссию по изучению условий казарменной жизни, созданную при штабе командующего Гвардейским корпусом и Петербургским гарнизоном великого князя Николая Николаевича Младшего. В этом же году Воейков возглавил отдел физического развития при военном комитете по образованию и устройству войск при Военном совете военного ведомства России (приказ № 123 по военному ведомству от 1906 года).
В 1907 году по инициативе Воейкова появилось и первое специализированное учебное заведение – Главная офицерская гимнастическо-фехтовальная школа. Это было учебное заведение с 10-месячным сроком обучения, с широким кругом спортивных и научных дисциплин: подвижные и спортивные игры, сокольская и полевая гимнастика, фехтование, а также анатомия, физиология, гигиена, методика и история физического воспитания. Одновременно школа являлась спортивным центром российской армии. Здесь, в частности, готовились спортсмены, составившие ядро участников Олимпиады в Стокгольме, многие из которых в дальнейшем стали известными спортсменами.
Едва школа выпустила первых офицеров-тренеров, как Владимир Николаевич (а на него к этому времени было возложено руководство всей научно-исследовательской, методической и текущей работой по физическому развитию в русской армии) выступил с еще одной инициативой: открыть в России Центральный Высший институт для подготовки научно образованных преподавателей физического воспитания.
К 1910 году Воейков, при помощи заинтересованных офицеров и специалиста по сокольской гимнастике чеха В. Вихры, подготавливает к печати «Наставление для обучения войск гимнастике». Распоряжением императора оно было введено в русскую армию как обязательное пособие. Оно включало действия с ружьем и палкой, элементы сокольской гимнастики на снарядах и вольные упражнения, а также пирамиды и упражнения военно-прикладного характера. Один из разделов «Наставления…» посвящен изложению элементарных знаний в области анатомии и физиологии человека.
В 1912 году Воейков возглавил одну из комиссий по отбору спортсменов для участия в Олимпийских играх, а чуть позже, по предложению царя, – и всю русскую делегацию (как представителю государственной, военной и спортивной власти России). В этом же году Воейков избирается первым почетным председателем Олимпийского комитета России (так был отмечен значительный вклад этого человека в создание ОКР). После бесславного возвращения нашей команды из Стокгольма, император Николай II «выразил свое желание создать орган для объединения всех вопросов, связанных со спортом» (вспоминал Владимир Николаевич в своей книге).
Председатель Совета Министров В. Н. Коковцев в официальном письме В. Н. Воейкову от 10 декабря 1912 года писал: «Государь Император Высочайше соизволил предуказать безотлагательно приступить к выработке предложения о мерах целесообразнейшего физического развития всего населения, имея при этом в виду, что по свойству и значению своему дело это должно составить предмет попечения специального органа, обеспеченного достаточными полномочиями и располагающего необходимыми средствами как для общего направления и руководства означенным делом во всех ведомствах, так и для объединения всех частных организаций, преследующих те же цели».
7 июня 1913 года по высочайшему повелению императора была создана Канцелярия Главнонаблюдающего за физическим развитием народонаселения Российской империи во главе с генералом В. Н. Воейковым. Журнал «Русский спорт» писал: «Открыта новая эра в развитии русского спорта – официального содействия правительства делу оздоровления и физического возрождения русского народа». Канцелярия явилась высшим государственным руководящим органом по развитию физического воспитания и спорта в стране. Она вела работу в тесном контакте с Российским олимпийским комитетом.
В разработанных В. Н. Воейковым «Мероприятиях» по физическому развитию населения страны конечной целью должны были явиться: правильная постановка физического развития, начиная с дошкольного возраста; развитие организаций, поощряющих физические упражнения в зрелом возрасте, поддерживающих физическую мощь взрослого до глубокой старости».
В «Мероприятиях» В. Н. Воейкова было предусмотрено: участие в Конгрессе Олимпийского комитета, создание стадионов и спортивных полей, площадок; открытие Высшего института Физического развития; разработка программы «Мобилизация спорта»; создание в губерниях военно-спортивных комитетов. Вся эта работа легла на плечи В. Н. Воейкова.
Отметим также, что именно Воейков выступил инициатором проведения первых Российских Олимпийских игр, которые прошли в 1913 и 1914 годах в Киеве и Риге. Хочется думать, что имя этого человека навсегда останется в истории российского спорта.
Вернемся к московскому футболу. Все новые и новые команды, целые лиги продолжали создаваться и расти как грибы после дождя. Команды группировались уже не только по территориальному признаку, но и по производственному. Так, например, при уже знакомом нам магазине «Мюр и Мерелиз» для участия в первенстве Москвы было создано сразу четыре взрослые команды и две детские. Свои команды создавали всевозможные торговые компании, банки, предприятия, учреждения, организации, союзы и пр.
Росло число занимающихся футболом. М. П. Сушков вспоминал, что если число футболистов в те годы и не превышало числа болельщиков, то только потому, что «молодые люди, став игроками, по-прежнему оставались болельщиками».
Несмотря на царящий в стране хаос, правила МФЛ продолжали соблюдаться неукоснительно (переломный, 1915-й год, был, пожалуй, единственным исключением из этого правила). Так, за неявку, или отказ от запланированной календарем игры, на команду накладывалось весьма чувствительное по тем временам материальное наказание (за неявку 1-х команд – 60 рублей, 2-х команд – 40 и 3-х – 20). За обнаруженные подставки игроков также предусматривался (и всегда взымался!) большой денежный штраф (30 рублей за незаявленного игрока). За злоупотребления игроками своего положения (передача сезонного билета на право посещения матчей другому лицу, бесплатный провод на стадион знакомых и пр.) МФЛ применяла к ним очень строгие меры – вплоть до бессрочной дисквалификации.
Строго соблюдались и правила переходов игроков. А. П. Старостин вспоминал: «Переходы футболистов тогда осуществлялись просто. Был так называемый «Юрьев день». Наступал весенний предсезонный период, и любой игрок мог перейти из одной команды в другую. Для этого надо было только подать карточку. Но уж если подал – держись. Знатность игрока во внимание не принималась. Исаков подал карточку о переходе из ЗКС в СКЗ. Потом передумал: Гюбиев отговорил. Но новый председатель клуба СКЗ М. Г. Замуэльсон (до этого он был членом ОФВ) карточку обратно не отдал. Пришлось Исакову – игроку сборной – в первенстве Москвы за клуб участия не принимать. Так и проходил целый сезон на календарные матчи первенства Москвы в качестве зрителя».