Страница 45 из 64
В отличие от российской ситуации, где политики, как шахматные фигуры, меняют друг друга на доске, ситуация в так называемом чеченском руководстве остается стабильной. Фактически первый круг сепаратистов наполнен одними и теми же людьми. Ротация происходит только среди руководства официального, обласканного Москвой.
«Непримиримые» держатся узким кругом. И, несмотря на то что многие из них уже погибли, а у кого-то это впереди, новых имен назвать нельзя.
Пожалуй, самой авторитетной (в силу того, что он постоянно на слуху) и зловещей является фигура Басаева. Волка одинокого и затравленного, отчего он становится ещё опаснее.
Басаев Шамиль Салманович, как З. Яндарбиев, уроженец села Дышни-Ведено Веденского района ЧИАССР, родился 14 января 1965 года.
О семье известно мало. Жена - уроженка Абхазии. Отцом жены является прапорщик авиационной части в городе Гудаута (Абхазия) Джения Юрий Кукунович. Басаев женился на его дочери Анжеле в 1993 году и увез её в Чечню.
По другим источникам, после войны в Абхазии он женился на 17-летней Индире Джения из селения Мгундзрыхва Гудаутского района Абхазии. Она родила ему сына.
В период его пребывания в Абхазии ему, как командиру чеченского отряда, были выданы чистые бланки абхазских паспортов.
Газета «Московский комсомолец» 10 июня 1996 года высказывала мнение, что первая семья Басаева эвакуирована в Абхазию.
Родители живут в Ведено. У Басаева три брата. Один погиб при обстреле Ведено в начале 1995 года, старший брат - Ширвани Басаев - боевик, был комендантом села Бамут.
Приметы: на вид более 30 лет, рост 170-172 см, среднего телосложения, волосы русые, с залысинами, борода черного цвета.
Восемь раз ранен, семь раз контужен. Страдает сахарным диабетом. По характеру уравновешенный, спокойный, осторожный. Проводимые им боевые операции отличались дерзостью. Не курит, не употребляет алкоголь. В Чечне нет лучшего военного стратега и тактика. Любит хвалиться своими знаниями техники и вооружения. Чрезвычайно хитер. В последнее время избегал прямых боевых контактов с противником. Пытается прославиться хорошим знанием религиозной догматики. Стремится показать себя провидцем. Любит бравировать перед женщинами. В отношении к России непримирим. В последнее время все его высказывания и речи направлены на саморекламу: все достижения в войне против России приписывает себе лично. Мужествен. Честен. Чуток к общественному мнению.
Радиопозывные - Акация, Спартак, Пантера-05.
До 1970 года проживал в селе Дышни-Ведено, затем в станице Ермоловская ЧР. С 1983 года работал разнорабочим.
Три раза поступал на юридический факультет МГУ, но не проходил по итогам конкурсных экзаменов.
С 1986 года жил в Москве, где в 1987 году поступил в Московский институт инженеров землеустройства. Его занятия по компьютерной технике вел преподаватель Константин Боровой. Занимался спортом, имел 1-й разряд по футболу. В 1988 году отчислен из института за академическую неуспеваемость. Занимался коммерцией. Задолжав крупную сумму денег бизнесменам, в том числе чеченцам, вернулся в Чечню.
С 1989 по 1991 год учился в Стамбуле в Исламском институте.
19-21 августа 1991 года участвовал в защите Белого дома. В интервью газете «Московская правда» 27 января 1996 года говорил: «Я знал, что, если победит ГКЧП, на независимости Чечни можно будет ставить крест...»
Летом 1991 года добровольно вошел в состав незаконного вооруженного формирования, созданного ОКЧН. Самостоятельно изучал теорию военного дела «по российским учебникам». В интервью «Независимой газете» рассказывал об этом так: «Заниматься стал, потому что имел цель. Нас было человек тридцать ребят, мы понимали, что просто так Россия Чечню не отпустит, что свобода вещь дорогая и за неё надо платить кровью. Поэтому усиленно готовились». В том же интервью он опроверг информацию о том, что проходил подготовку в Абхазии на базе российского 345-го воздушно-десантного полка: «там ни один чеченец не учился, потому что их не брали».
Группа Шамиля Басаева была основана в июне-июле 1991 года под названием «Ведено» для охраны зданий, где проходили съезды Конфедерации народов Кавказа и Общенационального конгресса чеченского народа. В состав группы вошли жители сел Беной, Ведено, Дышни-Ведено, Бамут и др.
Активный участник событий «чеченской революции» августа-ноября 1991 года. 5 октября 1991 года принимал участие в захвате здания КГБ ЧИАССР в составе спецподразделения Руслана Шамаева.
В ноябре 1991 года в знак протеста против введения чрезвычайного положения в Чечено-Ингушетии совместно с Сайд-Али Сатуевым и Лом-Али Чачаевым (последние, по некоторым данным, принимали участие в террористической акции в Буденновске) осуществил угон самолета из аэропорта Минеральные Воды в Турцию, за что получил признание руководства ОКЧН. Басаев заставил летчиков вылететь в Турцию, где террористы сдались местным властям и после переговоров добились переправки в Чечню в обмен на освобождение заложников.
Осенью 1991 года одновременно с Д. Дудаевым выставлял свою кандидатуру на пост президента Чечни. После прихода к власти Дудаев создал диверсионно-разведывательную группу, базировавшуюся в 12-м городке Грозного с целью защиты «свободы и интересов ЧРИ и её президента».
В конце 1991 - начале 1992 года Басаев принимал участие в боях в Карабахе на стороне Азербайджана.
Летом 1992 года Басаев находился в Абхазии, но ничем определенным не занимался. В июле вернулся в Чечню, где его застало начало абхазских боевых действий. Уже через 5 дней с группой вооруженных людей (15-20 человек) Басаев выехал в Абхазию. В Пятигорске его попытались задержать, но он захватил рейсовый автобус, объявил пассажиров заложниками и под их прикрытием выехал в Карачаево-Черкесию, где группа оторвалась от преследователей, освободила заложников и через перевалы вышла в Абхазию. Там Шамиль Басаев первое время командовал лишь своей небольшой группой, затем - интернациональной разведывательно-диверсионной ротой, считавшейся лучшей в абхазских частях. О нем отзывались как о грамотном командире, заботившемся о жизни своих подчиненных.
По неофициальным данным, большой вклад в формирование Басаева как военного специалиста и профессионального диверсанта внесли российские военспецы и советники, работавшие на абхазской стороне. Примечательно, что с представителями спецслужб у Басаева до определенного момента были вполне деловые отношения. В 1997 году в редакцию газеты «Свободная Грузия» поступили материалы, свидетельствующие о причастности Басаева в период его службы в Советской армии к агентурному аппарату КГБ. Это в последующем повлияло на поступление в институт. Впрочем, найти досье не удалось. Судя по всему, оно было уничтожено в начале 90-х годов.
Однако, как свидетельствуют очевидцы, это обстоятельство несколько раз спасало его от смерти. Две группы его кровников, отправившиеся, чтобы ликвидировать Басаева, были уничтожены спецназом ГРУ. Была ли это случайность или что-то иное, установить не удалось.
В 1992 году он входил в состав группы «смертников», занесенных при жизни в поминальные списки в мечетях Чечни (институт так называемых «моджахедов» - борцов за веру, отдавших себя Аллаху в религиозной войне).
К 1993 году Басаев возглавил батальон, в котором за период его нахождения в Абхазии подготовку прошли около 5 тысяч боевиков различных национальностей. Батальон отличался жестокостью действий, был укомплектован уголовниками, дезертирами из СА, гражданскими лицами с экстремистскими наклонностями, в основном из села Гехи Урус-Мартановского района Чечни.
Осенью 1993 года они уничтожили гражданских беженцев из Абхазии в районе Гагры и поселка Леселидзе, расстреляв несколько тысяч безоружных людей; в Сухуми они организовали резню мирного населения неабхазского происхождения.
С 1992 года Басаев являлся командующим гагринским фронтом в Абхазии. В январе 1993 года на совместном заседании президентского совета Абхазии и парламента Конфедерации народов Кавказа он был назначен командующим экспедиционным корпусом в Абхазии. Басаеву было вменено в обязанность «координировать, объединять, направлять в нужное русло и контролировать прибывающий поток чеченцев».