Страна василисков

Пакеты с овощами для борща так и лежали в холодильнике: позавчера они пришли вовремя, но мне оказалось не до борща. Я поставил оскорблённо звякнувшую кастрюлю на плиту и вернулся к холодильнику. Мясного ничего не было.

Минадзуки, привстав, наблюдала за мной. Я открыл морозильник и вытащил оттуда пластиковый пакет, как раз для таких случаев. Маркировка на боку всё ещё была зелёной. Я захлопнул морозильник и стёр изморозь с пакета.

- "Poulet Ю la Kiev", четыре штуки. - вслух прочитал я с этикетки и обернулся к Минадзуки. - А что такое "Киев"?

- Это где-то на Центавре. - Минадзуки поднялась с табурета и забрала у меня пакет с центаврийскими котлетами. - Давай, я помогу.

Я не стал возражать. С одной рукой я всё равно больше мешался, чем помогал.

Мы ели молча, под гулкий перестук капель по окнам. Выпущенная на волю стихия бушевала снаружи, срываясь шквальным ветром, отзываясь далёкими раскатами грома.

Я был очень голоден. От шницеля по-гамбургски, которым Минадзуки угощала меня в "Шпигеле", к вечеру остались одни воспоминания. Тарелки макарон и центаврианской котлеты -- из куриного мяса, со сливочным маслом внутри -- мне определенно показалось мало. Судя по тому, как быстро разделалась со своей порцией Минадзуки, она была того же мнения.

После второй порции я заварил чай. Минадзуки, вытирая уголки рта салфеткой, попросила кофе.

- И всё-таки. - сказал я, ставя перед ней чашку. - Что ты здесь делала?

- Искала тебя. - ответила Минадзуки и отпила из чашки. - У меня был разговор с руководством. Я сообщила им о "Дифенс Солюшенс", о землянах и о Домпроме. Обо всём, что мы обнаружили.

- И что теперь? - спросил я, усаживаясь напротив. - Что ГСБ будет делать дальше?

- Не мы одни. - чуть улыбнулась Минадзуки. - В городе теперь хозяйничает Гвардия Гегемонии. Полиция будет занята охраной общественного порядка. Фактически введено негласное черезвычайное положение. Мы же... - она снова отпила кофе, - должны будем ликвидировать убийцу. Но ему -- или кому-то ещё -- совершенно необязательно об этом знать.

- То есть, вы не знаете, где он. - заключил я и отхлебнул чаю.

- Но мы знаем, где он будет. - поправила Минадзуки. - В Домпроме. Поэтому чрезвычайное положение и не объявлено, а информация о происходящем намеренно замалчивается. Перестрелка на Регенераторной, конечно, успела попасть в новости, но, как я поняла, предварительно она произошла в результате нештатного функционирования партии охранных роботов. - я поднял бровь, и она усмехнулась. - Слова вашей пресс-службы, не мои.

- Разумно. - неохотно согласился я. Один из этих "нештатно функционировавших" охранных роботов только что едва меня не задушил. Ни один робот-охранник не способен на такое.

- Выступления в Домпроме не будет. - продолжила Минадзуки. - Но об этом сообщат в самый последний момент, когда всё будет уже решено. Мы не знаем, какой информацией руководствуется убийца, но он явно не всеведущ. А значит, скорее всего, он отправится туда, куда и планировал. В Домпром.

- А Кисараги-Эрлих? - спросил я. - Он же ещё не в Титане-Орбитальном, верно?

- Премьер-министр находится на борту N1, - сообщила Минадзуки, - который сейчас выполняет манёвры для входа на орбиту Титана. Он и так должен был прибыть только завтра к полудню, поэтому его превосходительству ничего не грозит.

- Но убийца об этом не знает. - заметил я.

- Он готовит засаду. - пожала плечами Минадзуки. - А мы, в свою очередь, готовим засаду на него. Операция будет проводиться ночью; точное время штаб сообщит позже, исходя из развития ситуации, но у нас наготове группа быстрого реагирования. На период операции она поступит в моё распоряжение.

- Допустим. - сказал я. - Но всё-таки, Валерия. Причём здесь я?

- Мне понадобится связной. Представитель от МВД. Я хочу, чтобы это был ты.

Я задумчиво откинулся на табурете, затылком упёршись в стену. Поднёс к губам чашку. И отвёл глаза.

- Почему я? - спросил я, наконец, всё ещё глядя в сторону. Почти нетронутую чашку я так и держал в руке.

- Наш уговор всё ещё остается в силе. - сказала Минадзуки. - Кроме того, нам действительно нужен будет кто-то от полиции. На всякий случай. Тебя же не отстранили от исполнения, верно?

- Я же не сдал Линзу. - проговорил я. - Но посмотри на меня. На мне живого места нет, Минадзуки. Зачем я тебе?

- Лучше уж ты, чем какая-то инспектор с завышенным самомнением. - ответила Минадзуки. - По крайней мере, тебе я доверяю.

Я обернулся. Минадзуки внимательно смотрела на меня, сцепив пальцы в замок перед собой. На её лице не было и намёка на улыбку.

- А кроме того, ты заслуживаешь быть там. - серьёзно сказала она. - Я отобрала у тебя расследование, Штайнер. В некотором роде я виновата в том, что тебя ранили. - она двинула головой в сторону моей неподвижной левой руки. - Я хочу искупить вину.

- Ты её не искупишь, если меня убьют! - выкрикнул я. - А именно это и случится! Потому что сейчас -- сейчас! - меня убьёт первая же пуля! Знаешь, я на многое готов пойти ради своей работы, но становиться обузой я не хочу!!

Я замолчал, тяжело дыша. Горло, едва переставшее саднить, разболелось вновь.

Минадзуки молча смотрела на меня.

- Штайнер, - спокойно сказала она. - Ты не будешь обузой. Не больше и не меньше, чем я. А я далеко не обуза. И тебя не убьют. Ты будешь в бронекостюме. Тебя будет прикрывать спецназ ГСБ. И я.

- Об этом я и говорил! - крикнул я. - Опомнись! Что тебе важнее: поймать и прикончить убийцу или сторожить калеку-полицейского?!

- Калеку-полицейского, которому я обязана всем этим делом, всеми уликами? - спросила Минадзуки. - Которого только что попытались убить в пяти метрах от его квартиры? И убили бы, если бы я не подоспела вовремя?!

Я сглотнул. Ответный выпад застрял у меня в горле.

- Ты слишком опасен для него. - отчеканила Минадзуки. - Что бы ты ни думал про себя, Штайнер, но враг не того же мнения. Он пытался убить тебя дважды. Руками Фаулер. Руками робота. Кто гарантирует, что он не попытается убить тебя в третий раз?

Она подалась вперед. Золотые глаза полыхнули огнём.

- Тебя не убьют, Штайнер. - повторила Минадзуки. - Я этого не допущу.

***

Свет зажёгся в большой комнате, стоило нам с Минадзуки переступить порог. Зелёные пятна "АКУЛОНа" больше не играли на крышке рояля; за стеной ливня неоновое зарево размывалось до облака кислотно-зеленого тумана.

- А у тебя здесь неплохо. - прокомментировала Минадзуки, оглядываясь по сторонам.

- У меня здесь пусто, ты хотела сказать. - бросил я, проходя в спальню. Там я задержался только для того, чтобы оставить в ящике стола Линзу, кобуру с опустевшим пистолетом и флешку Адатигавы.

Вернувшись, я застал Минадзуки разглядывающей обеденный стол на шесть персон. Слой пыли, скопившийся на нём, был чуть меньшим, чем на рояле, но мне всё равно стало неловко.

Шесть персон собиралось за этим столом только однажды, когда с Монмартра прилетели родители, а из округа -- Мицуко. Гостей принимали мы вдвоём с Алисой. Не самая правильная комбинация по сатурнианским меркам, но родители остались нами довольны.